![](https://avtonom.org/sites/default/files/store/styles/large/public/baunin.jpg?itok=NiGilTmR)
В начале XX века в латинских и славянских странах Европы наблюдалось оживление анархических групп и течений. С того момента, как П.А. Кропоткин посадил на мель корабль федералистского Интернационала, это была, пожалуй, первая попытка пробудить от летаргического сна теорию и практику безвластного социализма. Связана она была с явлением, которое следовало бы назвать вторым призывом к анархии. В эти годы ряды марксистских партий покидают, чтобы встать под знамёна Прудона и Бакунина, многие радикально настроенные интеллигенты и рабочие».1 Этот тезис относительно генезиса идей российского, европейского и латиноамериканского синдикализма, выдвинул в своей статье, написанной в 1987 г. А.К. Исаев, один из лидеров российского анархистского движения времён перестройки. Генезис идей синдикализма в России он связывал с обращением анархистов начала XX века к идеям Бакунина и с отрицанием идей Кропоткина, либо с попыткой «найти примирение между кропоткинскими анархо-коммунистическими схемами и …идеями анархо-синдикализма».
Так ли это? В нашей статье мы попробуем дать обоснованный ответ на данный вопрос.
Теоретики российского анархо-синдикализма начала XX века, обращавшиеся в своих работах к идеям М.А. Бакунина (Г. Гогелия, М. Раевский), ссылались, прежде всего, на две его работы: «Организация Интернационала» и «Политика Интернационала».3 В работах других крупных теоретиков российского анархо-синдикализма начала XX в. (в период до февральской революции 1917 г.), к которым обращался в своей статье Исаев, какие-либо ссылки, обращения к работам Бакунина, отсутствуют. В том числе и в работах Д. Новомирского.4
В начале XX в. российские анархо-синдикалисты находились под влиянием практики французского революционно-синдикалистского движения. Осмысление опыта борьбы на основе «прямого действия» и самоорганизации трудящихся во Всеобщей конфедерации труда Франции (ВКТ) было одной из важнейших тем работ российских теоретиков анархо-синдикализма в период 1903 – 1917 гг.5 Идейные принципы революционного синдикализма получили наиболее полное отражение в «Амьенской хартии», принятой в 1906 г. в Амьене конгрессом революционно-синдикалистского профсоюзного объединения Всеобщей конфедерации труда (ВКТ).
Согласно «Амьенской хартии», ВКТ являлась не идейной, а чисто классовой организацией, объединяющей «вне какой бы то ни было политической школы, всех рабочих, осознающих необходимость борьбы для уничтожения наёмного труда и капитала». Помимо борьбы за «немедленные улучшения» считалось необходимым ориентироваться на «полное, всецелое освобождение» рабочего класса посредством «экспроприации капиталистов», в ходе социальной революции в форме «всеобщей забастовки». Провозглашалось, «что синдикат, сегодняшняя группировка сопротивления, будет в будущем группою производства и распределения продуктов, что синдикат будет основой социальной реорганизации». «Хартия» закрепила компромисс между различными течениями, образовавшими ВКТ, провозгласив нейтральность по отношению к «философским и политическим взглядам» рабочих внутри профцентра и оставив за ними право распространять свои идеи и бороться за них вне конфедерации.6
Взгляды, изложенные М.А. Бакуниным в указанных выше работах, близки к идеям, выдвигавшимся революционно-синдикалистским движением Европы конца XIX – начала XX в. Так, Бакунин отстаивает принцип организации рабочего класса в профессиональные и отраслевые союзы, экономическую борьбу рабочего класса, как ведущее направление деятельности революционной организации: «”Освобождение рабочих есть дело самих рабочих“ сказано в предисловии к нашим общим статутам… Это главная основа нашего великого Союза. Но рабочие… ещё пока совершенно не владеют теорией. Следовательно, им остаётся только один путь, путь практического освобождения. Какова же может и должна быть эта практика? Существует только одна: это – солидарная борьба рабочих против хозяев. Это – тред-юнионы, организации и федерация касс сопротивления».7
