80 лет со дня создания Совета обороны Арагона

6 октября 1936 года в Испании делегаты от либертарных сельских общин-коллективов Арагона и анархистских колонн ополчений-милиций приняли решение о создании органа координации и администрации целого региона -- впервые в истории. Публикуем перевод отрывка из книги испанского историка Абеля Паса, посвященного этому событию.

Поскольку в Арагоне развивались аграрные коммуны и размещались революционные войска, в то время как в Барселоне революция отступала, радикальные анархистские активисты сосредоточили внимание на этом регионе. В глазах всех, Арагон был маяком Испанской революции. Дуррути тоже был причастен к этому феномену. С самого начала он не только был в центре антифашистского сопротивления, но и способствовал движению за создание коллективов.

Дуррути понимал, что если эта сила не приобретет связность, она окажется уязвимой для атак со стороны ополчений марксистского типа. Ведь даже со стороны соединений ПОУМ ощущалась враждебность в отношении коллективов.

Крестьяне из различных местностей свободного Арагона приходили в Военные комитеты либертарных колонн, чтобы пожаловаться на нападения со стороны ополчений каталонских националистов и сталинистов. Эти нападения происходили в различных формах. Иногда с помощью военной силы разгонялись местные Советы, избранные крестьянами на своих общих собраниях. Иногда военные соображения служили предлогом для того, чтобы разграбить их запасы продовольствия или похитить трактора, которые были переданы им соединениями CNT. На встречах с приходившими к ним пожаловаться комиссиями крестьян Дуррути всегда настаивал, чтобы те сами изыскивали силы для оказания сопротивления, а не искали их у либертарных колонн: ведь, по мере продолжения войны, те рано или поздно покинут территории Арагона. Крестьяне должны координировать свои действия друг с другом, говорил Дуррути, но при этом предостерегал от политического антифашистского фронта, вошедшего в моду в Испании: они не должны совершать такой же ошибки. В Арагоне не было политических партий, и не было никакой нужды создавать их ради антифашизма. Единственным фронтом должна была служит ассамблея.

Когда 5 октября Дуррути возвратился из Мадрида, он с большой радостью увидел призыв к проведению региональной конференции, которую CNT созывала на 6 октября в Бухаралосе. Эта конференция должна была стать местом рождения Совета обороны Арагона и конфедерации либертарных общин региона.

На региональную конференцию собрались 139 делегатов от всех деревень Арагона. Кроме того, были представлены различные колонны ополчений CNT: "Культура и действие", "Красная и черная", "Четвертое соединение Хельсы", "Центурия Малатесты" (итальянская группа из-под Уэски), колонна "Эбро-Юг" (Ортиса), колонны CNT из Уэски, Альдабальтетреку и колонна Дуррути.

Конференция началась с устного отчета секретаря регионального комитета арагонской CNT о решениях национального пленума региональных федераций, который заседал 15 сентября в Мадриде. На этом пленуме было предложено создание Национального совета обороны, состоящего из представителей CNT и Всеобщего союза трудящихся. В пункте 2-м говорилось: "Местный, провинциальный, региональный и общенациональный федерализм, в обоих своих аспектах – политического и экономического управления. Создание Советов обороны на соответствующих уровнях; ликвидация государственных и провинциальных властей и систему гражданских губернаторов. Регионам предоставляется свободная возможность составить региональные советы обороны на пропорциональной основе из представителей антифашистских сил, сообразно местным условиям и возможностям". В отчете регионального комитета в этой связи указывалось: "Это предложение не встретило, однако, согласия со стороны ВСТ... Поэтому пленум (30 сентября) принял решение о подрыве влияния центральной власти. И с этой целью самым подходящим было перейти к учреждению регионального совета обороны".

После отчета дискуссию открыла делегация Бухаралоса. Она "рассматривает создание такого органа в качестве необходимости, поскольку оно ограничит влияние определенных военных элементов, пользующихся возможностью и пытающихся противостоять прогрессу народа в социальной области. В качестве явного примера этому делегация упоминает статью, которую она намеревалась опубликовать в "Органисасьон сосиаль", но которая была полностью запрещена военной цензурой, поскольку в ней речь шла об автономии Арагона".

Все последующие выступающие сходились в том, что необходимо создать упомянутый орган. Одни считали, что Совет должен заняться хозяйственными и административными делами региона, не вмешиваясь в военные вопросы: ведь, в конце концов, колонны подчинялись Каталонии. Другие, напротив, придерживались мнения, что Совет должен взять на себя и военные дела: ведь колонны действовали на арагонской территории, а вопрос о полномочиях Каталонии мог быть легко разрешен посылкой в Каталонию делегата от Совета обороны. При этом стоит упомянуть, что делегации, которые высказывались за то, чтобы взять ведение войны в свои руки (к примеру, Барбастро или провинциальный комитет Уэски), тем или иным образом находились в конфронтации со сталинистскими ополчениями или с Военным комитетом Северного Арагона, созданным Вильяльбой в противовес Военному комитету в Сариньене.

