Александр Дедок: власти Беларуси совершенствуют тактику торговли политзаключенными

Политзаключенный Николай Дедок с 1 июня помещен в ПКТ сроком на 6 месяцев. Что такое ПКТ и зачем администрации колоний «обвешивают» политзаключенных взысканиями,  рассказал отец Николая Александр Дедок. Будучи юристом, он объясняет некоторые детали, связанные с анонсированной Лукашенко амнистией: «Начальник колонии даже при наличии взысканий может применить амнистию».

- Администрация колонии № 17 города Шклова без всяких на то оснований поместила моего сына, отбывающего там наказание, в помещение камерного типа (ПКТ). Это, проще говоря, тюрьма в тюрьме. Раньше это называли БУР или барак усиленного режима. Администрация колонии утверждает, что сын нарушил режим содержания, хотя конкретно никто не сказал, что он нарушил и как. Даже в письме, которое начальник колонии Ярмолицкий прислал матери Николая, отвечая на ее жалобу, тоже не содержится конкретного объяснения, почему сын оказался в этом помещении камерного типа. 

Сам сын рассказал, что он работал в колонии, выполнял трудовые обязанности и, как пояснили в Департаменте исполнения наказаний, хорошо выполнял. Но однажды он сказал начальнику отряда, всего лишь выразив свое мнение, о том, что нарушается трудовое законодательство: они работают более 40 часов в неделю, в том числе в субботу. И это мгновенно было расценено администрацией как отказ от работы, соответственно, с вытекающими отсюда последствиями. Вот якобы за отказ от работы, за то, что он тем самым оказывает дурное, разлагающее влияние на окружающих осужденных, говоря о том, что они работают свыше положенного по закону, его и поместили в это помещение камерного типа на 6 месяцев.

Должен сказать, что условия содержания там откровенно пыточные. Он содержится там один, помещение без вентиляции, одна тусклая лампочка под потолком, а при высоте потолков 3 метра она, конечно, не освещает помещения. Свежего воздуха нет, потому что окно не открывается, и свет оттуда не падает, поскольку оно закрыто коробами. На работу его не выводят. Лишь полчаса прогулка в течение суток. Так что я, безусловно, расцениваю это как издевательство над личностью. Лишение свободы — я это как юрист говорю – это не есть пытка, а есть только лишь лишение человека свободы передвижения за пределы какого-то пространства. Все остальное – человеческие условия жизни – должны соблюдаться. Так что я еще раз говорю, что администрация колонии – безусловно, не самостоятельно, а по указке сверху – нарушает права моего сына.

Он находится там с 1 июня, хотя решение было принято еще 28 мая. Его лишили свидания с матерью. В то же время начальник колонии цинично пишет матери о том, что он беспокоится о ее моральном состоянии, что задачей его как начальника колонии является поддержание морально-психологического состояния моего сына, соблюдение гуманитарных правил. То есть это цинизм, откровенный цинизм. И я понимаю, почему он происходит. Они имеют цель подавить Николая, заставить его признать, что все, что происходит с ним, — это нормально и правильно. Хотя это неверно, не так. 

Я еще хотел бы добавить, что все, что происходит сейчас с Николаем и другими политическими заключенными, сейчас уже очевидно для всех, что их сознательно «обвешивали» взысканиями для того, чтобы не применить к ним амнистию. Но к сведению тех, кто не знает, я хочу сказать, что начальник колонии даже при наличии взысканий может применить амнистию. Он просто принимает решение о снятии взысканий. Тем более что эти взыскания, как правило, ерундовые, малозначительные: руки в карманах, не застегнутый воротничок…

Это не бунт в колонии и не нападение на администрацию, а мелкие нарушения. И он вправе своей властью эти нарушения признать малозначительными и, когда поступит команда сверху, тут же применить амнистию. Когда это будет политически целесообразно с точки зрения его руководства. Поэтому я убежден, что в том, что делается с политическими заключенными, в том числе с моим сыном, — это продуманная тактика для того, чтобы оставить их заложниками в политической игре, чтобы они по-прежнему оставались товаром для торга, как с Западом, так и с Востоком.

Я убежден, что я выражаю мнение многих родственников политических заключенных. И цель у меня одна: свобода моего сына и других политзаключенных, которые страдают в колониях.

Источник

Добавить комментарий

CAPTCHA
Нам нужно убедиться, что вы человек, а не робот-спаммер. Внимание: перед тем, как проходить CAPTCHA, мы рекомендуем выйти из ваших учетных записей в Google, Facebook и прочих крупных компаниях. Так вы усложните построение вашего "сетевого профиля".

Авторские колонки

Владимир Платоненко

То, что драка за власть началась ещё при жизни Путина, на самом деле плохо. Пока российский народ ждёт смерти престарелого диктатора, у того может появиться сильный преемник, и тогда Россию ожидает ещё два десятка таких же лет, которые народ просто не переживёт. Он и так уже на последнем издыхании...

1 месяц назад
2
Антти Раутиайнен

В эмиграции нет главной задачи, так как главная задача – не оказаться в эмиграции. Многие питают иллюзии, что в эмиграции можно заниматься тем же сопротивлением, что и в России, но это верно только для каких-то довольно узких и специфических случаев, и только когда деятельность происходит...

1 месяц назад
7

Свободные новости