Мюррей Букчин: «Фермин Сальвочеа»

Публикуем  перевод отрывка из книги Мюррея Букчина об испанских анархистах. Речь пойдет о «знаковой» фигуре  движения – Фермине Сальвочеа, которого ещё при жизни городская беднота «записала» в святые. Такие личности, как он, были предтечами одного из наиболее масштабных революционных движений ХХ века – Испанской революции.

Фермин Сальвочеа был образованным человеком своего времени, рационалистом и гуманистом.  Родился он 1 марта 1842 года в Кадисе, одном из наиболее процветающих портов Европы, где сосредотачивался значительный капитал. В 15 лет его отправили в Лондон для изучения английского и подготовки к карьере «делового человека». За семь лет пребывания в Лондоне и Ливерпуле Сальвочеа успел хорошо познакомиться с радикальной литературой. В частности, глубокое влияние на него оказали критика религии Томасом Пейном и социалистические теории Роберта Оуэна. В 1864 юный Фермин покидал Англию уже убежденным атеистом и коммунистом. Возвратясь на родину, он сразу активно включился в движение федералистов, ведя при этом весьма скромную жизнь и отдавая большую часть своих средств на нужды движения.

Вскоре он становится участником известных и дерзких заговоров. В 1866 он борется за освобождение военнослужащих, осужденных на депортацию в Манилу за причастность к восстанию. Позже он пытается поднять солдатское восстание в Кантабрии. Во время смуты, охватившей страну после прекращения правления королевы Изабеллы ІІ, Сальвочеа избирается членом революционной коммуны Кадиса и заместителем командующего наиболее боеспособного отряда республиканской милиции. Когда отряды губернатора атаковали Кадис, Фермин дрался до последнего, противостоя правительственным войскам с горсткой плохо вооруженных товарищей.

Его мужество было необыкновенным. Когда стало ясно, что сопротивление бесполезно, Сальвочеа распустил отряды милиции и всю ответственность за беспорядки взял на себя. Это даже врагов заставило отнестись к нему с уважением. Вместо казни его выслали в крепость Сан-Себастьяна в качестве военнопленного. Несколькими месяцами позже, во время пребывания в тюрьме, Фермина избирают депутатом муниципального собрания Кадиса. Однако мадридские власти аннулируют выборы, отбирают у него депутатский мандат и продолжают удерживать в заключении. Освободиться ему удалось только по амнистии 1869 года. Спустя восемь месяцев, после того как испанская корона была возложена на Амадео де Савойя, Сальвочеа уходит в горы во главе отряда из семидесяти вооруженных республиканцев. В горах они объединяются с отрядами повстанцев из Хереса и Умбрии. Столкновение с правительственными войсками произошло около городка Алкал? де лос Гасулес. После трехдневного боя силы повстанцев были разгромлены.

Республиканцы рассеялись. Фермину удалось бежать в Гибралтар, а оттуда в Париж. Там он вошел в контакт с радикально настроенными кружками, группировавшимися вокруг газет Le Revue и La Repell. Затем он переехал в Лондон, откуда по амнистии 1871 года смог вернуться в родной город. Его избирают мэром. Во время восстания кантоналистов 1873 года Сальвочеа безуспешно пытался вовлечь в революционное движение всё население города. После провала этой попытки, он предстает перед военным трибуналом Севильи по обвинению в организации бунта. Его приговаривают к пожизненной ссылке в африканскую колонию Гомера. С этого момента о нем начинают говорить как об «анархистском Христе». Заключение в Гомере Сальвочеа переносил спокойно и сдержано. Всё, что он получал в тюрьме от семьи, разделялось с товарищами по заключению. Его мать, принадлежавшая к кадисской знати, добилась помилования. Однако Фермин разорвал постановление о помиловании, заявив, что покинет тюрьму только в двух случаях – или при всеобщей амнистии, или в случае мятежа и побега. Через девять месяцем он и в самом деле сбежал и обосновался в Танжере.

До заключения в Гомере, Сальвочеа не был анархистом, хотя всегда симпатизировал либертарным движениям. Он был членом марксистского Интернационала, но в колонии отдалился от руководства секции этой организации и с энтузиазмом занялся изучением теорий Бакунина, после чего очень быстро стал одним из самых вдохновенных пропагандистов анархизма в Испании. Верность движению он сохранял до конца своих дней.