С точки зрения Бакунина Международное товарищество рабочих (Интернационал) также должен был представлять собой федерацию отраслевых союзов: «Организация Интернационала, имеющая целью не создание новых государств, а коренное разрушение всякого господства, должна существенно разниться от государственной организации. Насколько последняя искусственна, насильственна, основана на принципе власти, чужда и враждебна естественному развитию народных интересов, и инстинктов, настолько организация Интернационала должна быть свободной, естественной, соответствовать во всех отношениях этим интересам и этим инстинктам. Но что это за естественная организация масс? Организация, вытекающая из их естественной жизни и основанная на различных видах труда; иными словами – организация по ремёслам. С того момента, когда все виды промышленности будут представлены Интернационалом, включая сюда и разные виды земледельческого труда, организация народных масс будет закончена».8
Для работ Бакунина характерно также представление о политической нейтральности рабочих союзов по отношению к философским, религиозным и политическим воззрениям их участников: «Основатели международного союза рабочих поступили умно, избегая класть в основу этого союза принципы политические и философские и придавая ему вначале характер исключительно экономической борьбы труда с капиталом, что они были уверены, что, когда рабочий вступит на эту почву, когда, проникаясь сознанием своего права и своей численной силы, он начнёт со своими товарищами борьбу против буржуазной эксплуатации, - он в силу естественного хода вещей и развития борьбы дойдёт скоро до признания всех политических, философских и социалистических принципов Интернационала, которые в сущности являются только истинным выражением его исходной точки и его цели».8a Но при этом Бакунин признавал революционный характер целей борьбы, связанных с социальной революцией — ниспровержением общества, основанного на отношениях господства, ликвидацией государства и частной собственности.9 Таким образом, взгляды Бакунина на рабочее движение совпадали с позицией, занятой в этом отношении революционно-синдикалистскими организациями Европы конца XIX – начала XX в.
По Бакунину, важная особенность анархистского мировоззрения состоит в отказе от навязывания трудящимся какой-либо идеологии, а также тех методов борьбы и форм организации, которые не выдвинуты самими трудящимися. Задача анархистов в рабочем движении, по Бакунину, заключалась в выявлении самоуправленческих тенденций в рабочей среде и их поддержке пропагандой: антиавторитарный Интернационал организует рабочих «не сверху вниз, навязывая общественному разнообразию — продукту разнообразного народного труда, искусственное единство и порядок, как это делает государство; а снизу вверх, беря за исходную точку социальное положение масс и их стремления и побуждая и помогая им группироваться, сообразно этому разнообразию занятий и положения».10 Таким образом, «кассы взаимопомощи», рабочие союзы, являлись наиболее приемлемой формой организации для антиавторитарного Интернационала постольку, поскольку, в отличие от политических организаций и групп, они были созданы самими рабочими, будучи порождены потребностью организации рабочего класса для защиты своих экономических интересов.
В России начала XX в., Бакунин получил известность как один из первых теоретиков и предшественников революционного синдикализма благодаря трудам анархистов-коммунистов — Кропоткина и его последователей. Работы Бакунина «Организация Интернационала» была впервые опубликована в 1904 г. на страницах газеты «Хлеб и Воля», издававшейся Кропоткиным и его сторонниками.11
«Синдикализм не что иное, как возрождение Интернационала, - федералистского, рабочего, латинского»,12 — эта цитата из письма к Н.А. Рубакину от 17 марта 1913 г. наиболее ёмко отражает взгляд Кропоткина на генезис идей европейского революционно-синдикалистского движения, которое он воспринимал в качестве преемника бакунистских идей и практики романских секций I Интернационал. Мысль об этом можно найти во многих работах Кргопоткина: «Оба главных принципа современного синдикализма, прямое действие и тщательная выработка новых форм жизни общества, основанных на профсоюзах… были в начале ведущими принципами Международного Товарищества Рабочих» 13 — пишет он в своей работе «Синдикализм и анархизм».
