Петр Рябов: "Анархизм: сегодня, здесь, сейчас "

Хочу сразу объяснить: в качестве кого и о чём я хочу говорить сегодня. Я много лет занимаюсь изучением истории и философии анархизма . Но, прежде всего, я сам – анархист. Анархизм – моё мировоззрение. Я более 20 лет участвую в анархическом движении, поскольку для меня «вера без дел мертва есть», как сказано в Евангелии. И сейчас я буду говорить не столько как исследователь анархизма, сколько как его последователь, для которого анархизм – не просто музейный экспонат, подлежащий некой инвентаризации, а символ веры.

Но вера не должна быть слепой. И мне важно понять, разобраться – чем он, анархизм, для меня, для нас является сегодня, кроме красивого слова и предмета исторического изучения. Почему он так маргинален и малоизвестен сегодня, и лишь события, подобные греческим (декабря 2008 года), делают его скандально известным, помещая в центр общественного внимания? Можно много говорить о заслугах анархизма в истории, философии, культуре, его выдающихся достижениях. Но что сегодня? Каковы сегодня, в нынешнем мире социальные и человеческие, экзистенциальные условия, которые способствуют или, напротив, мешают развитию анархизма?

 Значит, придётся говорить и о человеческой природе, и о современном обществе, и о человеческой ситуации в современном мире. Разумеется, всё это я затрону довольно декларативно: лишь намечу некоторые вопросы и болевые точки и выскажу некоторые свои предположения.

Мой доклад – набор вопросов и приглашение к разговору, не более. Но и это уже немало. Тематически и логически это моё выступление – попытка, размышляя об анархизме, связать социальную и экзистенциальную проблематику. Мой доклад будет, скорее, субъективно-исповедальным набором своих вопросов, чем объективистски-историческим набором чужих ответов.

II

Анархические мыслители всегда подчёркивали, что анархизм – не выдумка кабинетных доктринёров, не готовая законченная концепция и догма: анархия родится из самой стихии Жизни, из стремления людей к свободе, из инстинкта самоосвобождения, «святого чувства бунта» (по Бакунину ) или (по Кропоткину) – из спонтанного природного творчества и живой ткани социальности.

Пока сохраняются остатки социальности в атомизированном и конкурентом обществе, пока сочувствие и солидарность не совсем ушли из культуры, пока хоть кто-то бунтует против несвободы – анархизм ещё жив. (И, замечу, сама эта наша конференция, – «Прямухинские чтения» – то, как она организована: без вмешательства власти и бизнеса, по личному бескорыстному почину нескольких человек, сумевших договориться и объединить свои усилия, – это скромный, но зато реальный пример жизненности самоуправления и анархизма).

Анархисты же лишь подмечают эту тенденцию, оформляют, осмысливают и развивают её. Но понятие об анархизме и анархии многозначно и запутано. Как всем известно, многие люди очень часто являются «стихийными анархистами», даже не зная об этом (как господин Журден у Мольера говорил прозой, не подозревая об этом). И, напротив, некоторые из тех, кто именует себя анархистами, таковыми на деле не являются. Всякий «изм» несёт в себе опасность вырождения в партийную догму, идеологию, истеблишмент, – и это позволило Бобу Блэку даже провокативно назвать «анархизм» «препятствием на пути к анархии» .

Думаю, со сказанным согласятся все. Но встаёт вопрос: кто определяет – кого считать, а кого не считать истинными анархистами, кого удостаивать этого звания, а кого от него отлучать? Как соотносятся движение, именующее себя «анархическим», и стихийная анархия, вырастающая из человеческой природы и социальности?

Где те инстанции и критерии, которые помогут в этом разобраться? (Я уж не буду уходить в дебри различных бесконечных приставок и эпитетов к слову анархизм: анархо-индивидуализм , анархо-коммунизм, анархо-феминизм , анархо-экологизм и прочие – в их сложном соотношении друг с другом).

Понятно, что анархизм широк и по своему духу непартиен и недогматичен, не имеет своих священных коров и священных писаний, как у марксистов. Но где границы этой широты, за которыми исчезает всякая качественная определённость?

Я хотел бы привести здесь замечательное, по-своему, стихотворение поэта Саши Чёрного «Анархист», написанное сто лет назад, в 1910 году. Вот оно:

Жил на свете анархист,
Красил бороду и щёки,
Ездил к немке в Териоки
И при этом был садист.

Вдоль затылка жались складки
На багровой полосе.
Ел за двух, носил перчатки –
Словом, делал то, что все.

Раз на вечере попович,
Молодой идеалист,
Вопрошает: «Пётр Петрович,
Отчего вы анархист?»

Пётр Петрович поднял брови
И багровый, как бурак,
Оборвал на полуслове:
«Вы невежа и дурак».


Всякому анархисту следовало бы задуматься над этим стихотворением.

