Стихи к 1 мая от Ярослава Леонтьева

Стихотворение анархиста-коммуниста Дмитрия Попова "Картинки наблюдателя" читает доктор исторических наук

Ярослав Леонтьев.

Об авторе:

Попов Дмитрий Иванович (1893–1921). Полевой командир, левый эсер, затем анархист-коммунист. Родился в Москве (происходил из безземельных крестьян-отходников д. Кононово Троицкой волости Клинского уезда Московской губ.). По окончании городской школы, с 14 лет работал вместе с родителями на фабрике Ж. Блок. Накануне призыва на армейскую службу работал конторщиком в «рабочей газетной артели». Сочувствовал эсерам. В 1914 г. мобилизован на Балтийский флот. Сразу после Февральской революции вступил в ПСР и был избран делегатом от транспорта «Кама» в Гельсингфорский Совет депутатов армии, флота и рабочих, являлся секретарем его президиума. По поручению Исполкома совершил поездку по Финляндии, итогом которой стал доклад на экстренном заседании 8 апреля с указанием «слабых мест охраны и обороны Финляндской границы». В дальнейшем вошел в состав Гельсингфорской группы эсеров-интернационалистов под руководством П. П. Прошьяна и А. М. Устинова, обособившейся в отдельную организацию, став одним из редакторов выходившего газеты «Социалист-революционер интернационалист». Подвергся исключению из партии вместе с руководством группы. После ареста в июльские дни руководителей левых эсеров и большевиков в Финляндии и закрытия большевистского органа «Волна», продолжал руководить левоэсеровским органом и бороться с влиянием правых социалистов в Областном Совете. В сентябре на 3-м Областном съезде армии, флота и рабочих Финляндии был избран членом ОК. Являлся постоянным автором «Известий» Гельсингфорского Совета, публикуя статьи по текущему моменту; также публиковал и свои стихи. Утверждал в заявлении, адресованном в президиум ВЧК 2 февраля 1921 г., что являлся делегатом 2-го Всероссийского съезда Советов и был избран в состав ВЦИК (Левые эсеры и ВЧК. Казань, 1996. С. 146), однако, в публиковавшихся списках делегатов съезда он не значится. После установления Советской власти в Петрограде и во время революции в Финляндии сформировал «Финляндский Красно-советский отряд» из балтийских матросов и финских красногвардейцев (ок. 500 человек), который вел бои на Карельском перешейке. По свидетельству С. Д. Мстиславского, выступил с обстоятельным докладом по итогам боев на заседании Высшего Военного Совета Республики (ранее по распоряжению этого органа отвел отряд в Петроград). В марте приказом ВВС переведен в Москву в распоряжение Президиума Моссовета. 1 апреля рота поповцев совместно с 16-м Летучим Московским отрядом Я. К. Винглинского вступила в бой с вооруженным отрядом «независимых» анархистов из 50 чел., занявших и грабивших особняк по 1-й Мещанской ул., и заставила их ретироваться.

