«Электрические партизаны»: «Нужно, чтобы империя распалась»

Интервью с творческим лидером питерской анархо-группы «Электрические Партизаны» Вадимом Курылевым перед их выступлением на «Дне Дезертира 2011».

- Вы приехали на «День Дезертира»?

- Да, нас пригласили на этот фестиваль московские ребята. Вообще сейчас мы еще мало выступаем на анархических мероприятиях, но будем развивать эту линию. Уже много появилось знакомых в «Автономном Действии» и вообще среди анархистов.

- Как вы представляйте свою роль на таких мероприятиях? К примеру, Rage Against The Machine постоянно бесплатно выступала на концертах, организовываемых левыми.

- Мы с радостью будем поддерживать левые мероприятия и дальше, единственное, что авторитарные левые нам не близки. Все-таки мы позиционируем себя как анархистская группа. В отличии от групп звездного уровня, которые своим участием могут привлечь много народу, мы немножко в другой ситуации. Группа наша андерграундная, некоммерческая. Известная больше в узких кругах. Я, например, своим творчеством хочу развернуть людей, которые увлекаются музыкой и знают нас, в сторону анархистских идей, увлечь их. И одновременно с этим выйти на анархо-публику, чтобы подпитываться антифашисткой/анархистской энергетикой, так как мы до сих пор были сами по себе, а хочется как-то полноценно участвовать в движении. К сожалению, мы группа маломощная в финансовом плане. Мы не можем собрать хорошие пожертвования в «Черный крест», например. Зато идеологически, я считаю, мы доходчивы для широкой публики. Потому что большинство анархо-групп находятся достаточно в замкнутом сообществе и, мне кажется, надо прорвать эту стену. Да и другие артисты и их публика будут тоже вливаться в анархо-движение постепенно. Вот это основная наша задача.

- С какого года «Электрические Партизаны» начали выступать?

- Под таким названием существуем около шести лет. Но и до этого играли – с того момента, как в 2002 году я покинул группу ДДТ и в 2003 начал свою сольную «карьеру».

- Я всегда вас сравнивал с такими группами как «Телевизор» и «Монгол Шуудан». Что общего, на ваш взгляд, между вами?

- «Монгол Шуудан» я сейчас немножко покритикую. Мне кажется, некоторая лубочность в их анархизме присутствует, то есть анархизм образца советских кинофильмов. Не в современном понятии мирового анархо-движения, а как экзотика видится мне эта группа. Нельзя сказать, что это плохо. Они хорошие музыканты, у них много хороших вещей. Но они, мне кажется, к современному анархистскому движению мало имеют отношение. С Мишей Борзыкиным (лидером группы «Телевизор») мы в хороших дружеских отношениях, но он все-таки не анархист. Он, конечно, имеет отношение к оппозиционным движением. У нас даже есть, мною инициированный, проект «Подпольный Фронт» где вместе с ним записали две песни. Одна была посвящена строительству газоскрёба, которое, все-таки не состоялось – песня «Город проснись» и «Песня 31», посвященная «Стратегии 31». Анархисты не очень участвуют там, но вот очень в тему они в Питере вывесили на их акции традиционной баннер «Любая власть говно – запрещать запрещено». Мне в «Стратегии 31» нравится противостояние народа с государством. Сама суть противостояния, когда народ показывает гражданское неповиновение. 

- Конечно, анархисты должны участвовать в таких темах на таком уровне. Не упускать из виду широкие общественные движения. Но одновременно мы критикуем их, потому что в итоге меняется шило на мыло. 

- К сожалению, большинство людей считают, что надо власть на власть сменить – это главное заблуждение широких масс. Обязанность музыкантов, кто себя причисляет к анархо-движению, как можно большей публике рассказывать и объяснять – и в песнях, и в интервью – что любая власть – гавно. :) Как написали питерские анархисты 31 числа на крыше пассажа.

- Когда ваша творческая деятельность начала пересекаться с анархизмом? Когда вы стали вливать идеи в своё творчество?

- Это произошло за последнее десятилетие. Я, в принципе, был пролевых взглядов, с момента ухода из ДДТ. Но такие четкие анархо-взгляды у меня сформировались в последние три года. Постепенно я осознавал, в общем, то, зачем я живу теперь. Я даже раньше был скорее либертарианцем. Я это пережил и понял, что я левых анархистских взглядов.

- Почему ушли из ДДТ?

