![](https://avtonom.org/sites/default/files/store/styles/large/public/n2mszenn_o.jpg?itok=hdDBS3S0)
В конце июля 2024 г. анархист Алексей Макаров, служащий в ВСУ, поделился с изданием Такку своими мыслями:
Меня зовут Лёша. До войны я жил в Швеции, но приехал в Украину после того, как Россия начала полномасштабное вторжение. Вместе со своими товарищ:ками я хотел развивать анархистскую деятельность, защищать украинский народ и природу, а также укреплять анархистское движение в революционной борьбе. Изначально я присоединился к внепарламентскому левому движению в 2004 году, вступив в российскую организацию, в которую входили различные левые оппозиционные группы. В 2009 году я переехал в Украину. Как анархист, я придерживаюсь традиции анархо-коммунизма и выступаю за организованное анархистское движение.
В начале войны мы общались с Дмитрием Петровым. Он был одним из организаторов антиавторитарного взвода и искал по всему миру товарище:к, готовых участвовать в вооруженной борьбе против российского вторжения, а именно людей с революционными взглядами и желанием влиять на общество. Я отправился в Украину в марте 2022 года. Я был ещё в пути в конце марта, когда положение антиавторитарного взвода в Вооруженных Силах Украины изменилось в связи с организационной реформой армии, и он потерял возможность набирать новых людей.
Я наконец-то добрался до Украины только в июне 2022 года, когда антиавторитарный отряд уже почти полностью прекратил своё существование. Товарищ:ки из него разъезжались по разным родам войск. Однако Дима всё ещё придерживался идеи создания нового анархистского отряда. Я пытался помочь ему в организационной работе. Мы искали часть армии, к которой можно было бы присоединиться, чтобы начать формировать своё подразделение на новом месте. Наконец, группа товарище:к, включая меня и Диму, присоединилась к штурмовому отряду, с которым мы воевали с конца лета до конца зимы. Мы по-прежнему намеревались создать анархистский отряд и пригласить в него других товарищ:ей. Однако нам это не удалось, потому что командиры нашего отделения были против того, чтобы в отряд вступали женщины, а также иностран:ки, не знающие языка. Стало ясно, что создание собственного подразделения в этом подразделении невозможно, и мы начали искать другие варианты.
Критика и самокритика являются неотъемлемой частью революционной деятельности и мышления. Мы должны постоянно оценивать обстановку, пересматривать свои методы, смотреть, что работает, а что нет. Революционная стратегия должна постоянно развиваться, а её реализация - осмысливаться. В 2022 году стратегия, в основном сформулированная Димой, основывалась на идее, что Россия потерпит поражение в войне, и это приведёт к революционной ситуации там и в Беларуси. Если в этих условиях у нас будет организованное анархистское движение и анархистское военное подразделение в Украине как его часть, то мы сможем воспользоваться революционной ситуацией и реализовать наш социальный проект. Я бы сказал, что эта стратегия всё ещё актуальна. Я думаю, что мы всё ещё можем организовать нашу деятельность в соответствии с этой стратегией, но, оценивая ситуацию через призму критики и самокритики, мы, конечно, видим, что в Украине уже два года нет анархического военного подразделения. В разных местах в армии есть анархист:ки в небольших группах и индивидуально, которые по разным причинам не смогли организоваться в единую силу. Кроме того, глядя на ход войны, уже нет уверенности, что Россия столкнётся с такими потерями, которые бы привели к революционной ситуации. Вообще, революционная ситуация как таковая всё ещё может возникнуть, но этот процесс значительно замедлился. Конечно, новая ситуация требует новых подходов, обновления стратегии и тактики. Например, может оказаться целесообразным вернуться к экономической борьбе, вновь привлечь внимание к несправедливости, порождённой капиталистической системой, рассмотреть современные перспективы забастовок и других методов экономической борьбы. Критика и самокритика должны постоянно практиковаться, нужно не переставать искать новые пути.
В начале 2023 года мы покинули подразделение, в котором воевали как добровольцы, а значит, могли уйти в любой момент. Я уехал в Швецию, потому что наш совместный план предусматривал, что я буду какое-то время вести деятельность там. Дима же, как и договаривались, начал искать возможности для воссоздания анархистской военной структуры. Вскоре такая возможность открылась. Дима собрал группу из нескольких товарищей, и они присоединились к подразделению, где им предложили возможность создания своего собственного медиа-ресурса при условии, что они сначала примут участие в бою и тем самым продемонстрируют свою готовность к военным действиям. Им обещали, что после этого они смогут создать своё подразделение с правом приглашать в него людей. К сожалению, Дима и ещё двое товарищей погибли во время своего первого выезда в битве за Бахмут 19 апреля 2023 года.
