Ни каталанистов, ни испанистов!

Заявление группы Иберийской федерации либертарной молодежи в связи с участием "черного блока" в демонстрации каталонских националистов 11 сентября.

В связи с появлением «черного блока» на манифестации 11 сентября, организованной левыми националистами в городе Матаро, мы считаем уместным довести до сведения общественности позицию нашей группы в отношении участия анархистов в акциях и выступлениях, носящих националистический характер.

Мы со всей ясностью заявляем, что не принимаем в них участия и далее объясним мотивы, по которым мы этого не делаем. Мы надеемся, что наше заявление, с анархистской точки зрения, поможет развитию социальной силы мысли и действия, которые противостоят господству национализма. Политические партии всех мастей, буржуазные и псевдорабочие, правые и левые, подпитывают господствующее направление мысли, носящее патриотический и националистический характер. В нем погрязло каталонское общество, и лишь немногие способны его избежать.

Националистические движения склонны применять следующий критерий: либо ты со мной – либо против меня; либо ты из моих – либо из враждебного народа (ты или каталонец – или испанец; или серб – или хорват; или украинец – или русский). Любой, кто решается отмежеваться от планов и программы националистического движения, обвиняется в деятельности на пользу ненавидимого народа, врага. Независимо от мотивов, у тебя нет (рациональных) причин для того, чтобы сопротивляться (иррациональному) чувству принадлежности к народу, полному решимости творить свои славные дела.

Мы, анархисты, не следуем господствующему каталанистскому течению, не выступаем вместе со всеми политическими силами за независимость Каталонии и не отождествляем себя с каталонской родиной. За это нас обзывают испанистами.

Публикуя настоящий текст, мы хотим разорвать каталонско-испанский дуализм. Мы хотим предложить третий взгляд – новый путь преодоления национального конфликта. Мы стремимся преодолеть конфликт, просто обратив внимание на человеческую личность в момент созидания справедливого общества без угнетения.

Об освобождении и самоопределении народов

Сегодня авторитаризм в различных своих формах (капитализм, патриархат, религия, государство и т.д.) распространился на весь мир, удерживая в той или иной форме в повиновении все народы. Это отчуждающей и вызывающей озверение силе противостоят действие и идеи тех, кто, как мы, стремятся создать новый мир, основанные на братских, свободных и солидарных связях между людьми и их сообществами – анархистов.

В Каталонии получается так, что значительная часть населения отождествляет себя с рядом языковых и культурных черт, которые в целом не соответствуют тем языковым, моральным, религиозным, культурным, традиционным, художественным, эстетическим и этическим ценностям, которые Королевство Испания продвигало и навязывало в одинаковой степени всем своим подданным. Мы можем сказать, что большая часть каталонского населения ощущают себя частью определенного коллектива лиц, которые разделяют сравнительно сходную манеру говорить, отмечать праздники, питаться, смотреть футбольные матчи, жениться и т.д.

Те, кто отождествляют себя с этим коллективом, сами толком не сознают, какими характеристиками надо обладать и какие условия выполнять для того, чтобы принадлежать к этому столь разнородному, широкому и абстрактному клубу членов. Члены этого клуба заявляют «Я каталонец!», но сами не могут сказать, что значит быть каталонцем, или ясно определить, что такое каталонский народ.      

Зато членам и, прежде всего, президенту клуба вполне ясно, почему ты не можешь говорить о своей принадлежности к клубу, как тебе не следует отмечать рождество и за какую футбольную команду тебе нельзя болеть. Чтобы быть каталонцем, ты должен говорить как денди из Барселоны или цыгане из Лериды, но ни в коем случае не как Дон-Кихот; ты не смеешь есть на ночь сарсуэлу, не можешь быть из Мадрида, не можешь, не можешь, не можешь…

С момента появления Испанского государства (1714 г.) его правящие элиты осуществляют план последовательной унификации населения на культурном и языковом уровне, призванный навязать культурные и языковые черты, разделяемые лишь одной из частей его подданных – кастильцами. Речь идет о создании однородного сообщества подданных с единымы языком, королем, государством и флагом.

Жертвой этого процесса культурной униформизации пали разнообразие и разнородность. Это отношение господства вызывало в истории подавление и преследование любых культурных и языковых черт, существовавших на каталонских территорий.

В противовес такому культурному подавлению на протяжении всей истории возникали социальные и политические инициативы, требовавшие самоопределения каталонского народа. Сегодня эта напряженность сохраняется, хотя и в менее жестокой форме, и силы каталонских сторонников независимости и националистов продолжают добиваться самоопределения, но всегда в соответствии с одним и тем же принципом: создания каталонского государства. Но в какой форме каталонский народ действительно может быть свободным?   

