Актуальные статьи и публицистика

Когда платишь в очередной раз все повышающуюся квартплату, вновь скандалишь с соседями по коммуналке, пусть это даже и родственники, перед глазами встает заманчивый образ европейского сквота. Своя крыша над головой, отсутствие платы за аренду, прямая демократия — все, что нужно свободному человеку. Подобные пространства дают пристанище многим — мигрантам всех оттенков, героиновым наркоманам, многодетным семьям, сидящим на пособии, аполитичным бомжам и, конечно же, свободолюбивым анархистам. За исключением последних, все остальные воспринимают сквот в качестве «халявного» места для жилья, но именно идейная подоплека дала известность этому явлению. Активный процесс начался еще в конце 50-ых, когда законодательно было разрешено вселяться в пустующие здания, если в течение определенного времени здание простаивало. За пределами Западной Европы ситуация со сквотами, в большинстве своем, обстоит плачевно: автономов, жаждущих свободы — меньше, чиновников и полиции — больше.

На этой неделе вышел в прокат фильм уже снискавший похвалы и награды от различных зарубежных критиков. Тарантино, пожалуй, один из немногих режиссеров, которому удается избегать явных провалов. Правда некоторые обзорщики отмечают, что он ушел от серьезных картин типа "Криминального чтива" и "Бешеных псов" в жанр стилизованных поделок о старом добром B-Movie.

Экс­тра­ор­ди­нар­ная жизнь, борь­ба и лю­бовь Эммы Гольд­ман по­мо­га­ют по­нять, в чём со­сто­ит необы­чай­но вле­ку­щий одних и так пу­га­ю­щий дру­гих драйв ре­во­лю­ци­он­но­го ак­ти­виз­ма. Даже те, кто ни­че­го не знает об Эмме Гольд­ман, кроме имени, слы­ша­ли ис­то­рию о том, как мо­ло­дая Эмма за­дор­но пля­са­ла на ка­кой-то ре­во­лю­ци­он­ной ма­ёв­ке. Один стро­гий то­ва­рищ сде­лал ей за­ме­ча­ние – мол, не для того здесь со­бра­лись. Эмма от­ве­ти­ла, что ей не нужна будет ре­во­лю­ция, если ей нель­зя будет там тан­це­вать.

На последних парламентских выборах в Греции 425 тысяч избирателей отдали свой голос неонацистской политической партии "Золотая заря". Несмотря на то, что "Золотая заря" принимала участие во множестве уличных нападений, а взгляды ее участников варьируются от нелепых до откровенно расистских, популярность партии растет день за днем. Что же такое «Золотая заря», каково ее происхождение и подлинная сущность? Какой характер имеют ее отношения с полицией? И кто те люди, которые голосуют за эту партию?

Трудовая миграция - не изобретение эпохи современного глобального капитализма. Это составная и неотъемлемая часть капиталистического уклада. И речь не только о таких странах, как США, Бразилия или Аргентина, которые непосредственно сформированы волнами добровольной или принудительной (вспомним о ввозе негритянских рабов) миграции за последние несколько столетий. Нет, речь идет о крупнейших и наиболее успешных капиталистических странах Западной Европы. 

«Ненавижу равнодушных: как Фридрих Геббель, считаю, что «жить — значит занимать определенную позицию». Не могут существовать просто люди, стоящие вне общества. Тот, кто действительно живет, не может не быть гражданином, не может не занимать определенную позицию. Равнодушие — это не жизнь, а безволие, паразитизм, трусость. Поэтому я ненавижу равнодушных.

Что такое анархизм? Анархизм - это не философия.  Анархизм (анархо-коммунизм) - это возможность  свободы,  возможность управлять своей жизнью самостоятельно (в том, которые касается только тебя) и коллективно с другими людьми, вступая с ними в диалог (когда это касается их). Анархизм – это преодоление зависимости от владельцев производства, менеджеров, чиновников, от законов, установленных собственниками и чиновниками. Анархизм, как общественный строй - это управление обществом через систему собраний (в кварталах, на предприятиях) и подчиненных собраниям координационных советов. Эти собрания будут связаны в прочную федеративную структуру, ассоциацию, объединены общими проектами (хозяйственными, научными, культурными и т.д.). Они станут совместно решать, как организовать жизнь, что, как и для кого производить, в соответствии с потребностями каждого.