В Испанию Сальвочеа вернулся после смерти короля Альфонсо ХІІ в 1885. В это время волнениями, вдохновляемыми анархистами, была охвачена вся Андалусия. Издания анархистов снова распространялись свободно, и Фермин, пользуясь случаем, основал в Кадисе газету El Socialismo. Она распространялась среди рабочих виноградных плантаций и поденщиков юго-запада Испании. Сальвочеа не раз арестовывали, но его энергичные, обличительные защитные речи в различных судах создавали правительству только дополнительные хлопоты. Его острый ум и организаторский талант были исключительно полезными для революционного движения. Едва обосновавшись в Андалусии, он начал организовывать грандиозные первомайские демонстрации, которые в 1890 и 1891 годах охватили всю провинцию. Случай с «Черной Рукой»*), когда в редакции газеты El Socialismo была найдена взрывчатка, дал властям повод для массовых репрессий, и в 1892 Сальвочеа опять оказался в тюрьме. В это время произошло восстание в Хересе. Фермин во время восстания находился в тюрьме, но военный трибунал осудил его на 12 лет каторги за предполагаемую организацию этого восстания. Гражданский суд отказался пересматривать приговор, а Сальвочеа, в свою очередь, отверг предложение содействовать следственным действиям, осуществляемым военными судьями. Он был заключен в тюрьму Вильядолида. Условия содержания заключенных здесь были ещё более тяжелые, чем в Гомера. Тяжесть своего положения он усугубил тем, что отказался выполнять распоряжение алькальда Вильядолида об обязательном посещении церковных служб. В наказание его на несколько месяцев бросили во влажный подземный карцер тюрьмы. Крайне ослабленный, без малейшей надежды на освобождение, Сальвочеа попытался покончить с собой.

Этот поступок, вполне объяснимый в тех условиях, в которых он находился, сильно обеспокоил алькальда, и режим его содержания смягчили. Вскоре его переводят в тюрьму Бургоса, где он получает возможность вернуться к интеллектуальной работе. Сальвочеа снова засел за свои сочинения и даже перевел книгу по астрономии.

В 1899 Сальвочеа попал под всеобщую амнистию, которую власти были вынуждены объявить в связи с массовыми протестами против пыток в тюрьме Монжуик (Барселона). Он возвращается в родной Кадис, который встретил своего бывшего мэра с огромным воодушевлением, и с головой уходит в анархистскую работу. А подваливает ему ни много, ни мало уже к семидесяти, здоровье сильно подорвано тюрьмами и ссылками. Поэтому Сальвочеа вынужден ограничиваться, в основном, письменной работой. Последним трудом андалусского анархиста стал перевод на испанский язык работы П.А.Кропоткина «Поля, фабрики и мастерские»…

Фермин Сальвочеа умер 8 сентября 1907 г. в Кадисе – городе, в котором он родился и который так сильно любил. Более 50 тысяч человек собрались проводить в последний путь своего бывшего алькальда. Сотни людей съехались со всей Испании. Демонстранты шли за катафалком до самого кладбища. Большую часть составляли рабочие Кадиса и Хереса. Они испытывали глубочайшее уважение к этому скромному человеку, который был для них живым воплощением мечты о справедливом обществе. В то время как гроб медленно опускали в могилу, большая группа людей воодушевленно скандировала: “Да здравствует Анархия!”.

Сальвочеа был исключительно благородным человеком. Теоретик и историк анархистских движений Мануэль Буэнакаса как-то отозвался о нем как о “нашем главном святом”. Он часто вспоминал, что друзья обыкновенно видели Фермина без шляпы и плаща – он постоянно отдавал предметы своей одежды нуждающимся. Он никогда не был женат и вел очень скромный образ жизни. В то же время, Сальвочеа вовсе не был сторонником аскетизма. Это был очень спокойный человек, и в то же время редко кто видел его хмурым или печальным. Его отношения с друзьями и единомышленниками отличались сердечностью, а с врагами – сдержанностью, в глубине которой искрилась лукавая ирония…

(отрывок из книги Los anarquistas espanoles. Anos heroicos. 1886–1936/ Traduccian de Ernesto Rubio. – Valencia: Numa Edician. – 2000. – 460 p. C. 168–172)

Источник

Добавить комментарий

CAPTCHA
Нам нужно убедиться, что вы человек, а не робот-спаммер.

Авторские колонки

Michael Shraibman

Существует такое понятие, как "отчуждение". Отчуждение людей от условий, формирующих их жизнь. Дома вы выполняете то, что говорят родители (в детстве), на работе подчиняетесь начальнику, на улице - менту, в политике все решает государственный аппарат, армия, военно-бюрократическая машина...

1 месяц назад
3
Michael Shraibman

Случаются в истории удивительные повороты, когда пересекается то, что разъединено временем и географическим пространством. Соединение буддизма и греческой цивилизации полисов (очень хочется написать об этом), сражение между римскими легионерами и китайскими войсками, или украинский партизан по...

1 месяц назад

Свободные новости