Мнения об акции "Occupy Rome" (перевод)

Протесты в Риме, оставившие 70 раненых и нанесшие многомиллионный материальный ущерб, поставили вопрос о сильных и слабых сторонах итальянского движения. Некоторые трактуют развязанное насилие как "поражение" для всех, но существуют и другие интерпретации фактов.

Указания полиции заставили протестующих покинуть площадь Сан-Джованни, где должен был проходить митинг. Площадь Сан-Джованни традиционно считается крупнейшей в Риме и часто становится местом проведения митингов и демонстраций, способность её заполнить воспринимается как показатель силы движения. Некоторые комментаторы внутри движения назвали этот эпизод историческим провалом, другие считают, что это изменило парадигму акции и границы дозволенного в дальнейших действиях протестующих.

Такие «побочные действия» ненасильственного протеста как возложения цветов у станций метро подчеркивались в прямом эфире “La Repubblica”, но ставшее вирусным изображение разбитой статуи Девы Марии не самый желательный символ для итальянских «возмущенных» (исп. indignados прим. перев.). Среди последних, многие высказываются за изоляцию экстремистских и злонамеренных различными способами, включая по-оруэловски звучащее предложение использовать Facebook, чтобы выявить и осудить «склонных к насилию». Была ли Оккупация Рима поражением? И что более важно, означает ли провал одного дня поражение всего движения? Как легко понять, нет общего ответа на эти вопросы.

Черный блок: Пугало на каждый день

Бунтовщики упоминались большей частью мейнстримовых медиа как члены «черного блока». Но что, собственно, представляет собой итальянский черный блок? Черный блок появился в начале восьмидесятых в Северной Европе как техника бунтарских действий, которая включает быстрые действия против символов капитализма, таких как банки или здания корпораций, как правило, избегая прямого контакта с полицией, и координации групп для защиты других демонстрантов от опасностей, неизбежно вызываемых их действиями. Начиная с саммита G8 в Генуе (2001), итальянские мейнстримовые медиа начали использовать этот термин для обозначения каждой группы бунтовщиков, действующей во время демонстрации, чтобы создать в общественном мнении образ разрушений и страха. Многие утверждают, что итальянский черный блок не более чем раздутый лейбл, используемый для обозначения различных несвязанных явлений, таких как не скоординированные вспышки ярости, организованные группы, не разделяющие первоначальной философии черного блока или, в худшем случае, фашистские провокаторы. Во время саммита G8, вялая реакция полиции на вспышки насилия породила много подозрений об истинной природе такого «блока». Среди теорий заговора и политической неразберихи, современный статус черного блока трудно определить.

Однако с беспорядков в Риме 14 декабря 2009 года, можно заметить некоторое изменение в моделях поведения, переход от общей враждебности к «погромщикам» (фр. «casseurs» прим. перев.) к массовой поддержке или, по крайней мере, молчаливой солидарности.

Другими словами, недовольная и разочарованных молодежь, получившая только обещания или, что еще хуже, обвинения в свой адрес, перешла к насилию из-за отсутствия политических перспектив. Во время демонстрации 15 октября, тем не менее, картина была более сложной, небольшие группы протестующих, начавшие поджигать машины и здания с самого начала марша, были оттеснены и даже избиты другими участниками протеста. В другом случае, один из погромщиков бросил в демонстрантов самодельную бомбу, в результате чего один человек лишился нескольких пальцев.

Комментарии в левой прессе

Некоторые комментаторы подчеркивают разницу между бунтовщиками и большей частью мирных демонстрантов, которые выражают свой гнев против банковской системы и их идеалы справедливости и равенства. В частности эту точку зрения поддерживала левоцентристская «La Repubblica», влиятельная итальянская газета тесно связанная с Демократической партией. Несмотря на свои довольно умеренные взгляды не характерные для движения, за последние несколько месяцев «La Repubblica» одобрила некоторые его компоненты (в частности «Popolo Viola» буквально «Фиолетовый народ»), предлагающие более сложную анти-Берслускониевскую политическую повестку дня чем «возмущенные». Такие заголовки как «Ci hanno rovinato la giornata» («Они разрушили все») хорошо отражают общее настроение «La Repubblica».