Примеры реализации революционно-синдикалистской тактики он находит в деятельности романских секций I Интернационала, придерживавшихся идейно-теоретических и тактических установок бакунизма: «в чистоте эта мысль сохранилась в Испании, где я нашёл в 1878 г. превосходно организованных в рабочих профессиональных союзах, около 60000 человек, причём душой союзов был наш товарищ Farga Pellicer… Впоследствии во Франции, Pouget14 сыграл ту же роль по отношению к французским рабочим организациям».15 И далее: «Юрская федерация представляла… союз множества профессиональных союзов».16
Помимо идей М.А. Бакунина, Кропоткин считал одним из источников формирования идей синдикализма идеи П.-Ж.Прудона. В работе «Синдикализм и анархизм» он пишет: «французы в Интернационале были в основном сторонниками Прудона. И направляющая идея Прудона была следующая: разложить современную организацию буржуазного государства и на его место поставить организацию рабочих союзов, которые всё регулируют и организуют».17 Та же мысль прослеживается и в письме к Н.А. Рубакину: «рабочие профессиональные организации, владеющие средствами производства, — вместе с общинами, организовавшими потребление, заступающими государство, — это идея Прудона, которая легла в основу Интернационала».18
Говоря об идейной близости революционных синдикалистов к анархизму, Кропоткин, всё же проводил различия между их проектами социального будущего и анархо-коммунистической утопией. Так в предисловии к книге ведущих активистов ВКТ, Э.Пато и Э.Пуже, написанном в 1911 г., он подчёркивает, что является сторонником общества, построенного не на основе федерации отраслевых союзов (синдикатов), а на основе территориальных образований — коммун.19 Кропоткин признаёт, что синдикалистская организация общества близка анархической: «конечно, Пато и Пуже рисуют нам ещё не анархию. Но организация, о которой они повествуют нам, имеет то преимущество, что она не основана больше на иерархической — лестничной и чиновничьей — бюрократии, как основаны были все организации, прославлявшиеся до сих пор социалистами-государственниками».20
Кропоткин указывает на элемент этатизма в утопии Пато и Пуже - сохранение за центральными координационными органами властных функций: «возможно, что Пато и Пуже платят ещё довольно большую дань прошлому… Их “Конфедеральный съезд”, на котором обсуждается вопрос, - нужно ли предоставить обществу обеспечение детей инвалидов и стариков, занимается… вопросами, которые будут лучше разрешаться на местах, без центральной палаты. И когда этот съезд решает, что никакая корпорация, никакая “общественная служба”… не может “жить обособленной жизнью от коллектива“… он решает вопрос, который местная жизнь одна в состоянии разрешить. Что касается “Конфедерального комитета”, то он слишком много заимствует у того самого правительства, которое он только что свергнул».21
Близкие революционному синдикализму идеи можно обнаружить и в ряде трудов Кропоткина. Так, в работах «Русский рабочий союз» и «Наше отношение к рабочим и крестьянским союзам» он проводит мысль, что организационной силой анархистской социальной революции, связанной с перестройкой общества «снизу», по инициативе трудящихся и их собственными силами, могут быть организации, созданные самими трудящимися, в данном случае – союзы рабочих. «Дело организации коммунистической жизни и производства на общих началах, - писал он, - непременно выпадет на долю рабочих союзов, которые одни могут взять на себя громадное дело перестройки промышленности в интересах всего общества».22 «Социал-демократы, - отмечает Кропоткин, - хотят завоевания власти и рассчитывают на парламент; мы хотим захвата средств производства и наличного богатства капиталистического общества, и рассчитываем… на единственных людей, которые могут это сделать – на самих рабочих. В социал-демократической схеме организацией производства “на другой день после революции” занимается государство, а у нас – кто? Группы рабочих… занятых в одном производстве,… профессиональные союзы».23
По Кропоткину, активное участие анархистов в деятельности рабочих и крестьянских союзов, объединяя трудящихся, развивает традиции солидарности 24: «…союзы рабочих одного ремесла или одной отрасли промышленности, - писал Кропоткин, - …это – первый способ проявления рабочей солидарности в повседневной борьбе».25 Признавая ведущую роль рабочих союзов в социальной революции, Кропоткин не считал синдикализм единственным направлением деятельности анархистов: «если наша партия… целиком посвятит себя мирному синдикалистскому движению, - писал он, - её существование потеряет всякий смысл».26
Как и Бакунин, Кропоткин полагал, что важная особенность анархистского мировоззрения состоит в отказе от навязывания трудящимся какой-либо идеологии, а также тех методов борьбы и форм организации, которые не выдвинуты самими трудящимися. Напротив, пишет Кропоткин, для построения анархического общества важно «дать возможность самим рабочим и крестьянам проявить свою построительную деятельность»27: «долг каждого анархиста… содействовать всеми силами образованию независимых рабочих союзов… Не связывать заранее Рабочий Союз социал-демократической или иной программой… а наоборот, вселять мысль, что формы социалистического строя должны быть найдены и выработаны рабочей массой, вне всяких уступок и сделок, навязанных ей политиками».28
