Цензура в сети

Чудовищный новый формат фейсбука, навязанный 2,7 миллиардам пользователей, вызвал множество нареканий. Но это только верхушка айсберга.  Самое главное - не внешний облик, а нарастающая цензура. The Economist - мейнстримное английское издание - недавно опубликовал об этом большой материал.  За два года Facebook в 10 раз увеличил число удаленных высказываний - проявлений "речи-ненависти". Он отключает около 17 миллионов "поддельных аккаунтов" каждый день, что более чем в два раза больше, чем три года назад. YouTube с примерно 2 млрд ежемесячных пользователей, удалила 11,4 млн видео в прошлом квартале вместе с 2,1 млрд комментариев пользователей, по сравнению с 166 млн комментариев во втором квартале 2018 года. Эту массированную цензуру продвигают владельцы крупнейших компаний, в чьей собственности находятся социальные сети, и государственные органы США и Европы. Причем, частные компании зачастую принимают решения по спорным вопросам в пользу цензуры заранее, чтобы не подвергнуться возможным судебным преследованиям. Разумеется, аналогичные процессы связаны и с китайскими социальными сетями, прежде всего с Тик-Ток, цензурирующими сообщения, например, о событиях на площади Тяньаньмэнь в 1989 году. В России, где могут осудить за лайки, также усиливается цензура, но статья в Экономисте это не рассматривает.

Критики современного строя указывают на то обстоятельство, что капитализм создает условия, при которых отдельные (далеко не все) личности с исключительными способностями могут эффективно применить свои навыки и создать новое успешное предприятие (разумеется, не в одиночку, а при участии массы других, но нельзя отрицать их заслуги). Проблема в том, что потом миллионы оказываются в громадной зависимости от них. Захотел и уволил тысячу человек. Вложил деньги неудачно, рынок рухнул и 10 миллионов оказались полностью разорены финансовым кризисом. Профинансировал войну, потому что ему нужны полезные ископаемые, и миллионы воюют и убивают друг друга. Или: один талантливый социопат, как в случае фейсбука, взял и устроил ад миллиарду пользователей. Именно такие вещи формируют ткань жизни и на фоне этого разговоры о народовластии почти совершенно теряют смысл в условиях данной системы.

Вопрос о цензуре и свободе слова неизбежно смыкается с вопросом о социальной и классовой природе общества и об устройстве власти. В сущности, это не три отдельных вопроса, а один. Пока процесс принятия решений не сосредоточен в руках трудящегося населения, организованного  в системы самоуправления на рабочем месте  (автономные Советы) и на территории, разговоры о свободе слова и народовластии - разговоры ни о чем. Все равно решения о границах свободы принимает узкая группа людей. Некоторые различия между современными странами в области свободы высказываний в публичном пространстве постепенно разрушаются.