Если мы серьёзно относимся к революционной борьбе, я считаю, что мы должны продолжать дело, которое не смогли завершить наши погибшие товарищ:ки. Поэтому я воспринял как должное возвращение в Украину и попытку продолжить дело Димы. Я вернулся сюда в июне 2023 года. Мы наладили связи между отдельными товарищ:ками, но нам не удалось создать свой собственный отряд, потому что в данный момент это невозможно из-за армейской бюрократии, а также по другим причинам. Сам я в настоящее время служу в украинской армии в качестве обычного солдата, то есть уже не в качестве добровольца. Я был ранен в ноябре прошлого года и в марте этого года и собираюсь пробыть некоторое время в Швеции на лечение, потому что мои ранения довольно серьёзные. У меня сложный перелом запястья, пришлось делать пересадку косной ткани ребра в руку. Прежде всего, для выздоровления необходимо время, и я намерен использовать его, участвуя в международной анархистской борьбе в Европе.
Как известно, после начала войны Финляндия и страна моего проживания Швеция, с сообществом которой у меня тесные связи, вступили в НАТО. Конечно, я считаю это негативным событием как для нашего движения, так и для обществ этих стран. Анархист:ки должны выступать против НАТО, во-первых, потому что это, конечно, империалистическая военная организация. Во-вторых, это вопрос солидарности. Процесс вступления Финляндии и Швеции в НАТО включал в себя множество соглашений с империалистическим государством Турцией. Турция всеми силами пытается подавить самый успешный революционный проект нашего времени - курдскую революцию и самоуправление в Рожаве. Если мы согласимся на вступление в НАТО, мы предадим наших товарище:к в Курдистане. Как революционное движение мы не можем быть сторонниками НАТО, и уж тем более не можем поддерживать вступление в него Украины или любой другой страны. Сближение Украины с западным империалистическим блоком также представляет угрозу для трудящихся Украины, потому что сближение приведет к усилению эксплуатации трудящихся. Сближение украинского политического руководства с Турцией было бы вредным во всех отношениях. Расширение НАТО, конечно, вредно для мирового революционного движения. Хотя мы сейчас защищаемся в том числе НАТОвским оружием от российского империализма, мы ни в коем случае не можем симпатизировать западному империалистическому блоку, в который входит и государство, возглавляемое Эрдоганом.
Что касается русофобии в Украине, то я бы сказал, что это скорее культурное, чем политическое явление. Темы про одинаковость всех русских или про то, что "хороший русский - это тот, которого не видно в тепловизор", продвигаются в основном деятелями культурного сектора, у которых имеются в этом материальные интересы. Даже после 2014 года, Майдана и начала войны, продукция российской культуры и индустрии развлечений играла и продолжает играть значительную роль на украинском рынке. С точки зрения украинской культурной продукции это невыгодно. Запрет русского языка и культуры, вероятно, в большей степени является делом рук культурной элиты, чем политической, хотя и политиков тоже. Украинская массовая развлекательная и культурная продукция по популярности не достигла уровня российской продукции в Украине. Например, зимой в России был показан новый сериал о преступной группировке из Казани 1980-х годов. Мне кажется, его смотрела вся Украина. Он был очень популярен. Несколько культурных лидеров, а также политиков в Украине публично осудили его просмотр, указывая на войну и империалистические нарративы в сериале. Несмотря ни на что, его смотрели. Поэтому мне кажется, что ненависть к русскому народу, презрение ко всему русскому и русскоязычному разжигают именно деятели культурной индустрии, руководствуясь собственными материальными интересами. В обществе ситуация иная. Кроме того, значительная часть украинской армии - русскоязычная. Бывшая депутатка и филологиня Ирина Фарион, недавно убитая во Львове, из-за своей громкой и ультранационалистической деятельности против русского языка считалась фриком, и под давлением общественности была выгнана из Львовского университета.
С другой стороны, в Украине создание национального государства и проект национального строительства, конечно, присутствуют. Украина не была национальным государством до 1991 года, когда несколько стран, отделившихся от Советского Союза, начали процесс создания собственных государств. В Украине продолжается создание национального государства, и мы, как анархист:ки, без сомнения, относимся к этому негативно. На территории Украины реализуется и другой проект создания национального государства - колониальный российский проект. Взгляды, согласно которым украинский язык — это не язык, а украинского народа не существует, и согласно которым Украина должна оставаться под контролем России, усердно распространялись и оказывали большое влияние на общество через бизнес и определенную часть украинской политической элиты. Значительная часть политической элиты была настроена пророссийски, по крайней мере, до 2013 года. На территории Украины происходит конкуренция между украинским проектом национального государства и российским колониальным проектом. Оба проекта неприемлемы с анархистской точки зрения, поскольку и империя, и национальное государство являются инструментами порабощения, эксплуатации, репрессий и несправедливости. Поэтому, конечно, мы должны выступать против обоих.