Таким образом, Кропоткин признавал революционно-синдикалистские профсоюзы, принимающие в свой состав всех трудящихся, независимо от политических взглядов, наиболее либертарной формой организации рабочего класса. При этом он не отвергал возможность добровольного принятия синдикатами анархистской программы29 и, в отличие от Бакунина и французских синдикалистов конца XIX – начала XX в. признавал необходимость пропаганды политических идей в рабочих союзах, считая распространение либертарно-коммунистических идей задачей анархистов, и гарантией того, что во время революции рабочие будут осуществлять именно анархо-коммунистические преобразования30: «обязанность анархистов – быть среди рабочих и не давать политическим партиям эксплуатировать рабочее движение в пользу парламентского постепеновства. Им предстоит - проводить в рабочую среду революционную мысль, с тем, чтобы из крестьянских и рабочих союзов создать силу, которая могла бы сама приступить… к планомерной массовой экспроприации».31
И далее: «если же под влиянием революционных, анархических элементов, рабочие союзы поставят себе социалистический переворот, как цель, а всеобщую стачку, как средство… тогда мы можем надеяться на торжество, и общесоциалистического принципа уничтожения частной собственности и наёмного труда, и анархического принципа уничтожения государства и создания свободной федерации городов и общин».32 Исходя из этого, Кропоткин считал необходимым сохранить независимые от синдикатов идейные организации анархистов: «организаторская работа должна быть направлена на создание своих групп прежде всего; затем, уже, имея за собой такую группу, не только можно, но и следует вступать в рабочие организации…»33
Таким образом, мы видим, что Кропоткин не был противником синдикалистских идей, сформулированных Бакуниным и реализовавшихся его сторонниками в Интернационале. Напротив, он признавал преемственность революционно-синдикалистской практики от идейно-теоретических и тактических установок I Интернационала, был одним из популяризаторов синдикалистских идей, развивая их в своих работах и публикуя соответствующие труды Бакунина.
Но в целом ряде положений он пошёл дальше своего великого предшественника. Например, в отличие от Бакунина, Кропоткин выдвигал распространение новых этических ценностей, основанных на самоуправлении и солидарности, необходимым условием успеха анархистской социальной революции. Отсюда – его заявление о необходимости открытой пропаганды анархистских идей в рабочих союзах, от чего Бакунин предлагал воздерживаться, ссылаясь на то, что благодаря логике борьбы с предпринимателем рабочий, как «стихийный социалист», сам придёт к осознанию необходимости свержения строя, основанного на господстве.34
Развивая революционно-синдикалистские идеи Бакунина и Кропоткина, теоретики российского анархо-синдикализма начала XX века делали из этих учений, порой, выводы, выходящие за их рамки. Так, М. Раевский, защищая организующую роль синдикатов в социальном переустройстве общества в период социальной революции, критиковал «анархизм 80-х годов»,«когда все сложные вопросыорганизации общества на другой день после революции разрешались упованием на творческие инстинкты народа».35 Отношение Раевского к Кропоткину неоднозначно. С одной стороны, он подчёркивает решающую роль Бакунина по сравнению с Кропоткиным в формировании всего комплекса анархистских идей в Европе: «Но хотя Бакунин в своё время ярко подчеркнул огромную роль профессиональных союзов, анархистская теория впоследствии по весьма понятным, впрочем, историческим причинам, пренебрегала дальнейшим развитием этой стороны бакунинского учения. Кропоткин в расцвете своего творчества совершенно почти не останавливался на деятельности анархистов в профессиональном движении».36
Но оценка Раевским вклада Кропоткина в развитие революционно-синдикалистского движения имеет отношение лишь к Европе начала XX века, а не к России, где эти идеи вошли в анархическое движение благодаря Кропоткину и его последователям. При этом Раевский связывает появление идей революционного синдикализма во Франции с истолкованием французскими анархистами идей того же Кропоткина и их последующим приложением к реалиям рабочего движения Франции начала XX в.: «французские анархисты того периода, который был связан с именем Пеллутье, уйдя с головой в практическую работу в массах и сконцентрировавши на синдикате всю свою организационную и пропагандистскую деятельность, почувствовали потребность в более реалистическом истолковании некоторых кропоткинских идей. Надо было приспособить к новым условиям анархистской работы ту мысль, которая проходит красной нитью по всем писаниям П.А. Кропоткина – об обязательности сознательного революционера ни при каких условиях не порывать с народом, всегда оставаться в народной среде. Назрела также насущная потребность дать новое истолкование мысли Кропоткина о богатых организационных возможностях, таящихся в народе…»
