Интервью с Ноамом Хомским: пока Сирия уничтожает себя, Израиль и США наслаждаются зрелищем

В эксклюзивном интервью для издания Ceasefire, знаменитый ученый и анархист Ноам Хомский изложил Фрэнку Бэрету свое видение нынешней ситуации на Ближнем Востоке, в особенности кризиса в Сирии, мирных переговоров между Израилем и палестинцами, а также влияния США в регионе.

Ceasefire (Фрэнк Бэрет): Что означает израильско-американская тактика ведения переговоров и почему власти Палестины ей подыгрывают?

Ноам Хомский: С точки зрения США, эти переговоры для Израиля, в сущности, означают возможность и дальше пользоваться бесконтрольной властью на Западном берегу реки Иордан, продолжать бесчеловечно осаждать Газу, изолировать ее от Западного берега и конечно, занять Голанские высоты, всё это при поддержке США. А переговоры, как и все последние двадцать лет после Осло, попросту служат прикрытием этому.

CF: Как вы считаете, почему власти Палестины подыгрывают этому и время от времени вступают в переговоры?

НХ: Возможно, отчасти от отчаяния. Вы можете задаваться вопросом, правильный ли они делают выбор или нет, но у них не слишком много вариантов.

CF: То есть, они соглашаются на переговоры, чтобы выжить?

НХ: Если бы они отказались от участия в организованных США переговорах, страна бы полностью лишилась поддержки. Они существуют, главным образом, за счет пожертвований. Израиль сделал всё, чтобы там не было никакого производства. Это общество тех, кого на идише называют “шнорреры”: они попросту берут в долг и живут тем, что смогли найти.

Нельзя сказать определенно, была ли у них альтернатива этому, но если бы им пришлось отказаться от требования США вести переговоры на совершенно немыслимых условиях, экономика страны бы пошатнулась. А им оказывают экономическую поддержку – внешнюю поддержку – достаточную для того, чтобы элита Палестины могла жить красиво и беззаботно, а зачастую и купаться в роскоши, пока мир вокруг рушится.

CF: После всего этого, разве было бы плохо, если бы Палестинская Автономия потерпела крах и исчезла?

НХ: Зависит от того, что придет ей на смену. Если бы, скажем, Марвану Баргути позволили воссоединиться с народом так, как это в итоге сделал, например, Нельсон Мандела, это могло бы положительно сказаться на организации палестинского общества, которое могло бы выдвинуть более жесткие требования. Но не забывайте: у них не было особого выбора.

Вспомнить хотя бы начало соглашений в Осло, сегодня это уже события двадцатилетней давности. Переговоры шли полным ходом, в Мадриде палестинскую делегацию представлял политик лево-националистического толка Хайдар Абдель Шафии, очень уважаемая фигура в Палестине. Он не пожелал соглашаться с условиями Америки и Израиля, которые совершенно серьезно потребовали позволить продолжить экспансию израильских поселений. Он отказался, и переговоры завершились без каких-либо результатов.

Тем временем Арафат и палестинские эмигранты провели сепаратную встречу в Осло и взяли ситуацию под свой контроль. Хайдар Абдель Шафии был решительно против этого, настолько, что даже не явился на ту торжественную и бессмысленную церемонию, где Клинтон лучезарно улыбался, глядя на Арафата и Рабина, пожимающих друг другу руки . Он не пришел, потому что понял - это было полное предательство. Но он был принципиальным человеком и поэтому ничего не добился, так и мы ничего не добьемся, если только не будет существенной материальной помощи от ЕС, стран Персидского залива и от США, в конце концов.

CF: Что, по вашему мнению, в действительности поставлено на карту в сегодняшних событиях в Сирии, и как это скажется на регионе в целом?

НХ: Ну, Сирия близка к самоуничтожению. Это ужасная история и она становится все страшнее и страшнее. Никакого просвета впереди. Если так будет продолжаться, может случиться, что Сирия будет разделена на три региона. Во-первых, область курдов - которая уже формируется - может отсоединиться и каким-то образом присоединиться к полуавтономному иракскому Курдистану, возможно, подписав некоторые соглашения с Турцией.

Остальная часть страны будет поделена между сторонниками режима Асада - жестокого, бесчеловечного режима - и противостоящими им разномастными боевиками, от самых жестоких злодеев и преступников до светских сторонников демократии. Между тем, Израиль смотрит на это и наслаждается зрелищем. Если вы заглянете в утренний выпуск New York Times, там есть одного израильского чиновника, он выражает чрезвычайную радость по поводу того, что арабы режут друг друга.

CF: Да, я это читал.

НХ: Для Соединенных Штатов это тоже хорошо, им тоже не нужно, чтобы это закончилось. Если бы США и Израиль хотели помочь повстанцам - чего они, определенно, не хотят - они бы смогли это сделать даже без военной интервенции. Например, если бы Израиль мобилизовал войска на Голанских высотах (конечно, это сирийские Голанские высоты, но на сегодня в мире более или менее признают незаконный захват территории Израилем), если бы они только сделали это, это бы заставило Асада бросить силы на юг, что ослабило бы давление на повстанцев. Но нет ни малейшего намека на это. Они даже не предоставляют гуманитарную помощь огромному числу страдающих беженцев, не делают даже тех простых вещей, которые могли бы сделать.