- Находясь в супер-группе, я видел мир через призму ДДТ. Когда я оттуда ушел, то окунулся в реальную жизнь. Видимо, мне этого не хватало, захотел вырваться. Я понял, что я проживаю жизнь не свою, а какого-то другого человека. С годами стало это тяготить, и я понял, что надо рвать когти. Понял, что хочу делать, то, что я хочу. Хотя знал, что будет тяжело. Андерграундный рок у нас вообще дело неблагодарное. Прожить на это тяжело, практически невозможно. Но и оставаться там ради зарплаты я больше не хотел. Хотя пришел в эту группу совершенно по другим соображениям в 1986 году, когда о зарплатах и речи не было. А то, что группа ДДТ превратилась в супер-группу и неплохо зарабатывает и имеет серьезный статус в стране, это отчасти и моя вина, мы все на это работали много лет. Я посчитал, что для группы ДДТ я сделал всё что мог и все что хотел. Дальше просто не мог и не хотел. Поэтому и ушел.

- Я вот лично считаю, что вы играете русский рок. А как вы сами можете охарактеризовать свой стиль?

- Уклон идет в панк, и хардкор пытаемся делать. Может, сама суть песен такая, но формы музыкальные мы берем более жесткие, не вполне характерные для русского рока. Русским роком нас называют по инерции, отождествляя как продолжение идей ДДТ. У некоторой публики просто повешен ярлык на нас.

- Химкинский лес стал символом противостояния общества и низовых политических активистов с местечковой властью и федеральной администрацией. Это стало уже не защитой леса, а защитой гражданского общества. Так вот, насчет ситуации в Химках и мнения питерских музыкантов Шевчука и Шнура, которые они отразили в своих песнях. Как вы смотрите на их мнения, и расскажите ваше собственное?

- Я естественно за Химкинский лес. В одной из последних песен у меня попало словосочетание «Химкинский лес». Косвенно упоминается, но именно как символ. Что касается позиций Шевчука и Шнура, то о Шнуре и говорить нечего. Понятно, что человек просто зарабатывает деньги любыми методами. И прямо об этом заявляет, что он бизнесмен от музыки. Поэтому, как он может выразить какие-то идеи. Как можно верить в высказанное им, когда он этим зарабатывает деньги. Ему нужен был какой–то информационный повод, чтобы там встряхнуть публику перед концертом воссоединенной группы «Ленинград», вот он взял, схватил эту тему животрепещущую и написал гнусный пасквиль. Причем он обвинил экологов, что они участвуют за деньги, в продажности и меркантильности, хотя на самом деле сам таков. Персонаж мне лично неприятный он давно. Другого я от него и не ожидал никогда.

- Что сейчас важно для анархистской контркультуры?

- В России просто анархо-движение очень слабо развито, в отличие от Запада. У нас социальное гражданское самосознание новой России еще не сформировалось. Раньше было одно – все были против совка. Там-то это уже давно сформированные движения и течения, противопоставляющие себя капиталистической системе. Они достаточно сильны, потому что у них давние традиции. У нас традиций таких нет. Мы свою историю черпаем в XIX веке. С революцией анархистов всех коммунисты порешили. К 30-му году мало кто в живых остался, если в лагерях только. И сейчас социальное гражданское сознание начинает просыпаться, сейчас важен момент формирования. И мы должны запустить идеи именно анархического сообщества в народ. Сейчас самый момент. Все ругают власть, но почему-то считают, что если сменить власть одну на другую, то все будет хорошо. Это главное заблуждение людей. У нас нет популярных анархо-групп, которые могли бы вливать в массы идеи. Может, мы прорвемся.

- Но надо как-то сохранять свои идеи при этом. Приходиться договариваться с менеджерами и звукозаписывающими компаниями…

- Мы пришли к тому, что полностью по возможности делаем сами почти всё. Сейчас работаем с «Выргородом», который не имеет отношения к шоу-бизнесу. Это независимый лейбл. На свои и деньги друзей мы записываем альбомы. Издаём их диайвай-образом. Чтобы над нами не довлела волосатая рука шоу-бизнеса. Мы выпустили несколько альбомов на «Бомба-Питер», лэйбл этот не крупный, но и там давление мы иногда ощущали. Очень активно пользуем интернет для распространения своих записей.

- В каких городах выступали «Электрические Партизаны»?

- В Украине (Харьков, Кривой Рог, Киев). В Украину сделать выезд нам легче, чем по России. В Питере и Москве тоже постоянно. А так, мало куда зовут в российские города. За границей пока тоже не были.

- Расскажите про первый альбом «Дзен-анархия». Почему такое название?

