"Моя задача - бороться с системой" письмо Артура Коновалика

В ноябре 2009 года мы опубликовали письмо заключённого из Жешува, Польша, - Артура Коновалика, где он описывал реалии польской тюрьмы.  Ниже будет опубликовано второе письмо Артура, через несколько дней будет выложено ещё одно его письмо.
Пожалуйста, отправляйте письма Артуру, потому что это придаёт ему сил для выживания за решёткой.

Долой все тюрьмы! АЧК-Москва

Ещё раз я успешно избежал цензуру и открываю правду об исправительных учреждениях. Не о тех, о которых говорят по ТВ, но о тех, которые относятся к реальной системе (не)правосудия. Я один из немногих людей, которым "посчастливилось" попасть в самое худшее подразделение для заключённых в Польше. Благодаря моему мятежному характеру и нервозности, которая у меня развилась в течении этих лет, проведённых в тюрьме, я был помещён в подразделение для особо опасных заключённых. Существует несколько таких подразделений в Польше, но между ними нет почти никаких различий. Такие подразделения представляют собой тюрьму внутри тюрьмы, отделённое строение, окружённое колючей проволокой и системой охранного видео наблюдения со всех сторон. Когда я попал туда, я не знал сколько я буду там находиться. В полном одиночестве... но я вернусь к этому позже. Меня пригласили на склад, выдали красную спецодежду и разбросали мои личные вещи по всей комнате. Как опасному заключённому мне не разрешалось иметь личную одежду. Меня одели в то, что мне не нравилось, но никто не спросил меня об этом. В конце концов, когда тюремщики устали копаться в моих вещах, досконально изучив одеяла, миски и письма, они закрыли меня в камере. Мои руки и ноги натирали кандалы. Я попросил охранников их как-то ослабить на что они ответили: "тебе лучше к этому привыкнуть".

Когда я вошёл в камеру я был шокирован: мне предстояло жить в камере, размер который был 3 шага в ширину и 6 - в длину. Я не знал сколько времени я здесь проведу. Итак с самого начала система показала мне свои когти, "сиди здесь и думай о том, что ты останешься здесь до конца своих дней!". Очень сильно давило осознание того, что всякий раз, когда бы я попытался получить условно-досрочное освобождение под честное слово, мне бы его не дали, потому что я находился в подразделении для особо опасных заключённых. Я опишу камеру, в ней не было окон, было только одно - крохотное с матовым оргстеклом, за которым не было видно солнца, без ручек, оно было просто куском оргстекла, закреплённого в стене, чтобы в камере было хоть немного света. Я не мог назвать это окном. Под потолком за решётками было отверстие, где было небольшое окно, я мог открывать его автоматически на 10 см. Они, видимо, всё-таки хотели, чтобы у меня была возможность дышать. В камере железная кровать была привинчена к полу, крошечный стол и стул также прикручены к полу, они хотели быть уверенными в том, что я не наврежу себе. Ведь это подразделение для опасных заключённых, не так ли? У меня был металлический шкаф, который однажды я погнул кулаками. Был душ в нише шириной в три плитки, раковина и унитаз рядом с ней, бачок ничем не прикрывался, рядом с унитазом была небольшая стена, которая слегка закрывала его, но не меня. По камерам, одна из которых была в углу, другая напротив зеркала из оргстекла, за мной могли наблюдать всё время. Первое время мне было тяжело привыкнуть к этому, я осознавал, что за мной наблюдало множество людей, они знали даже то, когда я сру.

Обогреватель был в полу, охуенные удобства! Позиция охранников было фантастической тупости, они говорили мне всякий бред, типа того, что у них нет таких роскошных условий даже дома. Кто придумал подогрев пола в камере для опасных заключённых?! Охранники также включали музыку, в моей камере был громкоговоритель, прикреплённый к потолку, я мог убавить звук, но не мог выключить его совсем. С 6 утра и до 10 вечера это была полная промывка мозгов. Кто-то однажды придумал, что это очень круто играть так называемую "РЕЛАКСИРУЮЩУЮ" музыку: шум моря, пение птиц, скрипку, кларнеты. Каждый день по 2 часа. Самое ужасное заключалось в том, что я не мог это выключить и это меня злило. Это напомнило мне книгу "Пролетая над гнездом кукушки", которую я недавно прочитал. Я стал протестовать, и начал писать жалобы, насколько мне известно, не я один жаловался на эту музыку и я верил, что это делалось специально. Через какое-то время, выключатель был установлен, и я смог не только убавлять музыку, но и выключать совсем и отдыхать.

