Беларусь: с концерта в больницу благодаря доблести силовиков

Наш сайт уже публиковал информацию о массовых и жестоких задержаниях анархистов в Минске в конце марта. Сейчас приводим рассказ человека, который сильно пострадал от действий сотрудников ОМОНа во время этого случая.

В субботу 24-го марта в ДК Тракторного Завода был анонсирован концерт в поддержку инициативы “Еда Вместо Бомб”. С одной стороны, меня не сильно интересовали группы, которые выступали в этот вечер, но, с другой стороны, сама инициатива была близка мне по духу. В конце концов, ребята занимаются не просто благотворительностью, но и говорят о проблемах, которые вызывают необходимость помощи малоимущим. Именно поэтому я решил, что сходить и поддержать ребят является моим простым человеческим долгом.  Начало концерта было назначено на 17:00, но желания ехать туда так рано у меня не было. Поэтому подъехал в кафе я только к 18:00.

В это время только начинал свое выступление диджей с замечательной песни Rolling Stones “Satisfaction”. Не сказать, чтобы атмосфера была неимоверно живой, но это ведь было только начало. С другой стороны, сам я себя чувствовал не в лучшей форме и планировал уехать уже через час или около того. Но планы мои вряд ли интересовали будущих “гостей” концерта. Точнее, иногда они интересуют сотрудников, как и планы большинства других молодых людей нашей страны. Но в этот вечер мои планы были им безразличны.

На Концерте 

В районе 19:00, спустя одну или две песни первой группы, в зал ворвался ОМОН с криками “Руки вверх, всем на пол, лицом к стене!” Похоже, плохо договорились, что командовать, потому что лично мне сложно представить, как можно с руками вверх на полу прильнуть головой к стене.

Я стоял у входа, поэтому одним из первых почувствовал на себе напор пацанов в форме. Один из них подбежал ко мне, оттолкнул к стене и кулаком в замечательной перчатке с металлическими пластинами ударил меня в левый глаз. Мало того, что в глаз получил, так еще и ударился со всей силы головой о стену. Слегка не готовый к такому развитию событий, я немного опешил, но уже спустя мгновение пришел в себя и понял что происходит. А происходило эпическое по своим масштабам событие. МВД в очередной раз спасало страну от наркоманов! По крайней мере, именно об этом мне сказали уже в Центральном РУВД. 

В общем, описывать тот дурдом, который творился, не имеет смысла, потому что вы сами можете посмотреть видео в интернете.

Так как мы стояли прямо у входа, то нас первыми и начали выводить. В коридоре можно было увидеть местных знаменитостей. Тут были представлены главные борцы с законом в лице Заместителя начальника ГУВД Мингорисполкома майора Грищенко, командира минского ОМОНа Евсеева и еще пары знакомых личностей, которых легко можно узнать на фотографиях с молчаливых акций. 

Когда нас вывели на улицу, то я чуть не помер от смеха от количества сотрудников МВД, которые были привлечены к данной операции. Прямо жаба душит, когда задумываешься о том бюджете, который “освоили” на это дело. 

Для нашей перевозки был выделен даже специальный желтый автобус. Часть людей запихнули туда, а часть отправили в автозаки. Девочек отдельно, мальчиков отдельно. Ах да, и еще тех, кому меньше 18, тоже отдельно. Сортировка работала, похоже, плоховато, потому что малолетних находили даже спустя несколько часов после первичного отсеивания. 

В автобусе атмосфера была унылая. У многих лица были такие, как будто их забрали за как минимум убийство с отягчающими обстоятельствами. Все были неимоверно сосредоточены и не было даже намека на улыбку. Все готовились к худшему. Правда непонятно, что у каждого было в голове худшим: 3 часа в РУВД, сутки, годы лишения свободы или смертная казнь. Хотя были и те, кто не сильно переживал. Был даже парень, который всю дорогу до РУВД проспал. 

