25 лет восстанию сапатистов в Мексике

Генерал Эмилиано Сапата - выходец из Чьяпаса - был самым популярным героем мексиканской революции 1910-1920 годов. Представляя интересы беднейших крестьян страны, он не стремился к власти (говорят, что другой герой революции, Панчо Вилья, был ближе к коммунистам, идеи же Сапаты напоминали скорее позиции анархистов) и после его убийства в 1919 году Эмилиано Сапата превратился в настоящую легенду, в Чьяпасе до сих пор живы слухи, что он не умер, а ушел с остатками своей армии в горы, что его видели, то здесь, то там. Легенда о Сапате смешалась с более древней индейской мифологией.

Сапатистская Армия Национального Освобождения была создана 17 ноября 1983 года группой из трех индейцев и трех метисов, разбивших в Лакандонской сельве свой первый лагерь. Все они были политическими активистами из различных организаций, стремившимися создать партизанский очаг в стиле революционных теорий Че Гевары. Маркоса среди них еще не было, он появился примерно через год.

Там же, в глубине Лакандонской сельвы нашли убежище многие индейцы, бежавшие от религиозных преследований со стороны "традиционных" общин и от террора "белых гвардий" помещиков-скотоводов. Они создали собственные диссидентские общины, резко отличавшие их от большинства других: так, все решения в них принимались коллективно на "ассамблеях", не существовало засилья вождей и шаманов, различные религиозные кредо мирно сосуществовали и не являлись поводом для конфликтов. Процесс этот развивался в условиях относительной независимости от внешнего мира, места проживания общин были слишком удалены от очагов федеральной власти и источников мракобесия вождей и расизма помещиков.

В результате первых лет скитаний и одиночества, маркистско-ленинское ядро Сапатистской Армии, насчитывавшей в те годы от силы полтора десятка человек, вступает в первые контакты с этими диссидентскими общинами и, согласно "официальной истории" сапатистов, терпит свое первое поражение. "Мы вас не понимаем", - отвечали индейцы на зажигательные революционные речи партизан. Партизаны, в свою очередь, не понимали отношений, существовавших в общинах. Это положило начало долгому и трудному процессу взаимного обучения. Из учителей и, как тогда предполагалось, будущего авангарда революционного процесса, Маркос и его товарищи превратились в учеников индейцев, признав недостаточность своих университетских теорий. Этот процесс совпал по времени с началом крушения социалистического лагеря и распадом Союза. В соседних центральноамериканских странах был очевиден кризис всех революционных проектов: в Никарагуа сандинисты проиграли президентские выборы, в Сальвадоре и Гватемале партизаны вели мирные переговоры и готовились к сдаче оружия. Оказавшаяся без советской поддержки Куба осталась наедине с США и уже не могла поддерживать никакие национально-освободительные движения.

Тем временем мексиканский президент Мигель де ла Мадрид начал проведение в мексиканской экономике неолиберальных реформ, резко обостривших противоречия в сельской местности. Участились нападения на диссидентские общины со стороны "белых гвардий" латифундистов. Общины обратились к сапатистам с просьбой сначала взять на себя функции по их защите от нападений, а затем и обучить их воевать в обмен на питание и обеспечение продуктами первой необходимости САНО, находившейся в горах. Так началось постоянное сотрудничество между сапатистами и общинами, постепенно приведшее к фактическому слиянию и объединению одних с другими.

В 1992 году мир отмечал 500-летие открытия Америки. В этом же году правительство Карлоса Салинаса де Гортари внесло в 27 статью конституции Мексики поправку, позволяющую куплю-продажу общинных земель, что под давлением местной сельскохозяйственной олигархии и транснациональных корпораций, заинтересованных с природных богатствах Чьяпаса, ставило под угрозу само существование индейских общин и привело к стремительному росту рядов САНО. В течение одного года число регулярных сил Сапатистской армия выросло от нескольких десятков до нескольких тысяч бойцов. Когда мексиканское правительство приняло решение о подписании договора НАФТА, призванного покончить с остатками мексиканской независимости и передать природные ресурсы страны на волю рыночных стихий, организованные сапатистские общины в результате всеобщей консультации населения принимают решение о вооруженном восстании. В декабре 1992 года командование Сапатистской армии, к этому моменту уже полностью подчиненной гражданским общинам, получает от них приказ о подготовке войны против федерального правительства. Субкоманданте Маркос, являвшийся командиром САНО, просит год срока для подготовки войны. Вооруженное восстание назначено на 1 января 1994 года, дату вступления в силу только что подписанного договора НАФТА.