 

- Мне показалось,  что это провокационное словосочетание. Должно было произвести  яркую встряску в голове. А у меня это сложилось в одно понятие. Дзен буддизм это одна из анархических мировых религий. Там нет господина и раба как, например, в христианстве или мусульманстве, где человек это раб божий. В буддизме этого нет. Там считается что бог внутри каждого  человека, где он сам может стать Буддой, если будет над собой работать. Совершенством. Это созвучно с анархо-идеей, когда человек без какого-либо понуканья и рабского повиновения сам себя совершенствует духовно и идеологически. Сам себя делает развитым индивидуумом. Словосочетание довольно странно звучит со стороны, но это в нем мне и нравится. Идеологии и религиозного течения само название под собой не подразумевает. Это художественный образ.  Сама песня вообще психодел. Все остальные песни на альбоме про махновцев, RAF и мой дзен. Этот альбом помог нам выйти на анархическую стезю. И следующий альбом «Век неспокойного солнца» был уже в революционном настроении. Песни там призывно-лозунговые к борьбе, против рабства. Сейчас новый альбом пишем «Р.В.И.». Уже выложили несколько песен в интернет. Решили  частями выкладывать. 

- Почему «Р.В.И.»?

- У нас в Петербурге есть сепаратистское движение Ингерманландии. У меня был одноименный альбом. Достаточно психоделический. Его подхватили краеведы местные, которые были за самостоятельность Петербурга и края Ингрии. Сейчас выяснилось, что там большой уклон в ультраправую сторону. Я решил создать некий противовес этому. Придумал для начала художественный образ левого сепаратизма. Р.В.И. расшифровывается как Республика Вольная Ингрия. Такая задуманная мною анархо-сепаратистская страна, которая выходит из состава Российской Империи и на своей территории устанавливает анархический общественный строй. Я считаю, что Россия – слишком огромная страна, чтобы одновременно на всей территории начал существовать анархизм. Нужно действовать регионально. Когда один регион отделиться, то и остальные начнут. В каких-то регионах может быть будет более анархистский уклад, в каких-то менее. В любом случае нужно, чтобы империя распалась. В этом плане я антиимпериалист и антиглобалист.

- Основная анархистская критика сепаратистских движений в том, что к власти приходят национальная элита и возникает новое государство.

- Я хотел бы, чтобы в Ингрии возникла большая анархо-коммуна. Этот край может быть самостоятельным. Кремль выкачивает все ресурсы сейчас. Наш город – туристическая жемчужина, есть ресурсы и производство. Если где-то в регионе придет в массы анархистская идея, то надо сразу отделяться от российского государства. При этом солидаризироваться с другими анархистскими движениями, иначе сожрут внешние враги – капиталисты. Петербург должен быть вольным городом без Матвиенко, посаженной Кремлём. Мы ее даже не выбирали номинально. Власть сейчас централизуется, укрепляется её вертикаль, регионы должны бороться за свою самостоятельность. Правые в этом плане шустрее, анархисты более осторожные. Я агитирую за независимость регионов, империю без этого не уничтожить. Мы задаем левый уклон. Воюем с правыми на этом идеологическом поле. У них самих большой раздор в этом вопросе. Кто на центристских позициях стоит, кто откровенные нацисты. В реальности сейчас ничего не делается, но, зная силу теории, что она может воплотиться в жизнь, надо разрабатывать свою. Мы так и поём «Буржуям и наци здесь не место. Эй, подпевай мой гимн протеста». Чтобы нас не ассоциировали с нацистами. Мы анархо-радикалы.

- Какая публика ходит на ваши концерты в Питере?

- Очень разная. Но субкультурных людей нет. Мы хотели бы, чтобы и они подтягивались на наши концерты. Чтобы происходили слияние и взаимодействие. Мы делали концерт в «V-клабе», вместе с «Бригадиром» и «Весной Народа». Собрали наши публики вместе, чтобы перезнакомились друг с другом. Перестали вариться в своих тусовках. Хотим видеть наших анархистов не только как нигилистов, но активных людей, которые хотят что-то менять, революционеров. Анархо-движение это больше, чем отделить себя от окружающего мира, наоборот, это стремление изменить мир в лучшую сторону. Поэтому мы не хотим быть только в панк-роке, но и активно участвовать в анархо-темах.

- Какие у вас дальнейшие планы?

- Хотелось бы больше выездов. Пока получается делать их по Украине только. Играть больше концертов для всех желающих. Ну. остальное делать так. как рассказал в интервью.

 

Беседовал Алексей Иксрашиксов

Авторские колонки

желтые жилеты
Michael Shraibman

У меня было желание написать о событиях во Франции. Но за это время появилось интервью с Ксенией Ермошиной, непосредственной свидетельницей протестов. Она куда лучше информирована об этих событиях, чем любой из граждан РФ. Все это еще и происходит на фоне обмена любезностями между державами:...

3 дня назад
Michael Shraibman

Мы постоянно слышим: "Люди не способны меняться к лучшему, человеческая природа неизменна. В мире всегда или в большинстве случаев торжествует несправедливость и в принципе ничего нельзя исправить". Это мнение - ложь. Мой дед прожил 100 лет. Европейцы три столетия назад жили в том мире...

4 дня назад
3

Свободные новости