В ходе дискуссии от имени своей колонны взял слово Дуррути. Он заявил: "Создание Регионального совета обороны Арагона необходимо, причем как можно скорее. Тем самым нам удастся соединить свои силы, наконец, поставить вопрос о едином командовании и, в конце концов, выиграть войну... Нужно внимательно изучить, как происходят события в Испании. Я только что приехал из Мадрида, я говорил с военным министром и без всяких обиняков изложил ему реальность, при которой мы здесь живем. Ему ничего не оставалось, как склониться перед властью бесспорных фактов. Но нам этого недостаточно. Чтобы направить вещи по верному пути, необходимо осуществить на практике решения Национального пленума CNT. Если Национальный совет обороны не будет создан, нам угрожает потерять все. Поэтому мы должны выиграть борьбу против фашизма. Но чтобы оказать настолько сильное давление на центральную власть, чтобы та приняла наши предложения, мы в Арагоне должны создать Совет, который будет регулировать наши действия". Из этого следует, что Дуррути выступил за то, чтобы передать Совету обороны Арагона также руководство ведением войны.

В итоге была выбрана комиссия, призванная суммировать мнение, преобладавшее на конференции, и конкретизировать его. Комиссия выработала следующее предложение:

"Вследствие революционных событий в стране, как результат борьбы, спровоцированной фашизмом, и в осуществление последних решений пленума региональных федераций CNT принимается решение образовать Региональный Совет обороны, который возьмет на себя все политическое, экономическое и социальное развитие Арагона.

Совет состоит из следующих отделов: юстиции, общественных работ, промышленности и торговли, сельского хозяйства, информации и пропаганды, транспорта и связи, общественного порядка, здравоохранения и гигиены, народного образования, экономики и снабжения.

Все отделы разработают план, который будет предложен представленным организациям и потребует их одобрения. После его принятия он будет обязательным для всех и исполняться во всех аспектах.

Все действия отдельных местностей будут состоять в выполнении составленного социально-экономического плана, поскольку таковой будет содержать меры временного или долгосрочного характера, направленные на создание нового общественного устройства, с тем, чтобы не существовало, как было до сих пор, различных планов и мер, вступающих в противоречие друг с другом.

Что касается проблем войны, представляется уместным не создавать для этой цели специального отдела, чтобы не производить на свет еще один орган, который, даже вопреки собственной воле, мог бы породить путаницу и смешение с уже имеющимися. С тем, чтобы однако же иметь возможность оказывать давление и добиться большего эффекта, мы принимаем следующее решение:

1) Избрать 2 делегатов, которые будут представлять арагонский регион в военном отделе в Барселоне;

2) Сформировать Военный комитет вооруженных сил, действующих в Арагоне, который возьмет на себя исключительное и ответственное руководство всеми передвижениями колонн;

3) Этот комитет будет состоять из следующих членов: одного представителя от колонны Дуррути, одного представителя от колонны Ортиса, 3 представителей от участка фронта Уэски и 2 представителей Совета обороны Арагона.

Такой состав носит временный характер до тех пор, пока колонны, оперирующие на участке Теруэля, не изберут делегата, который будет включен в состав Военного комитета.

Если это предложение будет принято делегациями, оно будет сообщено региональным федерациям Каталонии и Валенсии".

Предложение было внесено и подписано следующими лицами: от окружной федерации Ангуэса – Франсиско Понсаном; от синдиката Утрильяса – Хилем Гаргальо; от Мас-де-лас-Матаса – Макарио Ройо; от провинциального комитета Уэски – Грегорио Вильякампой; от регионального комитета – Франсиско Муньосом; от комитета оккупированной зоны Теруэля – П. Абрилем, Онорато Вильянуэвой; от колонн Арагонского фронта – Франсиско Карреньо и Хоакином Аскасо.

Предложение было принято единогласно. Местопребыванием Комитета обороны Арагона был определен Альканьис.

