Rage Against the Machine: леворадикалы у истоков рэпкора

Rage Against The Machine

Далекий 1991 год. Фред Дерст и его Limp Bizkit появятся лишь через несколько лет, а затем пройдет еще примерно столько же, прежде чем их первые записи обретут популярность. Участники Linkin Park еще учатся в школе и далеки от создания того самого коллектива, который через десяток лет будет взрывать стадионы. То же самое можно сказать о многих других рэпкор-командах, которые станут известны позднее. Даже Biohazard, хотя уже и оформились как группа, были малоизвестны в том далеком 1991-м.

Тем временем в Лос-Анджелесе четверо молодых людей одними из первых решили смешивать тяжелую музыку с рэпом. Все началось с того как гитарист Том Морелло (к слову, являющийся внучатым племянником «отца кенийской нации» Джомо Кениаты и внебрачным сыном кенийского революционера Стефена Нгете Нйороге) увидел в одном из клубов выступление рэппера Зака де ля Роча. Впоследствии первый будет включен журналом Rolling Stone в список лучших гитаристов всех времен, а второй получит место в числе лучших фронтменов. Тогда же это были просто двое молодых людей, объединенные творческим импульсом и общностью политических идей.

Зак де ля Роча приглашает в только что образованный коллектив своего школьного друга Тима Коммерфорда, вскоре по газетному объявлению заполняется и вакантное место барабанщика — им становится Брэд Уилк. В таком составе они творят вплоть до распада коллектива.

Стиль Rage Against the Machine находится где-то на стыке металла, фанка и хип-хопа. Что-то ребята позаимствовали у популярных в то время Beastie Boys, что-то у Public Enemy, что-то у Red Hot Chili Peppers и других исполнителей. Музыку группы довольно легко распознать по своеобразной технике игры гитариста Тома Морелло, нередко использующего «тремоло» и часто переключающего датчики на своем инструменте. С другой стороны, своеобразия стилю RATM придают жесткие метафоричные тексты Зака де ля Роча, гармонирующие с его кричащим вокалом. Создав неповторимый образ, коллектив сыграл важнейшую роль в формировании рэпкора, ставшего в конце 90-х и первой половине 2000-х годов одним из популярнейших музыкальных направлений.

В конце 60-х Джим Моррисон стал, кажется, первым рок-музыкантом, которого арестовали прямо во время выступления. С конца 60-х до начала 90-х кто только и какими только способами не эпатировал публику. Казалось бы, и удивляться более нечему. Однако Rage Against the Machine отличились и в этом.

Вызывающим было уже само содержание их песен. Правящие круги США в обнимку с транснациональными корпорациями праздновали победу в холодной войне, СМИ трубили, что «капитализм — это лучшее, что придумало человечество», что «красная угроза» повержена и т. д. И вот в стране, где еще с эпохи маккартизма пропаганда трактует слово «коммунист» в качестве ругательного, появляется молодежный коллектив с характерным названием, открыто заявляющий о своих леворадикальных взглядах, бичующий в своих песнях и интервью капиталистическую систему, тотальное неравенство, американский империализм, цензуру, выступающий в поддержку политических заключенных и т. д.

Именно четкая политическая позиция коллектива во многом предопределяет быстрый взлет его популярности. Уже через год после образования у музыкантов есть не только свой фан-клуб, но и возможность независимо издать и продать 5000 экземпляров первых записей. Уже это было хорошим показателем того, что сама социально-экономическая атмосфера в наиболее развитой капиталистической стране мира далека от совершенства.

Вскоре коллектив уже ищут представители крупных лейблов, среди которых музыканты выбирают Epic Records, предоставивший им полную свободу творчества. В 1992-м выходит первый хит группы — Killing in the Name, а следом и дебютный альбом, чье название повторяет название группы. Пластинка становится трижды платиновой, а группа — одним из наиболее активно гастролирующих американских коллективов.

Одновременно начинается и череда скандалов. К примеру, протестуя против цензуры в США, участники группы выходят на сцену фестиваля Lollapalooza с заклеенными ртами и абсолютно обнаженными. И простояли в таком виде все отведенное им время. Правда, для поклонников, не услышавших любимых песен, на следующий день был устроен бесплатный концерт.