Поскольку синдикаты «были единственной формой самопроизвольной массовой организации» рабочих во Франции конца XIX – начала XX в., обращение к ним французских анархо-коммунистов, по мнению Раевского, не противоречило духу и содержанию теоретического наследия Кропоткина: «революционно-синдикалистская практика представляла собой приспособление тактики и анархистских принципов организации к практическим потребностям рабочего движения. Впоследствии и сам П. Кропоткин признавал в печати огромную ценность с практической точки зрения системы и тактики революционного синдикализма, носящего также название анархо-синдикализма и “рабочего анархизма”».37
Считая главной задачей анархистов поиск и развитие тех форм самоорганизации рабочего класса, которые могут способствовать становлению анархического коммунизма, Раевский опирается насоциальный анализ Кропоткина, ссылаясь на его работу о Великой Французской революции, в которой Пётр Алексеевич приводил примеры «непосредственной революционной деятельности народа, организовавшегося в течение самой революции в секции, коммуны, народные братства и т.п.»38 «Социальный переворот, – писал Раевский, – и не только синдикалистский, но даже и частичный, такой например, какой был совершён во время Великой Французской Революции – может быть проведён только снизу вверх самим народом, а не правительствеными декретами. Поэтому, - та массовая организация, которая должна довести до конца дело социального переворота, может быть организована только снизу вверх – как возникли в действительности городские и сельские народные организации в период Великой Французской Революции: округа, секции, народные общества, коммуны и т.д.»39
Понимая таким образом идеи и дух кропоткинского учения, Раевский не ограничивался автоматическим перенесением форм борьбы французского и американского революционно-синдикалистского движения на социально-экономические реалии России начала XX века, считая необходимым поиск форм самоорганизации рабочего класса на российской почве. Работы Раевского отличались оценкой реалий классовой борьбы России начала XX в. Так, ещё в 1906 г. он считал профсоюзы, появившиеся в 1905г. в России, слишком “мирными” и “консервативными” по своему характеру, что затрудняло их использование даже для пропаганды и агитации.40 Исходя из этого, Раевский полагал, что “складывающееся при условиях современной российской действительности, беспартийное движение пролетариата, должно принять другие, более революционные формы”.41 К таким революционным формам рабочего движения он относил организации рабочего класса, сформировавшимися в ходе революции 1905–1907 гг. — советы рабочих депутатов, советы безработных, заводские собрания, “территориальные рабочие съезды”.42
Именно в этих организациях, считал Раевский, анархисты должны сосредоточить агитационно-пропагандистскую работу, добиваясь делегирования в советы и рабочие съезды своих представителей, а также перехода к анархистам других рабочих делегатов, поскольку “в данный момент, когда рабочие массы охвачены стремлением к самоорганизации, их внимание прежде всего направляется в сторону этих учреждений, которые они считают своими”.43 В соответствии с этой моделью тактики Раевский предложил схему организации рабочего движения, согласно которой “решения по всем вопросам пролетарской революции будут приниматься на рабочих собраниях по фабрикам и заводам”, а советы рабочих делегатов различных уровней будут играть роль связующих и координирующих органов рабочего движения.44 Эту идею Раевский развивал и позднее, в своих работах 1915 г.: «такая организация естественно станет, как это было в 1905 – 6 гг. в России, центром притяжения массовой революционной энергии в стране. Что эта форма организации соответствовала назревшим потребностям, ясно видно также из того, что по её образцу стали организовываться не только рабочие массы, но и другие революционные элементы: Советы солдатских, матросских депутатов, Советы уполномоченных от безработных и т.д.» 45
Раевский фактически считал Советы рабочих депутатов образца 1905 г. выражением революционно-синдикалистских тенденций в российском рабочем движении. Он определял Советы (как форму представительства трудовых коллективов одного города) в качестве российского аналога французских Бирж труда (городских объединений рабочих организаций): «мы уже указывали на то, что “Советы Р.Д.” в той форме, в какой они существовали в России, в период революции, были только временной организационной формой пролетариата и что они, даже по признанию с.-д. заправил Петербургского Совета, должны были превратиться при дальнейшем развитии революции в общегородскую федерацию профессиональных союзов, иными словами – в Биржу Труда (в революционно-синдикалистском смысле этого слова)».
