![](https://avtonom.org/sites/default/files/store/styles/large/public/11r.jpg?itok=0Pprja0i)
19 января в 10-00 состоится судебное заседание, на котором будет рассмотрена жалоба Ильи Романова на отказ в возбуждении уголовного дела по поводу незаконных действий сотрудников нижегородского Центра по противодействию экстремизму (ЦПЭ). Адрес Канавинского районного суда — ул. Июльских дней, д. 2.
6 декабря 2013 года трое сотрудников ЦПЭ вывезли Илью Романова из СИЗО №1 Нижнего Новгорода в помещение ЦПЭ, где состоялся допрос с угрозами в адрес Ильи и его родственников. Заявление на противоправные действия сотрудников было подано заключенным сразу после этих событий, но в марте 2014 года в возбуждении уголовного дела было отказано.
Илья так описывает его взаимодействие с сотрудниками центра «Э» в заявлении «Комитету против пыток»: «Уже в дороге один из сотрудников (представившийся как Валерий) стал пытаться задавать мне вопросы, касающиеся моей личности и различных моих знакомых. Мои требования предоставить защитника… нагло игнорировались. В помещении ЦПЭ я выслушивал от полковника полиции (по отчеству — “Львовича”) нецензурные оскорбления и разнообразные угрозы физической расправы. ... [Трифонов] начал требовать от меня написания явки с повинной в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.30, ч.1 ст.205 УК РФ, угрожая мне в противном случае избиением и применением пыток, а также созданием, по его словам, «нетерпимой атмосферы для моих близких родственников, как это было в 1937 году с членами семей врагов народа». В доказательство серьезности этих намерений мне сообщили, что сотрудники ЦПЭ уже допрашивали мою несовершеннолетнюю дочь Романову Евгению Ильиничну, 1997 года рождения. Трифонов А.В. предлагал мне написать, что я являюсь «членом подпольной террористической группы», а также, что я являюсь «агентом спецслужб Украины». Я категорически отказался от написания любых явок с повинной».
В заявлении о совершении преступления, которое направил в Следственный комитет защитник анархиста Евгений Губин, тот также рассказывал, что во время этой «беседы» 6 декабря Романова провели в кабинет руководителя нижегородского Центра «Э» Алексея Трифонова.
Следственный комитет провел проверку по заявлению об этих угрозах сотрудников и вынес отказ в возбуждении уголовного дела. При этом из ответа СК следует, что полковник полиции, который, по утверждению Романова, угрожал ему и матерился — заместитель начальника регионального Центра «Э» Андрей Львович Грачев.
Справка
Напомним, Илья Романов находится в СИЗО №1 Нижнего Новгорода уже более 14 месяцев. Он является инвалидом (год назад у него была ампутирована рука), но не получает должной медицинской помощи – гражданам с травмами такого рода необходима реабилитация, чтобы избежать осложнений. Но условий для ее проведения в СИЗО нет. В октябре 2014 года Илья направил жалобу в Европейский суд по правам человека, в которой он обвиняет Российскую Федерацию в необоснованно длительном содержании его под стражей на этапе проведения следственных действий. Последние несколько месяцев никаких следственных действий по делу Романова не проводится. Тем не менее, следователь не завершает расследование и не передает дело в суд.
26 октября 2013 года в Нижнем Новгороде пострадал 46-летний Илья Романов. В результате взрыва, произошедшего поздней ночью, ему сильно повредило кисть левой руки и обожгло лицо, он был доставлен в больницу, где врачи ампутировали ему руку. Романов был допрошен в качестве подозреваемого и дал показания о том, что у него в руках взорвалась петарда. Следователи настояли на помещении Романова в СИЗО.
В декабре 2013 года Романову было предъявлено новое обвинение: кроме изначальной 222 статьи УК РФ (хранение взрывчатых веществ), его обвиняют по ст.205 через ст. 30 УК РФ (попытка теракта). Для обвинения Романова в терроризме нет никаких оснований, так как отсутствует состав преступления. Статья 205 подразумевает совершение действий, «устрашающих население и создающих опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий, в целях воздействия на принятие решения органами власти или международными организациями». Очевидно, что в сложившейся ситуации не могло быть ни устрашения, ни опасности гибели, ни значительного имущественного ущерба, так как петарда была слишком маломощной, и Илья пострадал только потому, что она сработала в его руках. Обвинение, по словам Ильи, строится на подброшенных в компьютер файлах, один из которых состоит из одной нецензурной фразы и содержит угрозы в адрес местных властей. Манера исполнения текста, как считает Илья, говорит о том, что файл был изготовлен сотрудниками нижегородского центра "Э".
Дополнительная информация: 8-920-253-77-99 (Евгений Губин, адвокат)
Добавить комментарий