Это было в России: захват работниками Выборгского ЦБК

Мы публикуем проекта

Не так давно мы рассказывали про фабрик и заводов в Аргентине, но как справедливо заметили наши подписчики, нечто похожее, но, к сожалению, в гораздо меньшем масштабе и со своей спецификой, было и в современной истории России.

В конце 90-х было несколько попыток работников в той или иной мере получить контроль над своим предприятием. Мы расскажем о наиболее удачной из них — о Выборгском целюллозно-бумажном комбинате, и попробуем сравнить ее с историей захвата аргентинскими рабочими  фабрики по производству керамики Zanon.

Итак, Выборгский целлюлозно-бумажный комбинат (далее ЦБК). Это предприятие находится в поселке Советский недалеко от Выборга. В конце 90-х на данном предприятии работало более 2000 человек, и оно фактически являлось градообразующим. Другой работы в поселке практически не было. В 90-е предприятие было приватизировано и через нехитрую схему фирм-контрагентов, которые поставляли сырье по завышенным ценам и скупали продукцию по заниженным, было доведено до банкротства. Бенефициарами всего этого процесса, естественно, были владельцы предприятия. Они преследовали до безобразия простую цель — перекачать средства себе в карман и далее испариться, как-будто их и не было.

Таких историй в те годы было множество, капиталисты предпочитали играть в короткую, снимая куш, и далее двигались уже к новым целям. Работники же оставались на месяцы и даже годы без зарплат, а потом и без работы, так как обанкроченное предприятие закрывалось, а его активы, включая  дорогостоящее оборудование, распродавалось. Так бы было и в этом случае, но все пошло по другому сценарию.

«Оптимизация» в стиле 90-х

Владельцы новой фирмы «Нимонор Инвестментс», которая приобрела Выборгский ЦБК, хотели перепрофилировать его в лесопилку, уволив половину рабочего коллектива. Они заменили охрану на предприятии на свою и очевидно далее вполне могли бы как раз начать распродажу «лишних» активов, но коллектив предприятия сформировал народную дружину, которая должна была охранять предприятие вместе с охраной владельцев. Далее же, поскольку люди уже месяцами не получали зарплату, они организовали общее собрание и создали профком из числа работников и местных муниципальных депутатов. О них, мы думаем, надо сказать отдельно.

Безусловно, как и сейчас, среди депутатов было много тех, кто либо сам был дельцом, либо представлял интересы какого-либо бизнеса, но тогда еще не была построена пресловутая «вертикаль власти», выборы еще не были до конца сведены к фикции, а поэтому в депутатах могли оказаться и люди, не встроенные в систему и готовые с ней так или иначе бороться. Так вышло и с некоторыми муниципальными депутатами. В определенном смысле наличие таких людей было благом. Вполне возможно (но не обязательно), что без них работники не смогли бы успешно бороться с владельцами предприятия, но здесь бросается в глаза огромный контраст с ситуацией с захватом заводов в Аргентине. Там рабочие выдвигали лидеров из своей среды, и хотя, конечно, были и различные сторонние активисты, которые им помогали, но во-первых, эти активисты не были депутатами, а во-вторых, основную организационную работу  у себя на предприятии проводили сами рабочие. Ну и еще более важно, что на многих предприятиях, захваченных аргентинскими рабочими, была введена практика регулярных собраний работников для решения всех производственных и управленческих вопросов. На Выборгском ЦБК ничего подобного не было. К сожалению, привычка полагаться на людей, облеченных властью, в России оказалась очень стойкой. Как увидим дальше, это и погубит все благие начинания рабочих.

Итак, профком приступает к работе. Он пытается заставить власть решить проблему с отсутствием у работников средств к существованию, заставить, опять же через власть,  владельца предприятия следовать договору, по которому он приобрел ЦБК, а именно, не перепрофилировать его и сохранить все рабочие места. Когда же становится понятно, что это бесполезно, то профком собирает общую конференцию работников предприятия и на ней принимается решение самостоятельно, без владельца, запускать производство. Конференция избирает новое руководство ЦБК и постановляет зарегистрировать фабрику в новой форме собственности, как принадлежащую ее трудовому коллективу (ЗАО «Выборгский ЦБК»). Налоговая отказывается это сделать, но работники угрожают перекрыть трассу «Скандинавия», соединяющую Россию и Финляндию.