Каждый раз, когда я покидал камеру, я должен был раздеваться до гола, мою одежду обыскивали. Сначала это стесняло меня, но потом я стал делать это автоматически. Меня обыскивали дважды в день, поэтому мне приходилось раздеваться 4 раза, так как меня также обыскивали, когда я возвращался в камеру. Это было правилом - раздевание перед тем как покинуть и вернуться в камеру. Когда я уходил на прогулку, дистанция которой была не намного больше, чем камера, меня также раздевали и обыскивали. Конечно, система видео наблюдения повсюду. Кандалы сдирали кожу, как я уже писал, но всем было похуй, мне нужно было одевать их всякий раз, когда я покидал камеру.

Однажды зимой чудо-отопление сломалось и в камере было невыносимо холодно 3 дня, мне приходилось спать в одежде, но это было бесполезно, потому что было настолько холодно, что я не мог уснуть. Было так холодно в 2 часа ночи, а охранник решил, что холодно не достаточно, он открыл маленькое окошко в моей камере, я замёрз ещё больше. Я ему не нравился. Я отреагировал агрессивно, я начал ругаться на него через устройство внутренней связи, он утверждал, что он не открывал и не блокировал окно и то, что оно, должно быть, сломалось. Я не мог ничего сделать, я дрожал. Через пару часов окно "разблокировалось" само и я услышал, как оно закрылось. Я должен отметить, что охранники могли контролировать всю автоматику в отделении. Они также отключили воду. Спустя три дня мастера по ремонту, которые построили эту крепость, пришли и починили отопление и мне ещё раз сказали о том, какие здесь чудесные условия.

Еда выдавалась охранниками, никому больше этого не разрешалось. Количество еды определялось тем, нравился кто-то охраннику или нет. Их отношение было таким, что когда я вёл себя хорошо они выдавали нормальную порцию еды, так, что я не чувствовал голода. Но часто случалось так, что я вёл себя агрессивно, когда они меня провоцировали. Тогда они выдавали так мало, что я всё время голодал. В таких случаях я пил только воду. Длилось это неопределённо, до тех пор, пока им не надоедало. СМИ сообщают, что на каждого заключённого выделяется 1700 злотых [около 500 евро] (что за бред!). Давайте всё-таки вернёмся в роскошное строение с системой подогрева пола. Как-то раз во время обыска люди в униформе забрали чайник, который я использовал, готовя чай и кофе. Это случилось сразу после того, как я получил продуктовую передачу. Эти задницы с ручками сказали, что пластик подгорел и использование чайника будет опасно для меня, так как меня может ударить током. Новый чайник я получил через три месяца (продуктовая передача разрешена раз в три месяца), мне приходилось заваривать чай чуть тёплой водой из-под крана, которая была доступна 3 раза в день. Вы когда-нибудь пили кофе, заваренное тёплой водой из-под крана? Я НЕ РЕКОМЕНДУЮ вам этого - даже в экстремальных условиях! Я пил кофе и чай из банки из-под йогурта, потому что мне запрещалась стеклянная посуда.

У меня в камере не было телевизора, у меня было радио в складском помещении, но мне не разрешалось иметь его в камере. Раз в неделю, мне выдавался каталог с книгами, я мог выбрать название и номер книги, которую я хотел прочесть и они приносили её из библиотеки. Очень часто они не приносили книги, которые я хотел, потому что они утверждали, что эти книги не предназначены для меня, так как они деморализовали бы меня и научили плохому. Они хотели всё решать за меня, мегаломаны хуевы.

Был период, когда я не получал писем от моей семьи и мои письма не доходили до них. Я стал писать об этом нескольким учреждениям, но очевидно, что ничего не изменилось. Меня вызвал надзиратель, и я пошёл к нему. Он объяснил, что это было ошибкой на почте, я этому не поверил, но он попросил меня забрать обратно жалобы. Я ответил, что заберу жалобы, если мои письма дойдут до меня, так они и сделали. Позже, я обнаружил, что все письма выбросили на помойку, потому что они хотели сломать меня морально и сделать из меня послушную марионетку. Это случалось несколько раз, в течении и того времени, когда из душа текла холодная вола. Я знал, что это делается тюремным гестапо.