В условиях глубочайшей секретности, которой способствуют только что принятый сухой закон и удаленность повстанческих общин от основных центров цивилизации, сапатисты весь 1993 год готовят эту войну. В коллективном заговоре участвуют десятки тысяч индейцев. В военной структуре САНО предусмотрены три уровня участия: базы поддержки - гражданские участники движения, оказывающие всяческую посильную помощь армии и принимающие участие в мирных мобилизациях, милисианос - проходящие курс военной подготовки в рядах САНО, но основную часть времени занимающиеся крестьянским трудом в общинах, готовые к мобилизации в случае тревоги или ведения военных действий, и бойцы - военные, постоянно находящиеся на своих базах в горах. Эта схема вовсе не является жесткой, и участники различных уровней могут по собственному желанию переходить с одного на другой. В число обязанностей бойцов САНО входит обучение письму и истории.

Весь 1993 год число рядов САНО растет. В Лакандонской сельве проводятся широкомасштабные военные учения, происходит накопление оружия и сбор информации о силах противника. Разведывательные службы федеральной армии кладут на столы правительственных чиновников первые донесения о наличии партизан на юге страны, но, поскольку признание этого факта может поставить под угрозу готовящийся к подписанию договор НАФТА, правительство предпочитает игнорировать или приуменьшать значимость этой информации. Никто не в состоянии представить себе масштабов готовящихся событий.

В первые часы 1 января 1994 года - дня, когда вступал в силу договор о НАФТА,- возникшие из ночного тумана и небытия истории тысячи вооруженных индейцев в масках занимают семь муниципальных центров Чьяпаса, включая главный туристический город штата - Сан-Кристобаль-де-Лас-Касас. Восставшие называют себя Сапатистской Армией Национального Освобождения, объявляют войну мексиканскому правительству и обязуются соблюдать международное законодательство о ведении военных действий. Восстание на юге Мексики становится информационной бомбой. Пока власти и мир пребывают в состоянии полной растерянности, сотни вооруженных и едва говорящих по-испански индейцев беседуют на улицах Сан-Кристобаля с удивленными туристами и горожанами. В словах восставших нет призывов к мести или ненависти. Их поведение, их взгляды и их слова значат одно - "Мы здесь". "Мы пришли". "Мы существуем". "Что вы дальше с этим будете делать?!". Единственный метис среди восставших, которого его товарищи называют субкоманданте Маркосом,- военный командир армии. Все въездные пути в город перекрыты сапатистами. Никого не впускают и никого не выпускают. Одна из туристок возмущается тем, что у нее срывается уже оплаченный тур к руинам города майя Паленке, находящимся поблизости. "Извините за неудобства, но это революция",- отвечает ей Маркос.

«Мы – итог 500-летней борьбы: сначала против рабства во время войны за независимость против Испании, затем противостояния североамериканскому экспансионизму, затем за провозглашение нашей Конституции и изгнание Французской империи с нашей территории, а затем против диктатора Порфирио, поправшего справедливость, против которого народ встал со своими собственными лидерами… »

Это первые строки первого публичного заявления Национальной освободительной армии сапатистов [САНО или EZLN от испанского Ejército Zapatista de Liberación Nacional], опубликованного в день восстания 1 января 1994 года. В тот день, 25 лет назад вступило в силу Североамериканское соглашение о свободной торговле (НАФТА). Это межгосударственное соглашение привело к созданию коммерческой зоны в Соединенных Штатах, Канаде и Мексике, которая с тех пор неуклонно разоряет рабочие классы, в то же время, делая буржуазию еще богаче.

В этом первом заявлении САНО объявили, что они войдут в столицу страны – Мехико, и победят национальные вооруженные силы. Сапатисты призвали жителей страны присоединиться к восстанию и принять участие в этой битве. С тех пор сапатисты прошли невероятный путь, вовлекая различные слои мексиканского и международного сообщества, независимо от их происхождения и цвета кожи, в борьбу, которая продолжается и сегодня.