И далее: «Советы являлись беспартийными революционными организациями пролетариата, не положившими в основу своей программы и тактики никакой определённой социалистической теории. С первых же дней своего существования Петербургский Совет обнаружил тенденцию к реорганизации на профессиональных началах, к превращению своему в федерацию профессиональных союзов, в Биржу Труда революционного времени. И трудно сомневаться в том, что если бы эта революция не была так быстро подавлена и стала перманентной, то эта тенденция Совета к превращению его в революционную Биржу Труда была бы осуществлена».46
Подтверждая стремление Советов к захвату власти в каждом отдельном городе, Раевский говорит о необходимости переходного периода, связанного с реорганизацией экономики на анархо-коммунистических началах. Этот период он связывает с захватом революционно-синдикалистскими организациями (в данном случае – Советами рабочих депутатов, городскими объединениями рабочих союзов) «экономической власти», то есть – «руководства производством и потреблением».
При этом Раевский подчёркивает федеративную и самоуправленческую структуру этого строя и его переходный период по отношению к «анархистскому идеалу экстерриториальной коммуны».47 Но при этом не отрицались ни анархо-коммунистический характер производства и распределения в период «синдикального строя», ни анархо-комунистическое общество, как цель социальной революции. Раевский считал идею переходного периода к строю «коммунистического анархизма» наиболее последовательным выражением истинного «духа анархистского учения», главным образом его «кропоткинско-бакунинского направления».48
Кропоткин признавал синдикалистскую тактику и форму организации в качестве метода борьбы и средства осуществления анархо-коммунистического строя, но при этом отвергал синдикалистскую социальную утопию. Подобное отношение к синдикализму прослеживается у теоретиков всех основных течений российского анархо-синдикализма. При некоторых расхождениях в философских, тактических и организационных вопросах, они были едины, признавая целью своей борьбыпостроение анархо-коммунистического общества в том виде, как понимал его Кропоткин.
Даже Д. Новомирский, попытавшийся в своих работах вначале подвести под анархо-коммунизм и синдикализм марксистское обоснование,49 а затем отошедший от многих установок марксизма и испытавший сильное влияние индивидуалистических идей, признавал анархо-коммунистический строй в том виде, в каком он был сформулирован Кропоткиным, в качестве цели социальной революции.50 Индивидуализм же Новомирского проявился в том, что место анархического коммунизма в развитии общества, он определял как переходный период на пути к абсолютной анархии, когда общество, утратив экономические предпосылки своего существования как цельного организма, станет “совокупностью самостоятельных свободных личностей”.51
Под влиянием идей Кропоткина находилась первая группа российских анархистов, провозгласившая синдикализм ведущим направлением борьбы за установление анархо-коммунистического строя — группа “Хлеб и Воля”. В своих воззрениях “хлебовольцы” исходили из идей Кропоткина о роли эволюции этических идей человечества. Так, один из теоретиков группы, Г.Гогелия, подчёркивал ведущее значение психологических и этических предпосылок в сознании человека для борьбы за новое общество свободы, самоуправления и социального равенства.52 Исходя из этих положений, “хлебовольцы” считали задачей анархистов распространение в профсоюзах этики самоуправления и солидарности.53 Трансформировавшись в формально беспартийные организации рабочих-анархистов, рабочие союзы своим внутренним устройством и системой принятия решений должны были дублировать самоуправление анархо-коммунистического общества, превратиться в самоуправленческую субкультуру, которая в момент социальной революции распространит свои этические нормы на всё общество.