Повезли нас почему-то в Центральное РУВД. Правда может районы Минска поменяли и нынче Тракторный завод – это Центральной район.   Центральное РУВД знают все в Минске. Будь вы школьник или бабушка в преклонном возрасте, вы наверняка там или здесь слышали истории про абсолютную неадекватность сотрудников этого заведения. 

В гараже 

В РУВД нас в количество более 80 человек завести было бы просто невозможно. В конце концов, там просто нет столько места. Слышал про актовый зал, но ведь там тогда можно было бы сидеть. Вместо этого нас начали выгружать в гараж при РУВД. По сути, помещение на открытом воздухе, только дождя нет. Но это утверждение абсолютной правдой считать нельзя, потому что внутри помещения были лужи. Да таких размеров, что даже РемАвтоДор Малиновки пришел бы в ужас. 

Завели внутрь, руки за голову. Разбитый глаз выдает неплохие потоки крови вплоть до того, что капли крови видны на полу. Вытираю глаз салфетками, и подзываю какого-то ОМОНовца, требуя поговорить с офицером. С того момента, как мне ударили в глаз в кафе, прошло уже больше часа. Голова начинает ныть, кровь не останавливается. ОМОНовец начинает рассказывать истории про славную милицию, которая не даст меня в обиду и спасет в любой момент. А потом говорит, чтобы я подождал.

Оглядываюсь по сторонам и вижу, что в гараж занесли два стола, за которые уселись какие-то непонятные люди в гражданке. ОМОНовцы к ним подходят с трепетом, посему можно сделать вывод, что это офицеры. Теперь проще понять, от кого надо требовать оказания первой помощи и объяснений по поводу того, что вообще происходит. 

Спустя час после задержания на концерте нам так и не объяснили, что мы делаем в гараже Центрального РУВД, и вообще кто все эти люди. Несколько раз до этого я уже пытался узнать причины задержания, но данное требование было поддержано лишь несколькими людьми. В то время, как все остальные продолжали смотреть в пол, с руками на голове ожидая дальнейшего развития ситуации. Вообще покорство, с которым люди, пришедшие на концерт, выполняли любые требования сотрудников ОМОНа и непонятных непредставившихся оперов, просто ошеломляло. Некоторые молча стояли посреди лужи и ждали, ничего не говоря и виновато опустив голову. 

Через минут десять после того, как опера за столом начали подзывать к себе людей и переписывать их данные, я вышел из ряда стоявших и направился к офицерам за столом. Решительность, похоже, сыграла мне на руку, и я был следующим на переписку данных. Подойдя к оперу, я сразу потребовал оказания медицинской помощи. На это мне ответили громким смехом. Еще раз потребовал, на что ответили:“Выживешь”. Начали спрашивать имя, фамилию и так далее.

Я представился и начал требовать от сотрудника, чтобы он ответил ваимностью. Вместо того, чтобы сделать это, опер начал возмущаться, кричать, что я слишком умный и прочее. Все закончилось тем, что меня отвели в сторону и позволили присесть. Опер так и не представился, больше информации о себе я на тот момент не дал. Сотрудники так и не смогли мне объяснить, в связи с чем я задержан, но подтвердили, что я задержан. В стороне для меня одного выделили одного ОМОНовца, который следил за тем, чтобы я находился отдельно от всех остальных и ни с кем не общался. Из всех 80-ти человек действиями сотрудников возмутились единицы. 

Через часа полтора меня и еще семь человек забрали в РУВД. Людей постоянно заводили группами по семь человек, однако меня сначала не хотели отводить внутрь. Более того, большую часть времени, пока я находился в гараже, ко мне применяли “особенное” отношение. Хотя мне было позволено сидеть из-за головокружения, но в туалет меня не выпускали. Всех забирали в РУВД, однако я продолжал находиться в гараже. В какой-то момент я понял, что это может продлиться до упора и, в конце концов, когда приставленный ко мне ОМОНовец отошел в сторону я влез в следующуе семерку и попал в РУВД. За все время пребывания в гараже мне так и не оказали медицинской помощи, хотя мне становилось все хуже и хуже. 