Американский историк Майкл Сейдман долго был любимцем многих недальновидных левых. Его книгу о рабочих в период Народного фронта во Франции и Испании немалое число читателей было склонно воспринять в духе ситуационистской "критики труда". Но чем дальше. тем больше стало накапливаться "странностей".

Жизнь в обществе, где сознание индивида формируют далеко не нейтральные — как правило, либо либеральные, либо националистические — СМИ, приводит к формированию в голове «среднего человека» устойчивых стереотипов. Устойчивых до патологичности. Даже с фактами в руках очень трудно бывает убедить обывателя в том, что все, чему его учили и учат в области гуманитарного или общественно-политического знания — или откровенная ложь, или полуправда, или, в самом лучшем случае, тенденциозно истолкованные факты. Вот, например, Северная Корея (КНДР).

Публикуем традиционный ежемесячный обзор проявлений ксенофобии и радикального национализма за декабрь 2012 года. Обзор составлен по материалам ежедневного мониторинга антифашистского информационно-аналитического Центра  «СОВА».     

Международные инициативы России в области регулирования интернета относят ее к охранительному лагерю стран, борющихся за так называемый сетевой суверенитет. Пока продвинуться в этом направлении не удается, что лишь подстегивает усиление контроля над рунетом.

На Северном Кавказе распространены так называемые «убийства чести» в отношении женщин. Чеченское правительство об этом слышать не желает.   Рамзан Кадыров, президент российской кавказской Чеченской республики, не знает, что такое «убийства чести». По крайней мере, так заявил его представитель по связям с печатью Алви Каримов.  

Есть один недостаток, который одинаково свойственен как либералам, так и либертарным левым, в том числе  многим анархистам: страх перед консервативным большинством. Страх может проявляться по-разному, как правило, он приводит к одной из двух двух ошибок, которые, в конечном итоге, затормаживают, если не сводят на нет любые социальные преобразования.  

4 ноября 2012 года официальные и церковные справляли "День народного единства", а нацисты шествовали своим "Русским маршем" в особенно торжественной атмосфере. Отмечалось 400-летие "освобождения Руси" от польского "иноземного ига". Именно этот мифический день был избран властями с подачи РПЦ для того, чтобы восславить единение всего "русского народа" в его извечном противостоянии всем проклятым иностранным врагам и "русофобам" со всего мира.

Такая система идей отдает предпочтение крупным корпорациям; центральным для нее является аргу­мент, гласящий, что слияния и объединения, веду­щие к образованию гигантских корпораций, всегда будут приводить к повышению эффективности. Обо­снование этого взгляда заключается в том, что ра­циональные фирмы выдвигают предложения по по­глощению только в том случае, когда они убеждены в своей способности повысить эффективность, а цены за акции поглощаемой фирмы отражают эти ожидания.

В периоды экономических и (или) социальных кризисов, во времена нестабильности люди могут чувствовать себя потерянными и утратившими ориентиры. Некоторые пытаются вновь обрести уверенность, судорожно хватаясь за давно устаревшие и обманчивые идеи, которые однако же легко приспособить к вкусам сегодняшнего дня, наспех покрыв современным лаком.

Публикуем 2 статьи, написанные полизаключенным анархистом Александром Францкевичем в разное время, обе касаются вопроса вовлечения молодежи в анархистское движение.

Анархизм как политическая философия и идеология существенно контрастирует среди даже своих левых соседей, не говоря уж об иных политических течениях. Методы, которые анархизм применяет согласно целям, исключают существование какого-либо центрального руководства, перепоручения выбора взамен на стабильность и безопасность и отрицает поддержку политических интриг.

В следующие двадцать – сорок лет мы будем свидетелями и участниками огромной политической борьбы, но не за выживание капитализма (который как система исчерпал все свои возможности), но за то, какую систему нам придется вместе «выбрать» ему на замену: авторитарную модель, которая продолжит (и углубит) поляризацию, или ту, которая является относительно демократической и относительно эгалитарной.

В Нидерландах сегодня стало «политкорректным» быть против мультикультурности. Каждый день политики и журналисты обличают то, что они называют «полным провалом мультикультурного общества». Они стремятся принудить иммигрантов «интегрироваться» и усвоить «нидерландские язык и культуру». Эти речи явно мотивированы расизмом. Но должна ли радикальная левая на этом основании защищать мультикультурность?