Все это дает основания предположить, что и Израиль, и США предпочитают, чтобы дальше все было так же, как сейчас, совсем как написано в утренней колонке New York Times. В то же время, Израиль может праздновать, и поддерживать свой статус так называемой “Земли обетованной”. Была интересная колонка редактора Haaretz, Алуф Бенна, в ней рассказывалось о том, как израильтяне ходят на пляж и наслаждаются солнцем, поздравляя себя с тем, что живут на "Земле обетованной", в то время как снаружи свирепые монстры разрывают друг друга на части. И конечно, с этой точки зрения Израиль исключительно защищает себя, и ничего более. Им такая точка зрения по душе, да и США кажется, тоже не слишком разочарованы спектаклем. Все остальное - это бой с тенью.

CF: Как насчет этих разговоров о том, что США могут вскоре нанести удар, считаете ли вы, что это произойдет?

НХ: Бомбардировки?

CF: Да.

НХ: Ну, в Соединенных Штатах это предмет увлекательных дебатов. Ультра-правые и правое крыло радикалов, которые не включены в глобальные связи, они против этого, но не по тем причинам, которые бы мне понравились . Они против, потому что рассуждают так: “Почему мы должны посвящать свои жизни решению чужих проблем и растрачивать наши ресурсы?” Они буквально вопрошают “А кто поможет нам самим, когда на нас нападут, если мы отдадим свои жизни, помогая людям за морем?” Это ультраправые. Посмотрим на "умеренных" правых, вроде, скажем Дэвида Брукса из New York Times, он считается интеллектуальным обозревателем от правых. Он считает, что попытка вывода войск США из региона не оказала "миротворческого эффекта". По логике Брукса, когда войска США находятся в регионе, это оказывает миротворческий эффект; ситуация улучшается, как мы можем видеть в Ираке, например. Но если мы начинаем вывод войск, мы больше не способны контролировать ситуацию и менять ее в лучшую сторону.

Это стандартная точка зрения для всех от интеллектуальных правых до либеральных демократов и им подобных. Много разговоров было о том “Стоит ли нам воспользоваться нашей ‘Обязанностью защищать’?” Да просто прочтите текст американской ‘Обязанности защищать’. Сам факт, что такие слова вообще были произнесены, говорит нам довольно много об американской - и западной в целом - моральной и интеллектуальной культуре.

Не говоря уж о том, что это грубое нарушение международных законов. В последнее время Обама придерживается такого курса: не он прочертил "красную линию", а мир в целом - благодаря соглашениям по химическому оружию. Ну да, на самом деле существует такое соглашение, Израиль его не подписал, а США фактически пренебрегли им, например, когда поддержали жесточайшее использование химического оружия Саддамом Хусейном. Сегодня мы привыкли осуждать Саддама Хусейна, забывая о том, что администрация Рейгана не просто позволяла ему существовать, но и поддерживала по основным вопросам. И конечно, эти соглашения не имеют механизмов давления.

Так же, как не существует и такого понятия как “Обязанность защищать”, это вранье, которым пронизана западная интеллектуальная культура. Есть одно положение международного права, а точнее, два положения. Одно утверждено Генеральной Ассамблеей ООН и оно действительно говорит об "Обязанности защищать", но предусматривает право на военную интервенцию лишь при условиях, предусмотренных Уставом ООН. Существует другая версия, принятая лишь на Западе, США и их союзниками, она является односторонней и гласит, что "Обязанность защищать" допускает "военную интервенцию региональных организаций в подконтрольном регионе без разрешения Совета Безопасности ООН".

Короче, говоря простым языком, это означает, что США и НАТО позволяется применять силу везде, где они пожелают, без разрешения Совета Безопасности. Вот что значит “Обязанность защищать” в западной трактовке. Было бы смешно, если бы не было так грустно.

CF: Спасибо вам, профессор Хомский.

Интервью было записано вечером в пятницу, 6 сентября 2013 года. Оригинальная аудиозапись интервью была незначительно отредактирована Ceasefire для удобства прочтения. Интервью было подготовлено совместно с Le Mur a Des Oreilles, их ежемесячные аудиозаписи можно прослушать на .

Фрэнк Бэрет является координатором Трибунала Рассела в Палестине. Совместно с Ноамом Хомским и Иланом Пэппе он написал книгу “”. , увидевшее свет в 2013 году, стало главной темой подробного интервью Стефана Хессела.

Ноам Хомский является почетным профессором лингвистики и философии в Технологическом университете Массачусетса (MIT) в Кембридже, штат Массачусетс.

Перевод avtonom.org

Добавить комментарий

CAPTCHA
Нам нужно убедиться, что вы человек, а не робот-спаммер.

Авторские колонки

Владимир Платоненко

Поводом для написания этой статьи послужили арест и освобождение Хаски, однако тогда я не имел доступа к интернету и статью публикую только сейчас. Что, возможно, и к лучшему, ибо те события были лишь поводом, а статья на самом деле совсем о другом. Из творчества Хаски я знаю только одну строку...

5 дней назад
Michael Shraibman

На первый взгляд кажется, что верхушке того или иного государства легко удерживать власть, постоянно провоцируя внешние конфликты. Если противники не слишком сильны, то можно, действуя более-менее осторожно, разжигать огонь патриотизма, поддерживая национальное единство. В конце концов, мы все тут...

1 неделя назад
1

Свободные новости