В истории Украины уже были проекты строительства национального государства. Во время гражданской войны или войны за независимость Украины, в которой участвовали различные левые и правые формации, была основана, в частности, Украинская Народная Республика. Однако по результатам войны 1921 года территория современной Украины была разделена между Польшей и Советским Союзом, и проект национального государства на время прекратился. В 1991 году было выполнено одно из условий формирования национального государства - появление национальной элиты. В данном случае она была создана партийным аппаратом. В последние годы существования Советского Союза проекты национального государства уже осуществлялись во всех советских республиках. Когда Украина стала независимой, местная партийная элита была готова и возглавила проект национального государства. Была и бюрократия, которую можно было принять в качестве национальной государственной бюрократии Украины. Становление советского партийного руководства и местных советских бюрократов в качестве глав независимого государства произошло в Украине так же, как и во многих других бывших советских республиках в 1991 году. На смену империалистическому и колониальному проекту пришел проект национального государства. Как уже говорилось, анархист:ки, разумеется, выступают против обоих.
На вопрос о том, что, по моему мнению, должны сейчас делать товарищ:ки в Западной Европе, я бы сказал, что это зависит от местных условий. В Швеции, например, есть всего несколько коллективов, которые определяют себя именно как анархистские. Динамика движения там переменчива. В своё время в Швеции были сильные левые группы, которые вели активную антифашистскую борьбу, например, Революционный фронт, который распался под давлением репрессий. На Западе государства также подавляют революционную деятельность. Многие участники Революционного фронта получили тюремные сроки, в основном за нападения на ультраправых. В Швеции также возникло мощное движение солидарности в поддержку революции в Рожаве. В общем, в Швеции силы групп левого движения в целом значительно различаются. Конечно, и в Швеции анархист:ки должны стремиться к как можно более сильному движению, которое будет организованным и готовым к принятию исторических вызовов.
Маловероятно, что война приведёт к полному поражению Украины. Ранее были надежды, что она приведет к военной победе Украины. Сейчас уже нет той уверенности в победе, но, похоже, Украина как минимум не проиграет войну полностью. Возможно, война является принудительным фактором в создании украинского национального государства и искусственного объединения верхних слоев общества.
Что касается поддержки Украины западными товарищами, я думаю, что люди должны подходить к этому вопросу с учётом того, что у нас есть товарищ:ки, находящиеся в очень трудной ситуации. Как движение, мы должны проявлять солидарность с товарищ:ками, оказавшимися в трудной ситуации. Я думаю, сейчас самое время направить усилия на организационную деятельность, как на Западе, так и в Украине. Есть "Коллективы Солидарности" - хорошая организация и волонтерская сеть, чья деятельность, помимо гуманитарной помощи, направлена именно на организацию движения. С "Коллективами Солидарности" можно связаться напрямую.
Помимо украинцев, русских и белорусов, в антиавторитарном взводе были и западные товарищ:ки. Некоторые из них имели военный опыт и в Курдистане. Были и те, которые не знали русского и украинского языков и могли общаться только на английском. Языковые проблемы решались коллективно и преодолевались на поле боя. Харрис и Чия, товарищи, которые погибли вместе с Димой, были в Украине уже какое-то время. Чия, который также был в Курдистане, участвовал в Коллективах Солидарности, а Харрис воевал в Интернациональном легионе - который не был анархистским или антиавторитарным подразделением - до того, как присоединился к новому проекту Димы. В настоящее время в Украине нет анархистского военного подразделения, в которое можно было бы вступить. Если кто-то рассматривает возможность присоединения вооруженной защите Украины, это, конечно, морально оправдано в том смысле, что украинский народ должен быть защищен от агрессора. Если вы хотите вступить, то сначала стоит связаться с местными товарищ:ками. Однако лично я не стал бы приглашать товарище:к вступать в украинскую армию сейчас, когда у нас нет своего подразделения, в рамках которого мы могли бы добиваться своих целей. Если его удастся создать, ситуация изменится, и тогда, конечно, было бы здорово, если бы товарищ:ки с Запада тоже присоединились к нам. Сейчас, однако, я думаю, действительно настало время направить наши усилия на формирование единого, организованного анархистского движения повсюду.
Добавить комментарий