Таким образом, мы видим, что анархо-синдикалистские идеи были привнесены в российское анархистское движение П.А. Кропоткиным и последователями. В России формирование анархо-синдикалистской теории произошло не в результате отрицания и вытеснения идей Кропоткина через восприятие революционно-синдикалистской составляющей идей Бакунина. Напротив, эта составляющая бакунизма развивалась самим Кропоткиным и его последователями. Даже те теоретики анархо-синдикализма начала XX в., которые стремились к ревизии «традиционного анархизма» в теории и практике, испытывали на себе влияние идей Кропоткина, черпая аргументы в его работах.
Примечания
1 Исаев А.К. Второй призыв. // Община. № 6. Москва. 13 марта 1988. С. 3 – 8.
2 Там же.
3 Раевский М. Михаил Бакунин и революционный синдикализм.// Буревестник. Июль 1909 г. №17. С. 2 – 4. Оргеиани Г. [Г. Гогелия] Как и из чего развился революционный синдикализм. Б.м. 1909. С. 21 – 26.
4 См.: Новомирский Д.И. Манифест анархистов-коммунистов. - Б.м. б.г. Новомирский Д.И. Из программы синдикального анархизма. - Б.м. 1907.
5 Корн М. [Гольдсмит М.И.] Революционный синдикализм и анархизм. Лондон. 1907. Оргеиани Г. [Г. Гогелия] Как и из чего развился революционный синдикализм. А – ъ [Гроссман А.С.] Анархизм и революционный синдикализм. // Буревестник. №.№. 6 – 7. Сентябрь – Октябрь 1907 г. Его же. - Недостатки синдикализма. // Голос труда. Год II. № 13. March 1 st. 1912. Раевский М. Наши антисиндикалисты и массовая организация. // Буревестник. № 9. Февраль 1908. С. 2. Его же. - На старые темы.// Буревестник. № 15. Март 1909 г. Л. И – ва. [Иконникова Л.]. Почтово-телеграфная стачка в Париже и Конфедерация Труда. // Хлеб и Воля. Год I. № 2. Июль 1909 г.
6 Декларация цитируется по тексту: А.Н. Амьен. // Буревестник. № 4. 30 октября 1906 г. С. 8.
7 Бакунин М.А. Политика Интернационала. // Хлеб и Воля. Статьи из газеты «Хлеб и Воля». Б.м. Б.г. С. 262.
8 Бакунин М.А. Организация Интернационала. // Хлеб и Воля. Статьи из газеты «Хлеб и Воля». Б.м. Б.г. С. 248.
8a Бакунин М.А. Политика Интернационала. // Хлеб и Воля. Статьи из газеты “Хлеб и Воля”. Б.м. Б.г. С. 258.
9 Бакунин М.А. Организация Интернационала. С. 246.
10 Там же. С. 251.
11 См.: Хлеб и Воля № 12 – 13. Ноябрь 1904 г.
12 Письмо Кропоткина к Н.А.Рубакину. 17 марта 1913. // “Пробуждение”. Февраль 1931 г. №15. Сборник статей, посвящённый памяти П.А.Кропоткина. С.49.
13 Kropotkin P. Syndikalismus und Anarchismus (Reprint). Meppen. 1981. S. 9.
14 Имеется в виду Эмиль Пуже, анархист, один из лидеров и основателей революционно-синдикалистской организации ВКТ.
15 Письмо Кропоткина к Н.А. Рубакину. С.50.
16 Кропоткин П.А. Предисловие. // Оргеиани К. Как и из чего развился революционный синдикализм. Б.м. 1909. С. 5.
17 Kropotkin P. Syndikalismus und Anarchismus. S. 9.
18 Письмо Кропоткина к Н.А. Рубакину. С.50.
19 Кропоткин П.А. Предисловие. // Пато Э., Пуже Э. Как мы совершим революцию. Пб. – М. 1921. С. 6.
20 Там же. С. 7.
21 Там же. С. 8.
22 Кропоткин П.А. Наше отношение к крестьянским и рабочим союзам… С. 34.
23 [Кропоткин П.А.] Русский Рабочий Союз. // Хлеб и воля. Сборник статей. Б.м. Б.г. Там же. С. 193 – 194.
24 Там же. С.188 – 189.
25 Там же. С.191.
26 Там же. С.9.
27 Там же. С. 187.