Мы, анархисты, понимаем свободу как полное развитие человеческих личностей во всех сферах (интеллектуальной, эмоциональной, культурной, физической и т.д.) в условиях свободного и солидарного общества, свободного от любой власти. Поэтому мы отвергаем идею о том, что любое государство-нация может быть нашим избавителем от рабства, пусть даже это государство называется каталонским. Мы за разрушение всех государств и не выступаем за создание новых.  

Анархизм предлагает создание общества, делающего упор на интересы каждого из составляющих его личностей, считая, что люди рождаются не для того, чтобы удовлетворять ожидания третьих лиц,  для самореализации. С другой стороны, национализм претендует на создание общества и справедливости, в которых упор сделан на интересы наций. Это абстрактные целостности, сконструированные на уровне, превосходящем человеческую личность. В нациях люди оказываются лишь средством для удовлетворения национального интереса, и в тот момент, когда интерес отдельного человека расходится с интересом нации, общество, основанное на нации, принуждает человека действовать вопреки своим интересам и воле ради удовлетворения более священной вещи: воли нации. Так же как солдаты идут на войну против вражеской нации, готовые отдать жизнь ради спасения родины.

Каталонский национализм, как и любой другой, стремится создать упрощенное и однородное представление того, что он намерен создать в определенном конкретном месте. Само националистическое мышление, патриотизм обвиняет, маргинализирует и карает культурное разнообразие (например, сосуществование различных языков и групп на одной территории), воспринимая его как угрозу своей собственной идентичности, которую необходимо подавлять и контролировать. Патриотический восторг в отношении того, что относится к своему народу, приводит нас, к тому же, к стремлению сохранить во времени такие традиции и обычаи, которые, будучи анахроничными и несправедливыми, имеют тенденцию к исчезновению.    

Мы приходим к заключению, что любые типы национализма, в том числе, выступающие за независимость (например, баскский или каталонский) являются, в свою очередь, централистскими и подавляют существующие в их недрах различия, поскольку исходят из «нации» и забывают о том, что каждый человек является автономной единицей со своими характерными и неотъемлемыми особенностями.     

Нередко бывает так, что два народа, две нации различаются в основном тем, что исповедуют разные религии (сербы – православные, боснийцы – мусульмане, хорваты – католики), но при этом говорят на одном языке (сербы, боснийцы и большинство хорватов говорят на одном славянском языке, называемом штокавица, штокавштина или штокавское наречие). В случае с каталонцами и кастильцами, когда приходит время проводить различие, определяющей или наиболее очевидной характеристикой становится язык, поскольку и каталонцы, и кастильцы традиционно подчинялись римскому папе. На протяжении истории были примеры наций или народов, которые создавались или исчезали, в зависимости от политических интересов правивших на тот момент элит.

Для того, чтобы создать новую национальную идентичность, которая охватывает новое государство, достаточно сосредоточить внимание на чем-либо, что является общим для всех территорий государства, и придать этому категорию национальной ценности и отличительной черты. В случае с Социалистической Федеративной Республикой Югославии Тито, были позабыты религиозные различия между сербами, боснийцами и хорватами и сконструирована югославская национальная идентичность на основе борьбы против фашизма и общего славянского «сербохорватского» языка.  

Чтобы разделить одну нацию на две или более наций, достаточно всего лишь отрицать то, что есть общего и максимально усиливать то, что отличает. Чтобы отделить каталонцев от валенсийцев, надо забыть о сходстве валенсийского говора и западно-каталонским и сосредоточить внимание на языковых особенностях валенсийской столицы, чтобы провести разграничительную линию. Чтобы разделить югославскую нацию на сербскую, хорватскую и боснийскую, достаточно было напомнить населению, в какую церковь или мечеть ходили отцы сербов, боснийцев и хорватов в «досоциалистическую» эпоху.

Создание наций и их эволюция четко определяются политическими интересами господствующих элит, которые реализуют планы по внедрению однородности или по разделению подвластного им населения и забывая о различиях и культурных особенностях. Нации, такие, как они известны нам сегодня, и границы между ними выросли на основе войн и столкновений интересов между властвующими элитами различных участков территории.

Каталонские страны (Северная Каталония, Валенсийская земля, каталонский Арагон, Княжество Андорра, сардинский Альгер, Балеары) – это результат державной экспансии Жауме I, этнической чистки территорий, отвоеванных у мавров и расселения каталонского населения на аннексированных короной территориях.  Каталонские националисты намерены во веки веков сохранить этот статус-кво, унаследованный от Жауме I, тогда как испанские националисты стремятся сохранить статус-кво, унаследованный от Филиппа V.  

Как те, так и другие намереваются применить свои планы к определенному населению. Они стремятся сознательно сформировать культуру страны и заставить ее развиваться, в соответствии со своими интересами, препятствуя естественному развитию культурных и лингвистических особенностей различных сообществ и пытаясь помешать им. Для такой планомерной культурной трансформации используются национальные средства коммуницирования, создаются языковые стандарты, внедряется преподавание желательных культурных особенностей в школах по всей территории или же, в крайних случаях, проводится этническая чистка, подкрепленная расизмом.  