Сейчас их позиция другая. Возможно, призыв двадцатипятилетней давности к вооруженному восстанию был лишь «блефом» для устрашения правительства, но мы этого никогда не узнаем. В первые годы они заключили Сан-Андресские соглашения с федеральным правительством, установив, что автономия коренных народов будет уважаться. Соглашения, однако, вскоре были нарушены администрацией президента Эрнесто Седильо Понсе де Леона, поэтому сапатисты решили воплощать их в жизнь самостоятельно, навсегда отказавшись от участия в официальной системной политике. Сапатисты отказались от сотрудничества и с новым Национальным движением за возрождение (Морена), во главе которого недавно вступивший в должность президента Мексики Андрес Мануэль Лопес Обрадор.

Сети поддержки

Клаудия Т., одна из создателей коллектива под названием «», находилась в Мехико во время восстания, в 900 километрах от Сан-Кристобаль-де-лас-Касас. Тогда сочувствующие движению сапатистов быстро организовали акции протеста, чтобы остановить военные действия против повстанцев. Позже из этих связей появились новые сети поддержки в городских и сельских районах. Люди сформировали группы для оказания помощи Чьяпасу, где восстание приняло новое направление. Государственная электросетевая компания «Luz y Fuerza del Centro» с боевым профсоюзом даже отправила рабочих для электрификации сапатистских деревень, где правительство полностью отсутствовало.

«Было несколько способов помочь им. Люди с педагогического или сестринского факультетов шли и поддерживали их », - вспоминает Клавдия. «Мы взяли напрокат автобус и отправились так далеко, как только могли, намокнув, чтобы добраться до общин и как-то помочь. Каждый раз, когда мы ездили к этим людям, мы брали больше, чем приносили. Они делились с нами своей любовью, своими идеями и гуманизмом».

Это были первые контакты, установившиеся между повстанческой группой (или общинами) и гражданским обществом, жившим в городах и поселках за пределами территории мятежников в Чьяпасе. Через годы коллективы активистов установят тесные отношения с сапатистами, создав сеть организаций и сторонников, которые сформировали движение.

«Затем была написана [Программный документ движения сапатистов]. Они объяснили свои шесть пунктов и спросили нас: а вы? Мы должны были сформулировать свою точку зрения, как мы думали, что можем изменить», - рассказывает Клаудия.

«Отношения по принципу поддержки и поддержки, изменились. Это больше не «приходи и помогай мне», а «давай будем партнерами по борьбе». Это уже совсем другое. Мы ходим на их встречи, они приглашают нас на форумы, семинары. Городские интеллигенты - ученые, художники, мы все вскормлены этим сотрудничеством, так же как и сапатистская молодежь».

Субкоманданте Маркос – писатель, философ, один из вдохновителей движения сапатистов.

Этот процесс соответствовал преобразованиям внутриполитических организаций самих сапатистов. «Агуаскальентес» были преобразованы в «Караколы», каждый из которых управлялся «Хунтой Доброго правительства», объединенной одним или двумя делегатами, присланными собраниями общин.

По словам Субкоманданте Маркоса, самого видного представителя движения, новая политическая система, созданная сапатистами, нацелена не на обычное управление, а на координацию, и сохраняет автономию сообществ. К тому времени, когда Агуаскальентес были распущены, сапатисты не желали «получать подачки и не позволяли навязывать решения» на своей территории без общенародного обсуждения.

Политическое устройство таково, что небольшие сообщества выбирают временных представителей, которых посылают в координационные советы. Но эти представители не являются профессиональными политиками-депутатами. Вместо этого всем предлагается принять участие и научиться представлять свое сообщество.

Zapatistas march on Dec 21, 2012, in Chiapas.

Приоритеты сапатистов изменились со времени восстания. В 1996 году они созвали собрание коренных народов по всей Мексике, которое превратилось в Национальный конгресс коренных народов (CNI). CNI - это не просто организация, это место, где сообщества могут делиться опытом борьбы и своим видением возможного будущего страны. Не примкнувшие к САНО или не взявшись за оружие коренные жители-антикапиталисты, присоединились к CNI и до сих пор организуют сопротивление исходя из своих собственных позиций, способностей и мировоззрений.

Сети поддержки сыграли ключевую роль в, пожалуй, самом известном проекте CNI, сформировав Совет правительства коренных народов (CIG) и избрав Марию де Хесус Патрисио Мартинес, более известную как «Маричуй», в качестве своего представителя и кандидата в президенты на выборах 2018 года. Объединение организовывало ее поездки в общины и города, сбор подписей для утверждения ее кандидатуры и включения ее в избирательные бюллетени, участвует в коллективных обсуждениях революционных практик.