Более радикальные голоса высказывают разные позиции. В редакционной колонке Валентно Парланто (Valentino Parlato) в коммунистической газете «II manifesto» в значительной степени поддержал беспорядки. Назвав беспорядки началом «Новой Эры», Парланто предлагает рассматривать столкновения как признак назревшей необходимости перемен. «В Риме были беспорядки и столкновения с полицией. Лучше было этого избежать» признает журналист. Но затем он продолжает: «Однако в нынешней ситуации с безработицей среди молодежи, бьющей исторические рекорды, столкновения были неизбежны. Я бы пошел еще дальше, говоря: Как хорошо, что они произошли. Они должны стать уроком. Эти беспорядки - симптом необходимости выхода из настоящей ситуации, ставшей продолжением не исправленных проблем прошлого».

Другая коммунистической газета «Liberazione» (ранее официальный орган коммунистической партии «Rifondazione Comunista») выразила иное мнение. Чечино Антониони (Checchino Antonini) (журналист и эксперт движения, добившийся успеха в привлечении внимания к полицейскому насилию против Федерико Алдованди (Federico Aldrovandi)) пишет, что полмиллиона демонстрантов стали прибежищем нескольких погромщиков. Он также понимает необходимость поднимать сложные вопросы, для того чтобы эффективно открывать новое пространство для демократии и участия «То, что марш разбился на несколько течений после окончания, говорит о мере участия масс. «Возмущенные» не повод для веселья, а напротив признак суровости нынешнего кризиса и его последствий для общества. Но эти игры в герилью, поднимающиеся клубы дыма, остовы машин (часто дешевых машин) чернеющие по пути колонны оставляют без ответа вопрос «К кому принадлежат митингующие?»».

Дебаты внутри движения

Широкие дебаты состоялись в Интернете, между различными действующими лицами и участниками. Итальянский писатель Алессандро Леогранде (Leogrande) критиковал беспорядки на "MinimaEtMoralia", сайте итальянской независимой прессы. Леогранде назвал агрессивно настроенных протестующих и бунтовщиков «фашистами», играющими на руку Берлускони и использующих устаревшее клише, дискредитирующее движение. В первом разделе своего выступления, он пишет: «Вы осквернили площадь Сан-Джованни, историческое достояние итальянского рабочего движения ». Еще один отрывок из его статьи гласит: «Мы повторяем одно и то же уже десять лет. Довольно идти по нисходящей спирали, несущей репрессии для всех за действия немногих. Хватит идти в тупик. Довольно этих постановочных проявлений насилия, ролевых игр между протестующими и полицией, настолько театральных, что в них уже нет ничего спонтанного. И все же, мы снова наступаем на те же грабли. И мы устали от этого. Мы устали искать причину в ваших беспричинных действиях. Вы не «заблуждающиеся товарищи». Вы хуже фашистов: вы разрушаете то, из чего что-то могло получиться». В заключение Леогранде называет все движение заложником развязанного насилия, ставшего единственным предметом дискуссии.

В течение дня протеста, Giap, популярный блог итальянского коллектива авторов Ву Мин (Wu Ming), транслировали в реальном времени сообщения нескольких независимых радиостанций и пользователей Twitter, чтобы помочь тем, кто рисковал своей жизнью на улицах. Сразу после беспорядков в комментариях началась оживленная дискуссия, продолжающаяся до сих пор.

Следует отметить, что итальянский коллектив авторов был критически настроен к тем, кто призывает выйти на улицы, позднее они заявили, что после и вовремя беспорядков обсуждение и поддержка раненных и арестованных должны заменить осуждение. В конце концов, дискуссия перешла на общие вопросы, имеющее решающее значение для возможных сценариев будущего движения.