Душ раз в неделю, со своими причудами, я срывался. Единственное хорошее, что было здесь - это камеры повсюду, поэтому они не могли меня избивать. Система видео наблюдения записывала всё, и всегда была уверенность в том, что если они захотят меня избить или отвести меня в изолятор, я напишу об этом. Они этого опасались. Конечно, позже я это использовал, я напишу об этом потом. По причине изоляции, мне не разрешалось видеть других заключённых, и как бы то ни было это было невозможно; все камеры были одинаковы. Мой брат мог бы находиться за соседней стеной и я бы об этом не знал годы! Один всюду. Через достаточно большой период времени я посчитал, что нас в подразделении 11 человек, однажды я посчитал полотенца и тележки, которые были приготовлены для замены после душа. Их секрет был раскрыт! Его так долго берегли господа и правители. Что теперь должно было произойти?

Некоторые люди могут спросить, почему я не протестовал, почему не пытался бороться? Я делал это, и вот почему я остался там надолго, в одиночестве. Прежде всего они боялись, что я представляю угрозу безопасности всей тюрьмы и, во-вторых, они хотели сломить меня и они поняли, что у них нет в этом шансов. Я приведу несколько примеров, я нарушал правила несколько раз, я не выходил из камеры на обыск, который должен был производиться дважды в сутки. Они не могли вытащить меня оттуда силой, им пришлось бы применить насилие, к тому же я был в кандалах, это ещё одна проблема. Как я заметил, здесь были камеры. Сначала они угрожали мне, я смеялся, тогда они попросили меня вежливо, что тоже не помогло. Они сдались и ушли. Я ждал, что будет дальше. Они нашли решение этой проблемы, они позвали психолога и я пошёл к нему на приём. Он разговаривал со мной в специальной комнате, а они обыскивали мою камеру в это время. Я проделал это несколько раз, у них это вызывало затруднения. Им приходилось вызывать психолога, а ему приходилось быстренько приходить в этот бастион. Я был доволен. В камере был прибор пожарной сигнализации, но было достаточно зажечь сигарету, чтобы сигнализация сработала и все всполошились. Особенно ночью. Меня это очень забавляло. Несколько раз я угрожал им, что подожгу камеру, тогда они выносили все одеяла, матрасы и подушку. Они отдавали всё это через какое-то время. Смешно, но у меня не было даже зажигалки или спичек в камере. Существует множество форм протеста. Я описал много всего, через что мне пришлось пройти как опасному заключённому, описал и тюремные условия. В следующем письме я напишу о различных формах протеста, которые используются большинством заключённых.

Через несколько месяцев один парень, который объявил голодовку, умер в Краковской тюрьме. Он не достиг цели, но он показал, что тюремщикам просто насрать на заключённых. Им на всё похуй. Они говорят, ты можешь сдохнуть от голода, вскрыться, проглотить острые предметы, нанести себе ранения, это твоё дело. Так оно выглядит.

Моя задача - бороться с системой, даже в той ситуации, в которой я нахожусь, вот почему я пишу хорошим людям, которые публикуют мои письма. Это борьба, которая даёт мне силы. Я был бы рад переписываться с теми людьми, которые думают также, как я. Я посылаю свой привет всем свободным людям по другую сторону стен, которые борются с системой.

Артур, октябрь 2008

БОРЬБА ПРОДОЛЖАЕТСЯ!

Артуру можно написать по адресу:

Artur Konowalik
Zaklad Karny
Zaleska 76
35-322 Rzeszow
Poland Польша

Первое письмо можно прочитать здесь

Добавить комментарий

CAPTCHA
Нам нужно убедиться, что вы человек, а не робот-спаммер.

Авторские колонки

Michael Shraibman

"Хватит жаловаться на жизнь! Почему бы желающим, людям, которых не устраивает низкая зарплата или безработица, не продать, например, квартиру и самим не организовать свое дело, бизнес, или даже кооператив?". Это - пошлость, которую часто можно услышать от деток богатых родителей или от...

1 неделя назад
1
Алла Демидова в роли Марии Спиридоновой
Michael Shraibman

Политолог Аркадий Дубнов пишет: "В этот день (6 июля) в 1918-м чуть ли не рухнула Советская власть, когда левоэсеровский мятеж посягнул на большевистский режим, подписавший "похабный Брестский мир" с Германией". Это распространенный миф. В действительности левые эсеры были...

1 неделя назад
1

Свободные новости