Времена «нет» и время «да»

Медленное, но неуклонное развитие сапатистов в революционной теории и практике сделало их одним из главных источников альтернативы капитализму в Латинской Америке, да и во всем мире. Отказываясь участвовать в доминирующей экономической и политической системе и фактически предлагая и реализуя иные идеи и практики - движение развивается. Сапатисты называют это - «Время нет» и «Время да». То есть отрицание и предложение.

Юджин Гоголь, писатель и активист, живущий в Мексике, думает о том, что сапатисты повторяют мысли Гегеля и Карла Маркса. «Это прогресс, в результате которого из первого« нет »или «отказа» возникает что-то новое, новые идеи, новые концепции, позитив в негативе», - размышляет Юджин. «У Гегеля это описано как развитие идей, мыслей».

25 лет, годовщина восстания сапатистов.

Маркс, восстанавливая идею Гегеля о диалектике, перенес этот способ мышления в материальный мир и применил для рассмотрения закономерностей развития человеческого общества. Для Маркса уничтожение капитализма (первое отрицание) будет идти рука об руку с альтернативой (второе отрицание или отрицание отрицания), говорит Юджин Гоголь, что приводит к коммунизму и «гуманизму, возникающему из самого себя».

Но сапатисты не определяют себя как коммунисты, они считают себя исключительно сапатистами. Они считают, что каждый человек и группа должны найти свой собственный путь к освобождению, свое собственное «отрицание отрицания».

«Сапатисты в 1994 году призвали к восстанию и с тех пор обратились к другим формам борьбы», - говорит Юджин Гоголь. «Они против вождизма и, следовательно, считают, что каждое движение и социальная борьба должны решить, как они будут организовываться и какую форму примет их борьба, без диктата сверху».

Теперь САНО и другие революционные организации коренных народов находятся на переломном этапе. На президентских выборах не была включена в бюллетени Мария де Хесус Патрисио Мартинес - независимый кандидат от объединения коренных народов. Победу одержал левоцентристский Андрес Мануэль Лопес Обрадор (AMLO), но CIG продолжает организовывать национальное движение, объединяющее крестьян и рабочим, коренное и некоренное население с тем, чтобы свергнуть капитализм и правящий класс.

Лопес Обрадор и его команда пообещали соблюдать Сан-Андресские соглашения, подписанные САНО и правительством в 1990-х годах, но реальность оказывается иной. Несмотря на то, что в соглашениях установлено, что с коренными общинами следует консультироваться по всем вопросам, связанным с их территорией, один из первых объявленных проектов Лопеса Обрадора, «Поезд Майя», был одобрен без надлежащих консультаций, и организации коренных народов с полуострова Юкатан протестуют против него.

В конце декабря сети поддержки со всей Мексики встретились в Гуадалупе Тепейак, части автономной территории сапатистов в штате Чьяпас, чтобы обсудить дальнейшие шаги в борьбе вместе с представителями CNI, CIG и САНО. 1 января они будут в «Ла Реалидаде», первом Караколе, посвященном 25-летию восстания. Последняя народная ассамблея может предложить всеобъемлющий национальный план и новые шаги на долгом пути к автономии, свободе, жизни и достоинству. Новое «отрицание отрицания», другое время для предложения и действия.

Перевод выполнен коллективом "Аnarcho-news"

Добавить комментарий

CAPTCHA
Нам нужно убедиться, что вы человек, а не робот-спаммер.

Авторские колонки

Колесо Чудес
Michael Shraibman

Ни скандалы, ни неопуританство современного Голливуда, ни возраст не властны над великим режиссером, который продолжает снимать отличные фильмы и в 2017 году. "Колесо чудес" - история четверых персонажей, чья история разворачивается на Кони-Айленде в Нью-Йорке в районе знаменитого парка...

4 дня назад
Игорь Шишкин
Александр Литой

Спасибо «Медиазоне»! Отличный онлайн, расставлены все точки над ять. Вообще, я до последнего надеялся на какое-то окно возможностей, запасной план и т.п.: например, потому что знаменитую публикацию о деле «Сети» в Republic, которая выглядела как слив из ФСБ, на самом деле,...

5 дней назад

Свободные новости