28 Там же. С. 185.
29 Там же. С. 194.
30 Там же. С. 192. Неттлау М. Взгляд на жизнь П.А. Кропоткина в свете некоторых его писем. // Пробуждение. Февраль 1931 г. №15. С. 160.
31 Кропоткин П.А. Наше отношение к крестьянским и рабочим союзам. С. 37.
32 [Кропоткин П.А] Русский рабочий союз. С. 194.
33 Там же. С. 198.
34 Бакунин М.А. Политика Интернационала. // Хлеб и Воля. Статьи из газеты «Хлеб и Воля». Б.м. Б.г. С. 261.
35 Раевский М. Анархо-синдикализм и «критический синдикализм». Нью-Йорк. 1919. С. 4. В книгу вошли работы М. Раевского «О революционном синдикализме» и «Анархо-синдикализм и критический синдикализм». В 1915 – 1916 гг. эти работы были изданы без обозначения имени автора в газете «Голос труда». Работу «О революционном синдикализме» см.: Голос труда. № 45. 23 июля 1915 г. Год V. С. 2; Голос труда. № 46. 30 июля 1915 г. Год V. С. 2. Работу «Анархо-синдикализм и “критический синдикализм”» см.: Голос труда. № 61. 19 ноября 1915 г. Год V.С. 2; Голос труда. № 63. 3 декабря 1915 г. Год V. С. 2; Голос труда. № 67. 7 января 1916 г. Год VI. С.2; Голос труда. № 68. 14 января 1916 г. Год VI. С. 2; Голос труда. № 69. 21 января 1916 г. Год VI. С. 2; Голос труда. № 70. 28 января 1916 г. Год VI. С. 2; Голос труда. № 71. 4 февраля 1916 г. Год VI. С. 2; Голос труда. № 72. 11 февраля 1916 г. Год VI. С. 2 – 3; Голос труда. № 74. 25 февраля 1916 г. Год VI. C. 2. Полная идентичность текстов этих статей текстам, изданным в 1919 г. в брошюре М. Раевского, позволяет нам утверждать о том, что автором названных выше статей в «Голосе труда» был Раевский.
36 Раевский М. Анархо-синдикализм и «критический синдикализм». Нью-Йорк. 1919. С. 22.
37 Там же. С. 22 – 24.
38 Там же. С. 48 – 49.
39 Там же. С. 52
40 Раевский М. Всероссийский рабочий съезд и социал-демократия // Буревестник. - №6 – 7. - Сентябрь – октябрь 1907. - С.8.
41 Там же. С.8.
42 Там же. С.8 – 9.
43 Там же. С.9.
44 Там же.
45 Раевский М. Анархо-синдикализм и «критический синдикализм». С. 61.
46 Там же. С. 66 – 67.
47 Там же. С. 6, 67 – 68.
48 Там же. С. 68.
49 См.: Новомирский. Манифест анархистов-коммунистов. Б.м. Б.г.
50 См.: Новомирский. Из программы синдикального анархизма. Б.м. 1907. Новомирский. Что такое анархизм? Б.м. 1907.
51 Новомирский. Из программы синдикального анархизма. С. 190 – 191.
52 Оргеиани К. О рабочих союзах. Лондон. 1907. С. 26.
53 Там же. С. 33, 34.
Ссылки по тематике материала:
- Теория: Пьер Банс, Этьен Дешан «Что такое анархо-синдикализм»
- Теория: Мюррей Букчин «Экология и революционная мысль»
- Мюррей Букчин: “Мы не можем спасти окружающую среду без перестройки общества”
- Теория: Либертарный социализм или экологическая катастрофа?
- Габриэль Кун: анархистские перспективы
- Теория: Анархо-коммунизм «на пальцах»
- Теория: Концепция либертарного коммунизма (Сарагосская программа 1936 г.)
- Теория: Михаил Магид. “Истоки капитализма”
- Рудольф Роккер: «Принципы синдикализма»
- Теория: Наум Хомский “Согласие без согласия: манипуляция общественным мнением”
- Теория: Исаак Пуэнте “Программный очерк либертарного коммунизма
- Теория: Всеволод Волин. Человек и его книга
- Теория: Петр Рябов. “Анархизм: сегодня, здесь, сейчас “
Добавить комментарий