8 апреля отряд был передан в ведение ВЧК. После переформирования отряда (выбыла часть финнов и влились черноморские матросы) поповцы значились под наименованием «Боевого отряда ВЧК». В отряде, подчинявшимся Штабу боевых сил ВЧК, к 1 июля 1918 г. насчитывалось около 1 000. В Москве и во время командировок в прифронтовую полосу отряд занимался спецоперациями. В начале июля Попов находился в отпуске в деревне, но был вызван в Москву зам. председателя ВЧК от левых эсеров  Александровичем (псевдоним В. А. Дмитриевского), направившим за ним автомобиль. 6 июля вошел в состав т. н. «Штаба обороны» партии (начальник Ю. В. Саблин) в качестве начальника оперативного отдела. Свое участие в событиях охарактеризовал так: «На требование подошедших вооруженных сил выдать Блюмкина, было отвечено отказом, с чем я был безусловно согласен и полагаю, что всякий честный революционер был к тому обязан. События в Трехсвятительском переулке для меня носят характер самообороны революционеров, вынужденных к тому сложившимися обстоятельствами, и если ЦК полагал их использовать с иной целью, это было нелепостью до того очевидной, что говорить об этом не приходится. Произведенный арест членов ВЧК и некоторых задержанных на улицах советских работников-коммунистов объясняю я необходимостью и боязнью за участь арестованных на съезде Спиридоновой и фракции лев. с.-р.» (Левые эсеры и ВЧК… С. 148). После событий 6–7 июля была арестована жена Попова – Мария Федоровна. Как вспоминал впоследствии Попов, «до декабря 1918 г. <…> я прожил в Москве, лечась от нервного паралича как результата пережитого». Не позднее середины декабря он выехал на Украину, где стал начальником Центрального повстанческого штаба партии – по организации борьбы с петлюровцами. При его непосредственном участии было создано несколько отрядов в Харьковской губернии, которые впоследствии были сформированы в 11-й Украинский советский полк (численностью до 2 500 штыков) под командованием Ю. В. Саблина. В это время Попов ненадолго приезжал в Москву для участия во IIСовете партии, на котором, в частности, заявил о достигнутом соглашении о подчинении левоэсеровскому штабу в оперативном отношении анархистских отрядов Н. И. Махно численностью до 6 000 чел. По возвращении назад Попов под фамилией Кормилицына был утвержден помощником командира полка. При наступлении Красной армии со стороны Казачьей Лопани он одним из первых вошел в Харьков и разоружил петлюровские части: 1-й гайдамакский Яна Кармелюка и Изюмский офицерский добровольческий полки. Затем в составе 11-го полка участвовал в наступлении на города Змиев, Изюм и Бахмут. Под Бахмутом его инкогнито было открыто, после чего он вернулся в Харьков, а оттуда выехал в Киев на II съезд УПЛСР. По окончании партсъезда отправился в Одессу, затем по вызову ЦК вернулся в Киев. Из-за болезни (испанка) остался в Киеве при занятии его деникинцами. Позднее выехал в Екатеринославскую губ., где организовал повстанческий отряд и оперировал против деникинцев в Ново-Московском уезде. После занятия Екатеринослава махновцами в сентябре 1919 г. прорвался туда на соединение с ними. Здесь в последний раз участвовал в партконференции левых с.-р., после чего подал заявление о выходе из партии. Мотивировал это так: «знакомство с анархистами-коммунистами и литературой Кропоткина окончательно укрепили и завершили сдвиг моих убеждений <…>». В Революционной Повстанческой армии командовал пехотными полками в составе разных соединений. В частности, будучи в арьегарде махновской армии до Кичкаса, Попов вошел в г. Александровск. Заболев сыпным тифом, он был перевезен в одну из деревень около Гуляй-Поля (оправился от болезни в конце марта 1920 г.). В следующий период махновщины работал в Культурно-просветительном отделе, сблизившись с В. М. Волиным (Эйхенбаумом). Также был избран в РВС РПАУ (махновцев). После принятого решения о соглашении с Красной армией Попов из Беловодска начал телеграфные переговоры с видным чекистом В. Н. Манцевым. Получив дальнейшие полномочия РВС (соответствующий мандат подписан Н. И. Махно и датирован 12-м октября), он вместе с В. И. Куриленко прибыл в Харьков, где приступил к подписанию соглашения о совместных действиях с Я. А. Яковлевым, Б. Куном, М. В. Фрунзе и С. И. Гусевым (причем общую редакцию спорного пункта он составил совместно с В. П. Затонским и Яковлевым). В ночь на 26 ноября уполномоченные махновцев были арестованы в квартире представительства при штабе Южного фронта и отправлены в тюремный отдел Цупчрезкома Украины. Не позднее января 1921 г. доставлен в Москву, где допрошен М. Я. Лацисом. Содержался под стражей во Внутренней тюрьме на Лубянке, числясь за Особым отделом ВЧК. Вскоре после этого был расстрелян.

Добавить комментарий

CAPTCHA
Нам нужно убедиться, что вы человек, а не робот-спаммер.

Авторские колонки

Хотел бы сравнить политику курдской РПК (Курдская рабочая партия), которая действует в гражданской войне в Сирии как третья сила, и политику анархистов Испании во время гражданской войны в 1936-1939 гг.

2 дня назад

Французский философ Жиль Делез посвятил немалую часть своей жизни изучению феномена cinema. Его книга "Кино" до сих пор остается opus magnum для кинокритиков.

5 дней назад

Свободные новости