В ходе обсуждений на этой конференции в Бухаралосе говорилось и о проблемах Арагона. Регион оказался и зоной боевых действий, и частью тыла, причем это не было четко разграничено. Проблемы осложнялись тем, что за различными колоннами стояли разные политические силы. Каждое из этих политических направлений пыталось в собственном тылу определять хозяйственную жизнь крестьян, согласно своим собственным ориентирам. Именно это и ничто иное было причиной запутанного положения в Арагоне. Поэтому создание Совета обороны стало важным шагом. Однако оно могло увенчаться успехом лишь в том случае, если функции колонн, полномочия самого Совета и роль каталонского Женералитата в Арагоне будут четко разграничены. Все это порождало столько конфликтов интересов, что борьба между революцией и контрреволюцией в Каталонии была настолько активной, как ни в одной другой области Испании. Решающей силой в Арагоне была CNT. В местах, где ВСТ вообще существовал, число членов в нем было настолько смехотворно малым, что его нельзя было рассматривать как определяющую силу. Поэтому CNT в Арагоне не желала совершить ту же ошибку, которую сделали ее товарищи в Каталонии, признав за ВСТ ту же роль, что и за CNT. Суверенитет принадлежал деревенским ассамблеям, и они выбирали местные комитеты. Избранные были жителями, имевшими солидное революционное прошлое, и они хорошо знали друг друга. Из этих ассамблей возник либертарный Арагон. В областях, где действовали колонны CNT, никаких проблем на практике не возникало: бойцы милиций отождествляли себя с крестьянами и наоборот. Иным было положение либертарных коллективов в областях, относившихся к сферам военных операций колонн ОСПК или ПОУМ. Хотя две эти партии и враждовали между собой, они, как антианархисты, вели общую борьбу против CNT. Больше всего затронута этими конфликтами была область вокруг Уэски и Барбастро. Полковник Вильяльба действовал как военный, а колонна "Дель Баррио" (ОСПК) – которая всегда славилась своим "политическим реализмом" и полагала, что сейчас время войны, а не революции – выступала как защитница лиц, которые внезапно объявили себя секциями ВСТ. Дель Баррио использовал наличие такого рода стихийного ВСТ как предлог для своих попыток разогнать либертарные коллективы. Поскольку крестьяне из CNT не позволяли так легко командовать собой, происходили вооруженные столкновения. Эта борьба в тылу мешала силам на фронте Уэски захватить город в ходе решающей атаки. Когда на конференции в Бухаралосе говорили о "едином командовании", то имели в виду как эту нетерпимую ситуацию, так и независимые друг от друга действия двух военных комитетов. Первым был создан военный комитет в Сариньене: в нем были представлены все колонны, и при нем имелся военно-технический совет. Этот комитет был невыгоден сталинистам, поскольку преобладающей силой в нем была CNT. Ее превосходство вытекало из того факта, что у нее на фронте было 15 тысяч человек, тогда как ОРСПК имело менее 2 тысяч, и столь же мало было у ПОУМ. Полковнику Вильяльбе удалось, со ссылкой на стратегические резоны, расколоть военный комитет. Он создал второй военный комитет в так называемом Северном Арагоне, к которому присоединился и Дель Баррио. Связи этого последнего с Вильяльбой были настолько тесными, что, когда Вильяльба отсутствовал на фронте, тот брал на себя командование в комитете, хотя силы ОСПК были в меньшинстве. Эти периоды Дель Баррио использовал для нападений на ряд деревень и роспуск коллективов с применением военной силы. Таково было положение вещей ко времени конференции в Бухаралосе.

Решение о создании Совета обороны Арагона произвело в Барбастро и Барселоне эффект разорвавшейся бомбы. Пресса ОСПК назвала этот акт "кантоналистским и бунтовщическим". Правительство Женералитата тоже взирало на него отнюдь не благосклонно, поскольку рассматривало Арагон как свою колонию. К этим врагам склонился, в конечном счете, и Национальный комитет CNT, который, после отказа Ларго Кабальеро от создания Национального совета обороны, все больше ориентировался в своей политике на торг о приеме CNT а мадридское правительство. Перед лицом этих обстоятельств, революционная смелость Совета обороны Арагона становится еще рельефнее. Когда он представил список своих членов, обнаружилось, что все они – члены CNT. В первый раз в социальной истории целый регион перешел к революционному действию вне всяких политических партий и на основе ассамблеи, которая считала себя суверенной. Фактически та форма организации общества, которая сформировалась в Арагоне, больше всего приближалась к либертарному коммунизму.

Абель Пас

Из книги: Paz A. Durruti. Leben und Tode des spanischen Anarchisten. Hamburg, 1994. S.529–534.

Перевод: В. Дамье

Добавить комментарий

CAPTCHA
Нам нужно убедиться, что вы человек, а не робот-спаммер.

Авторские колонки

Michael Shraibman

Анархисты в России в начале 20 века не называли себя левыми, выступали против национализации, а часть из них была не согласна с большевиками в октябре 1917 г. И даже те, кто был согласен, мечтали позднее свергнуть большевиков. У меня тут вышел забавный разговор с одним очень достойным...

5 дней назад
4
Michael Shraibman

В театре МХАТ им. Горького посмотрели спектакль "Таня" с Кристиной Пробст в главной роли. Увидев на экране или на сцене зловещую цифру 1938, вы можете подумать, что спектакль о репрессиях. И ошибетесь. Пьеса написана в 1938 г в СССР, разумеется, репрессии в ней не упоминают. Стоит...

1 неделя назад
5

Свободные новости