Спецназ «Тайфун» на территории завода

Борьба и итоги

В тот день, когда люди выходят на перекрытие трассы, вопрос решается меньше чем за десять минут. Предприятие регистрируется, и далее рабочий коллектив с новым выбранным руководством запускает производство на Выборгском ЦБК вопреки воле его формальных владельцев. Далее в таком виде комбинат проработает чуть меньше, чем 2 года (с 6 марта 1998 по 18 января 2000). Будет совершено несколько неудачных попыток его рейдерского захвата со стороны уже опять новых «владельцев» (Фирма «Нимонор Инвестментс» продаст ЦБК Александру Сабодажу).

При второй попытке предприятие брал спецназ «Тайфун». Рабочие пошли на штурм предприятия и заставили рейдеров покинуть его, при этом по рабочим велась стрельба, и несколько из них было ранено. Речь уже пошла о закупке оружия и организации обороны предприятия, но новый владелец после первых неудач начинает действовать хитрее.


Слесарь Александр Огурцов получил пулевое ранение правой кисти

Поняв, что добиться своего силой не удастся,  он организует при поддержке властей экономическую блокаду. Все контракты с ЦБК блокировались, транспорт туда не пропускался. Это вызвало новые задержки зарплаты. На сторону новых «хозяев» перебежали глава Выборгского законодательного собрания Рубинович, ранее поддерживавший рабочих, и связанный с ним глава профкома Киряков. В конце-концов все закончилось банальным подкупом. Новый владелец стал платить рабочим по 1000—1500 рублей за подписание бланка заявления о переходе на работу из ЗАО «Выборгский ЦБК» к себе, и очень скоро таких заявлений оказалось больше половины от общего количества работающих.

Как видим, опора на депутатов подвела работников. Как только те были перекуплены — все дело развалилось. Подобно Сабодажу, но в масштабе всей страны, Путин подкупил российский рабочий класс «стабильностью», и в итоге последние исследования показывают, что основной формой его борьбы сейчас являются   к власти.

Ну а что там в Аргентине? Фабрика керамики Zanon (сейчас FaSinPat) до сих пор находится под контролем рабочих. Ее захват породил целое движение по организации рабочего самоуправления на различных предприятиях. Благодаря этому в Аргентине мы видим борьбу труда и капитала. И ее исход по-прежнему не предрешен. У нас же все, мягко говоря, совсем иначе. Впрочем, ничто не мешает нам учиться на уроках прошлого и не передоверять свою судьбу другим. Мы уверены, что рано или поздно у российского рабочего класса появится шанс исправить эту ошибку. Важно не проглядеть его и снова не перепоручить борьбу за свои права и интересы кому-то другому.

Добавить комментарий

CAPTCHA
Нам нужно убедиться, что вы человек, а не робот-спаммер. Внимание: перед тем, как проходить CAPTCHA, мы рекомендуем выйти из ваших учетных записей в Google, Facebook и прочих крупных компаниях. Так вы усложните построение вашего "сетевого профиля".

Авторские колонки

Владимир Платоненко

Кропоткин писал, что великие революционные подъёмы, порождающие великие революции, случаются в среднем раз в сто двадцать пять лет. Таких великих подъёмов и мировых революций он насчитал четыре: Гуситские войны, Реформация, Английская буржуазная и Великая Французская. И предсказал пятую, которой...

1 месяц назад
1
Владимир Платоненко

То, что драка за власть началась ещё при жизни Путина, на самом деле плохо. Пока российский народ ждёт смерти престарелого диктатора, у того может появиться сильный преемник, и тогда Россию ожидает ещё два десятка таких же лет, которые народ просто не переживёт. Он и так уже на последнем издыхании...

1 месяц назад
2

Свободные новости