Мы, анархисты, выступаем против любой попытки запланированной манипуляции населением ради политических интересов. Мы выступаем за культурное и языковое разнообразие, смешение, взаимообмен, преодоление несправедливых традиций. Мы отстаиваем свободное и естественное развитие культур. Мы практикуем уважение к особенностям любого сообщества.

Поэтому мы выступаем против испанского государства и его планов искусственной и заданной унификации точно так же как против каталонского национализма, который стремится создать границы, каталанизировать и создать социальную справедливость на основе национальных интересов.

Только борясь против любого типа национализма, будь он баскским, испанским. Галисийским, каталонским или андалусийским, можно сохранить хоть минимальную последовательность, поскольку все они одинаково пагубны. И только исходя из либертарных федерализма и интернационализма, можно уважать автономию личности, различные местные культуры и особенности каждой зоны, не принося их в жертву политическим интересам.

О сотрудничестве с политическими партиями и другими организациями, которые выступают за государство как институт регулирования общественной жизни.

На манифестацию 11 сентября «черный блок» отправляется за компанию с политической партией CUP и другими общественными организациями, таким как Maulets, которые твердо выступают за создание каталонского государства. Допустим даже, что «черный блок» станет требовать свободы каталонцев без необходимости создать собственное государство. Все равно, как анархисты, мы считаем непоследовательным присутствовать на манифестации, где со всей определенностью требуют противоположное тому, что требуем мы. Мы уважаем желание товарищей выйти на манифестацию в «черном блоке», но считаем, что в любом случае было бы куда более адекватным провести собственное выступление.

В данном случае, как и во всех других, политические партии и поддерживающие их общественные организации призывают к единству «левых сил» против «общего врага», чтобы потом воспользоваться плодами будущего успеха выступления. В случае обретения каталонского государства, они же, не колеблясь ни минуты, задавят анархистское инакомыслие, если им посчастливится встать у власти.   

О памятных актах и днях исторических притязаний

В особенности мы не расположены устраивать памятные акты и испытывать восторги по поводу определенных исторических событий. И в данном случае мы, как анархисты, не желаем иметь ничего общего с празднованием или отмечанием 11 сентября. В нашем распоряжении есть куда лучшие события, связанные с борьбой за свободу каталонцев.

11 сентября проиграл не каталонский народ, а определенная королевская семья, Австрийский дом, который, точно так же как и Бурбоны, всегда был занят порабощением народа, приводя его к покорности с помощью голода, религии и насилия. Мы не можем считать утрату каталонских государственных институтов и Арагонской короны в 1714 году поражением каталонского народа, поскольку они служили лишь его порабощению и поддержанию социально господствующего и эксплуататорского класса. Каталония не имела действительной свободы при Арагонской короне; к тому же это был период, когда каталонско-арагонские институты осуществляли империалистическую экспансию на различных территориях Средиземноморья.   

Каталония стала свободной в июле 1936 года, когда трудовой народ, вдохновляясь идеями анархизма и анархо-синдикализма, вышел на улицы, чтобы бороться с фашизмом, коллективизировать средства производства и заменить государственные институты органами революции. Как анархисты и каталонцы (жители Каталонии, - перевод.), мы полагаем, что если и есть день, когда можно праздновать годовщину и требовать освобождения и свободы народа Каталонии, то это, вне всякого сомнения, 19 июля 1936 года, а не 11 сентября 1714 года.  

Но не будем забывать о том, что 19 июля анархисты боролись не за свободу Каталонии, а за свободу людей и их общин. Свобода Каталонии есть, как таковая, результат и следствие свободы всех, включая каждого из людей, кто сегодня ощущает себя отождествленным с абстрактной общностью «каталонского народа».

Анархистская группа «Социальный рассвет» – Иберийская федерация либертарной молодежи

Источник

Добавить комментарий

CAPTCHA
Нам нужно убедиться, что вы человек, а не робот-спаммер.

Авторские колонки

Michael Shraibman

Некоторые сторонники зеленых идей говорят о необходимости сокращения потребления. Нет спору - современный общественный порядок, установившийся в мире, наносит ущерб окружающей среде. Однако, огромная часть человечества продолжает страдать от бедности, в том числе и в развитых странах. Улучшение...

1 неделя назад
Michael Shraibman

Умер Дар Жутаев. Это случилось 1 февраля. Я собирался зайти к нему домой, после Нового Года, позвонил, но он был уставшим и попросил отложить встречу. Дословно это звучало так: "Братэ, у меня сейчас какое-то странное состояние, я - нигде." Так она, наша встреча, и не состоялась. Ученый -...

3 недели назад
2

Свободные новости