В РУВД 

В самом здании РУВД события начали развиваться чуть более стремительно. Завели меня туда в районе 22:00. Все держат руки на стене, их по очереди вызывают в учебный класс, где сидит человек 10 офицеров, берущих объяснительные. Ждать долго не приходиться, уже через 10 минут я оказываюсь в зале, где составляют протокол опроса. На вопрос, в качество кого и по какому делу я иду, составляющая протокол Шамрук Е.В. заявляет, что я являюсь свидетелем по уголовному делу. Вопрос по поводу того, почему свидетеля опрашивают, а не допрашивают в присутствии стольких посторонних людей, остается незамеченым. Шамрук очень заинтересована вопросом наркотиков на концерте. На все расспросы ей хватает 10 минут. 

Перед опросом меня попросили выложить все вещи на стол, вопрос “Зачем?” был встречен очередным рассерженным взглядом. Набедренная сумка с вещами оказывается на столе. Во время допроса к столу подлетел какой-то мужик в гражданке, схватил сумку и стремительной походкой скрылся за углом. Мои крики по поводу того, чтобы составляли протокол изъятия, вообще проигнорировали, а Шамрук Е.В. заявила, что “так надо”. 

После того, как я добавил в объяснительную свои замечания, меня вывели в коридор и поставили в другую очередь – на отпечатки пальцев. Все делалось опять же в темпе вальса, поэтому уже через 10 минут был в кабинете. Бабах! Сдавать надо не только отпечатки пальцев, но и образцы слюны и фотографироваться. Отказываюсь сдавать слюну и фотографироваться – выкидывают из кабинета и говорят, чтобы подумал. В этот момент голова вообще начинает раскалываться. В очередной раз прошу сотрудников вызвать скорую, в результате опять смех. 

Через минут пять, видя как мне плохо, один из сотрудников подходит и спрашивает: “Подумал?”. Говорю, мол, да, и меня опять заводят в кабинет. Там согласен сдавать отпечатки и фото, слюну не буду. Ставят фотографировать. Голова кружится, еле стою на ногах. Какой-то эксперт орет: “Стань ровно!”; я ему начинаю объяснять, что мне плохо и мне тяжело стоять “ровно”. На это замечание подрываются несколько оперов и с криком “нахер его отсюда” выталкивают меня обратно в коридор. Тут меня подхватывает несколько ОМОНовцев подводят лицом к стене и ставят на колени. Кричат про мое образование, что я слишком умен для их компании и начинают избивать. Сначала несколько раз бьют головой о стену. Теряю сознание. Прихожу в себя и понимаю, что какой-то из ОМОНовцев продолжает меня лупить в спину коленями в область почек. Очень старается, но получается как-то не очень. Тут уж на смех чуть не кинуло, только вместо этого начинает тошнить. Когда прекращают бить в спину говорю, что меня тошнит. Посмеялись какое-то время, а потом пустили в туалет, где меня вырвало. Вернули обратно, поставили на колени, один из ОМОНовцев всем весом стал мне на ноги. Стоит и начинает какой-то мрак нести про пятую колонну, про то, что они тут стабильность защищают, а такие как я всю страну уничтожат. Прибавить к этим словам головную боль и получаю какую-то низкокачественную пьесу, где актеры слова берут из рекламы, а лица у всех одинаковы. 

Примечательно, что в тот момент, когда меня били, никто кроме Евгения Рубашко не возмущался. В коридоре на тот момент стояло около 20 человек, все молчали и смотрели в стену. Женя за свои возмущения в результате тоже получил слегка. ОМОНовец заломал ему руку и начал мычать что-то про умных людей, и как негативно он к ним относится. 

Спустя какое-то время заводят опять фотографироваться. В этот раз уже никого не смущает, что я шатаюсь, постоянно жалуюсь на головную боль и требую скорой помощи. Это как задний фон для того сюра, который происходит. Откатали и отфоткали – отправили обратно в гараж. 