Бесплатные и благотворительные концерты вообще становятся обычным явлением для RATM. Для музыкантов, выбившихся в мэйнстрим, подобного рода мероприятия обычно становятся своеобразными пиар-ходами. С трудом получается применить это утверждение в отношении Rage Against the Machine, у которых едва ли не половина выступлений проводилась в благотворительных целях. Сложно даже перечислить всех тех, кого музыканты поддерживали таким образом. Здесь и Сапатистская армия национального освобождения под предводительством субкоманданте Маркоса (помимо прочего, RATM активно использовали символику сапатистов), и лидер индейского движения Леонард Пелтиер, посаженный за решетку еще в 70-е годы, и чернокожий журналист и политический активист Мумия Абу-Джамал, находящийся в заключении за убийство сотрудника полиции, и многие-многие другие. Надо заметить, что, достигнув пика своей популярности, музыканты не бросали подобной практики.

Между тем в 1996 году появляется известие о выходе новой пластинки. RATM, являющуюся одной из самых популярных молодежных групп, приглашают выступить на шоу Saturday Night Live, где в качестве почетного гостя присутствовал кандидат в президенты США Стив Форбс. В итоге произошел серьезный скандал. Музыканты вышли на сцену с сапатистскими нашивками, повесили на усилитель перевернутый американский флаг и спели свежую антивоенную песню Bulls on Parade. Такого зрелища организаторы не выдержали, и команда была с треском выставлена из студии, не доиграв программы.

Вторая и третья пластинки группы (Evil Empire и Battle of Los Angeles, вышедшие в 1996 и 1999 годах соответственно) продолжали линию, намеченную первым альбомом. Каких-то серьезных экспериментов в музыке или смены тематики песен не последовало. Впрочем, поклонники творчества RATM этого и ждали, да и критики не сетовали — коллектив дважды стал лауреатом «Грэмми».

Казалось бы, группа нисколько не сбавляет оборотов — выход новых сильных песен перемежается громкими скандалами. Музыканты протестуют против операции в Югославии, от переворачивания флага США переходят к его сожжению и за 11 лет до известных событий оккупируют Уолл-стрит. Последнее произошло во время съемок клипа Sleep Now in the Fire, режиссером которого стал известный документалист Майкл Мур, запомнившийся широкой аудитории по оскароносному «Боулингу для Колумбины», а также другим громким картинам: «Фаренгейт 9/11», «Здравозахоронение», «Капитализм: история любви». То, что происходило перед зданием Нью-Йоркской фондовой биржи, прекрасно видно из видео: сама биржа была закрыта, режиссер арестован.

И тем не менее вокалист Зак де ля Роча сначала заявляет о желании параллельного запуска сольного проекта, а затем и вовсе уходит из группы. Три оставшихся участника понимают, что без автора текстов и исполнителя песен продолжать историю прежнего коллектива бессмысленно. Впрочем, ни Зак, ни группа Audioslave, созданная на обломках RATM, не смогли повторить того успеха, который был достигнут совместными усилиями.

В 2007 году Rage Against the Machine воссоединяются и даже порой выезжают на совместные гастроли. Однако за прошедшие годы конъюнктура музыкальной индустрии значительно изменилась — места для бунтарей больше нет.

Морелло в одном из интервью последних лет замечает: «Сегодня такой группе как Rage Against the Machine сложно, а то и невозможно добиться успеха. Сейчас лейблы стремятся продать несколько рингтонов, а затем продвигать следующий сингл, используя горстку поп-артистов. Группа наподобие Rage Against the Machine уже никогда не сможет получить такую поддержку, как тогда».

Может быть, слова гитариста звучат несколько пессимистично. Однако в 2014 году действительно сложно представить себе сверхпопулярную группу, придерживающуюся леворадикальных взглядов, а поэтому RATM до сих пор является уникальным явлением в истории тяжелой музыки. Кто знает, быть может, это своеобразная реакция властей, бизнеса и СМИ на потенциальную опасность, которую представляют для них социалистические идеи. В 90-е годы — на пике кризиса левых — бунтари вроде RATM были надоедливы, но не слишком опасны. Теперь же… кто знает?

Андрей Рудой

Авторские колонки

Michael Shraibman

Существует распространенная точки зрения, что Платон был автором теории тотального государства, управляющего всеми сферами жизни и авторитарно управляемого учеными, а значит системы, напоминающей социализм. Очень сильно в этом сомневаюсь. Тотальное государство, как мы сегодня знаем, к...

1 неделя назад
Жак Каматт
Michael Shraibman

Крупнейший российский специалист по Средневековью, Арон Гуревич, доказывал, что в истории есть сослагательное наклонение и что историческая наука - не более, чем набор более-менее правдоподобных гипотез. Специалист по античности и греческой философии, Андрей Лебедев, объяснял мне, что прорыв в...

2 недели назад
7

Свободные новости