Прежде всего, разделение на общую массу мирных демонстрантов и маленькую группу погромщиков было поставлено под сомнение, как это уже было во время беспорядков 14 декабря 2009 года. Хотя это спорно. Ряд больших групп протестующих поддерживали насилие против автомобилей и банков аплодисментами, другие свидетели утверждали, что группы погромщиков не поддерживались и изолировались большей частью мирных демонстрантов. Большая часть комментаторов также расходились в этом вопросе.

В целом большинство признавало, что насильственные действия не результат деятельности нескольких изолированных элементов. Многие комментаторы отвергали теорию «позеров» (например неофашистов или даже переодетых полицейских агентов) как самооправдание и нежелание обсуждать участие членов движения в насилии. Некоторые даже предположили, что акцент на физической борьбе носит сексистский характер.

В этой же ветки с точки зрения коммуникативно-оринтированного подхода обсуждали склонность участвовать в «больших событиях», а не заниматься низовой организацией. Акцент на уличной борьбе, точнее на физическом противостоянии, отвлекает от целей протестующих, сводя все к обсуждению проблем общественного спокойствия. Многие комментаторы отмечали различия между итальянским движением, италоцентриским по форме и направленным, прежде всего против Берлускони, и глобальным движением против финансовой и банковской системы. Обрядность итальянских форм протеста (выступления на массовых митингах в Риме безуспешно используются движением уже два десятилетия) было также противопоставлено творческому подходу сотен оккупационных групп по всему миру.

Но в чем комментаторы сходились, так это во взгляде на проявления насилия в Риме как на проблему, требующую обсуждения для сохранения потенциала движения. Отмечали, что проявления насилия сделали Марио Драги (Mario Draghi) (управляющего банка Италии и бывшего главы ECB) привлекательным политиком в глазах испуганного общества, когда он заявил что понимает причины, но не принимает методы протестующих.

Дальнейшие перспективы

Невозможно предсказать будущее большого и разнообразного движения по результатам одного дня, особенно в такой неопределенной и спорной ситуации. Очевидно, этот эпизод породит долгие дебаты между политическими группами и оставит тяжелое наследие. Будет ли найдена творческая и политически ориентированная форма демонстраций?

Тем временем полицейская операция продолжается и приобретает более авторитарные формы: Антонио Де Пиетро (Antonio Di Pietro) лидер оппозиционной партии «L’Italia dei Valori» предложил вернуть «Закон практики» (итл. Legge Reale), принятый в 70-х в ответ на вспышку террористической активности и позволяющий ограничить ряд гражданских свобод. Это предложение уже встретило горячую поддержку министра внутренних дел Роберто Мариони (Roberto Maroni).

(Автор: f)

Источник: http://strugglesinitaly.wordpress.com/2011/10/18/occupy-rome-the-day-after/

Другие мнения:

http://italycalling.wordpress.com/2011/10/23/occupy-rome-one-week-after/...

Автор иронизирует по поводу теорий заговора в итальянской прессе.

Добавить комментарий

CAPTCHA
Нам нужно убедиться, что вы человек, а не робот-спаммер.

Авторские колонки

Владимир Платоненко

Российские и белорусские партизаны, жгущие военкоматы и ведущие "рельсовую войну", воюют не только с российско-белорусской властью, но и с украинской. Особенно это относится к российским партизанам. Чтоб облегчить себе управление "своим" народом, любая власть, кроме прочего, старается настроить...

1 месяц назад
15
Владимир Платоненко

Неделю назад на телеграм-канале "УНИАН" прошло сообщение о дезертирстве шестидесяти российских солдат. Казалось бы этот поступок должен был вызвать у украинского обозревателя сочувствие и уважение, по крайней мере на словах, ведь чем больше российских солдат последуют примеру этих, тем лучше для...

1 месяц назад
14