Хулиган 

В гараже стояло две группы отдельно. На столах лежали наши вещи. По очереди подзывали людей и отдавали им вещи, а потом группами по 10-15 человек выводили. Некоторых людей отводят в сторону и говорят, чтобы они подождали. Меня туда же. При этом в списках замечаю, что мое имя помечено каким-то маркером. “Особо Опасен”, должно быть. В результате в гараже остается 15 человек. 

Нас заводят обратно в РУВД в тот самый класс, где брали объяснительные. На часах уже 00:20. 

После объявления выводят обратно в коридор. Сам коридор воскресным утром, должно быть, представился кошмаром уборщикам – на стенах отпечатки человеческих рук после дактилоскопии. Тут и там можно заметить грязь с улицы. 

На составления протокола в очереди стою последним. Выходит какой-то майор и говорит, чтобы я шел с ним. Я понял, что отношения у нас с ним не сложатся с той самой минуты, когда попросил присесть из-за головокружения. Вместо краткого “нет” или “да” мне опять начали читать лекцию про особенности моего развития. При этом майор не скупился на “дебил” и “долбоеб” в мою сторону. Протокол составляли в классе, где присутствовало человек 10 неизвестных в милицейской форме и еще человека 3-4, на которых составляли протоколы. Конвейер. Форд бы мог позавидовать оптимизации труда в белорусском МВД. 

Майор приносит вещи и начинает составлять протокол обыска. Переписывает только часть вещей и требует подписать, я обращаю внимание на то, что часть вещей вообще не принесли обратно, а часть вещей он не удосужился занести в протокол. Настаивает, чтобы я подписал, на что я вполне логично отвечаю, что подпишу, когда занесут все вещи. Вместо того, чтобы сделать это, он подрывается и начинает меня избивать. Бьет по голове несколько раз, потом подлетает еще какой-то майор с другой стороны и тоже начинает ладонью бить по лицу. Ажиотаж поднимается в кабинете недетский, при этом свидетелем всего становится Деркач Павел. К двум майорам на помощь прибегает еще третий щегол, который достает дубинку и начинает меня бить по спине. Я, в свою очередь, не оказываю вообще никакого сопротивления.

Но, похоже, из-за весны и гармонов ребятам повода не надо, чтобы махать кулаками и дубинками. Бьют минуты 3-4, потом отпускают и говорят, чтобы подписывал протокол. Черт с ними с вещами, будем разбираться в суде. Подписал. Разгоряченный майор-составитель-протокола выгоняет меня из учебного класса, забыв про сам протокол административного правонарушения. Доходит до него это только через минут пять. Вызывает обратно и все по новой: подпишись тут-не буду-подача в голову. Подписал. В конце, где замечания майор-составитель-протокола говорит, чтобы писал, что с протоколом не согласен и “уебывал отсюда поскорее”. Пишу, что внести замечаний не дали. Ожидаю очередной подачи в голову, вместо этого у майора начинаются мыслительные процессы. Тяжело приходится, когда вырывают из коробки. В общем, вместо подачи в голову, меня опять высылают в коридор. О скорой остается только мечтать. В протоколе особой фантазии никто не проявляет и не описывает обстоятельств дела вообще. Ругался матом и нарушал общественный порядок, находясь по адресу РУВД.

Дорога в больницу 

Закидывают в желтый автобус и везут на Окрестино. ОМОНовцы начинают разбираться в бусе, кто кого подставил, и почему один из них дежурил 10 часов, а второй все время сидел в тепле и комфорте. Короче, не по-пацански кто-то поступил. Да.  

Когда завели в ЦИП, узнал, что вызвали скорую Деркачу – у него начала болеть голова. По приезду скорой меня осматривает врач и с подозрением на ЗЧМТ требует госпитализации. Вместо этого лейтенант, который нас доставляет в ЦИП, заявляет, что не могут отпустить, так как нет конвоя. Доктор долго пытается объяснить простым языком, что с такой травмой транспортировать меня надо только в присутствии мед. персонала. Лейтенант не дослужился до полковника, думать пока не положено. Поэтому он продолжает настаивать на конвое. Доктор сдается и подписывает лист “В госпитализации отказано”. Лейтенант шапкой клянеться, что меня доставят, как только будет конвой. 

Около 30 минут в коридоре ЦИП под нелепые шутки ОМОНовцев, и меня садят в машину. Вместо того, чтобы отвезти в больницу, везут в Центральное РУВД. Тут приходит мысль, что сейчас закинут в стакан и буду ждать до понедельника, а там уже в суде буду доказывать что да как и зачем. Но тут ведь утро, поэтому все немного светлее становится. РУВД выделяет 1 лейтенанта на мою доставку в больницу. В больнице врач говорит о необходимости госпитализации. Бедный лейтенант растерян и звонит начальнику РУВД в 7 утра. Паника. Не знаю о чем они там говорили, но лейтенант выглядел после разговора совсем плохо. Тоже госпитализация нужна была, наверно. В больнице ко мне приехали первые гости – еще 3 милиционера. В какой-то момент перед палатой сидело 4 офицера. Медперсонал сначала подумал, что я какой-то маньяк, но после недолгого разговора, всем стало понятно что к чему. Все понимали и сочувствовали. Только одна тетка начала разгонять про то, что лучше бы сидел дома, а не по кафе ходил. Но у меня давно уже сомнений нет в том, что в стране таких теток хватает. И дядек, как эта тетка, тоже хватает. 

В районе 6 вечера милиция ушла. Меня перевели в другое отделение. Там продолжение историй про то, как милиция без разбору всех лупит, и все соглашаются и всё понимают. Одна медсестра пришла посреди ночи, и мы с ней поговорили по поводу сложившейся ситуации. У нее у самой сын моего возраста, и она просто не знает, что с ним может быть. В конце концов, если вот так вот на концерте забирают и избивают, то что будет дальше… 

Она уходит, а я пытаюсь заснуть. В голове на всю ночь и ближайшие несколько дней застревает история, которую мне недавно рассказал один знакомый. 

Во время второй мировой войны немцы всегда давали евреям выбор. Пришей звезду на свою одежду или сопротивляйся и умри. Живи в гетто или сопротивляйся и умри. Залазь в поезд или сопротивляйся и умри. Работай в лагере или сопротивляйся и умри. Иди в душ или сопротивляйся и умри. В конце концов, шанс выжить оказался больше у тех, кто сопротивлялся…

Итого  

Поход на концерт для меня закончился: закрытой черепно-мозговой травмой легкой степени, сотрясением головного мозка, контузией OS 1 степени, параорбиальной гематомой. Также в результате работы белорусских правоохранительных органов, у меня возникли проблемы с внутренними органами. В почках на момент поступления в больницу и на протяжении двух недель присутствовала кровь.

Также у меня впереди судебный процесс по административному делу, который еще неизвестно как может закончится. Первое заседание назначено на 9:00 11 апреля в суде Центрального р-на

Помимо этого на действия сотрудников поданы жалобы.

Как бы я поступил в следующий раз в подобной ситуации? Еще более решительно, потому что физическая боль не приносит ничего больше небольшого дискомфорта. В то время как “если бы да кабы” терзает куда сильнее.

Источник

Добавить комментарий

CAPTCHA
Нам нужно убедиться, что вы человек, а не робот-спаммер.

Авторские колонки

Монсегюр
Michael Shraibman

Мне кажется, что существует проблема, когда вы думаете, что диктатуру легко можно свергнуть, тем более с помощью воздушных шариков. Это, очевидно, не так, но ведь дело не только в диктаторах. Жить с системе, где сменяются более-менее регулярно олигархи у власти, тоже нехорошо, народовластия там нет...

1 неделя назад
4
Николай Дедок

Читая новости об избиениях и пытках на Окрестина, смотря видео избиений, все  мы находились в состоянии шока. Каждый из нас, не говоря уже о тех, кто лично прошел через задержания, задавал удивлялся и не понимал: как такое возможно? С начала революции я слышал от людей один и тот же вопрос...

1 неделя назад

Свободные новости