III

Проще начать с апофатического разбора: чем анархизм не является, а потом попытаться понять – чем же он всё-таки является. (Апофатическое богословие – учение, позволяющее определить Бога от противного, через то, чем он не является). Ещё раз подчеркну, что сегодня моя цель – не схоластическое копание в терминологии, а попытка живой мысли по существу дела на тему: откуда может расти и как существовать анархизм сегодня, в нас, вокруг нас.

Итак, думаю, во-первых, для всех нас очевидно, что анархия – это не хаос, не беспорядок. Это свободная и творческая упорядоченность, спонтанная упорядоченность, самоорганизованная упорядоченность, – но упорядоченность.

Это, во-вторых, не только и не столько «музейный экспонат» и коллекция каких-то славных, но ушедших имён, учений, восстаний, движений, подлежащих сдаче в архив к изучению историками. Всё это есть, но нас, как живых, сегодняшних анархистов, не может устраивать музеефикация анархизма.

Мы как раз и пытаемся найти в нём нечто – живое, непреходящее, не умирающее, настоящее (даже если это настоящее – в прошлом). Вот пару лет назад студенты-анархисты во Франции, бунтуя и протестуя против политики властей, захватывали университеты и писали на стенах: «Читайте Бакунина!» То есть для них он – современник, и для меня тоже. Мертвящий гнёт традиции несовместим с духом анархизма.

В-третьих, анархизм для меня – это не просто красивая фраза и поза, модный брэнд, футболка или сумка с буквой «А» в круге , хорошо продающаяся. Коммерциализация, «опопсовление», как и музеефикация, – ещё один из способов Системы умертвить, кастрировать анархизм, сделать его бесполезным, беспомощным, безмозглым, безвредным.

В-четвёртых, анархизм для меня – это не «идеология» (то есть, говоря словами Карла Маркса и Карла Мангейма, – «ложное сознание», партийная политическая доктрина, знающая все ответы на все вопросы и помогающая манипулировать людьми). Конечно же, анархизм в реальности сплошь и рядом оказывается всем этим – то есть и хаосом, и музейным экспонатом, и модным брэндом, и идеологическим конструктом… Но тут – как в известном анекдоте про Армянское Радио. Его спросили: правда ли, что Пётр Ильич Чайковский был гомосексуалистом? И оно ответило: «Правда, но не только за это мы любим уважаемого Петра Ильича».

Также и с анархизмом. Потому на нём и могут паразитировать дельцы, идеологи, от его огня греться музеефикаторы и торгаши, на его фоне красоваться фразёры и позёры, что в нём – в самом этом слове, его энергетике, пафосе, духе, традиции, людях, идеях – есть нечто живое, настоящее, подлинное, вечное. Если угодно, – мифологическое. (Если под Мифом понимать изначальную смыслопорождающую реальность). Несмотря на все извращения, искажения, вульгаризации, клевету власти, страхи обывателей и убожество многих, слишком многих последователей.

Да, анархизм хорошо продаётся, да, к нему примазываются уголовники, безумцы и бандиты, да, он умертвляется в сотнях схоластических диссертаций и классификаций, подобно диковинному зверю, попавшему в холодные руки зоологов… – но всегда в нём остаётся и что-то сверх этого. Вскользь замечу здесь: Джордж Оруэлл констатировал, что никто не сделал так много для дискредитации социализма, как сами социалисты. Отчасти это относится и к анархизму.

IV

 Вопрос: что такое для нас, анархистов, анархизм, почему, с одной стороны, мы себя так называем, с другой – почему он так малозаметен, так неизвестен в современном Апокалиптическом мире, бьющемся в тисках бессмыслицы, гнилого постмодернизма, государственного патернализма, технократизма, дегуманизации, экологической катастрофы? Иначе говоря, этот вопрос – хороший повод понять самих себя и окружающий нас мир. Мир, в котором господствует подчинение, а не самоуправление, потребление, а не творчество, иерархия, а не равенство, конкуренция, а не солидарность.

Одно ключевое слово – «Утопия». (...) Утопия – это мечта, стремление изменить мир, сделать его человечнее, попытаться взять свою судьбу в свои руки. Анархист – это, прежде всего, «человек мечтающий», а не «хомо экономикус» либералов и марксистов и даже не «хомо сапиенс». Радикальный антиутопизм – это главная катастрофа современного человека, чересчур конформистского и прагматичного, бескрыло расчётливого и пошло суетливого.

Когда-то, лет этак десять назад, я высказал несколько провокативный тезис, вызвавший бурные дискуссии среди анархистов: «Анархия – невозможна, анархизм – вечен!» Я хотел этим подчеркнуть то, что «Анархия» – как идеал, мечта, утопия, вектор, вечный горизонт движения, конечно, в полной мере неосуществима, но в высшей степени плодотворна и притягательна для человека, как северный полюс притягателен для магнитной стрелки, а анархизм как личное исповедание, мировоззрение и социальное движение – есть вечное стремление к этому горизонту, борьба за эту мечту, утверждение этих ценностей.

Я и сейчас полагаю, что «анархизм» как «-изм», как «партийная идеология» – детище эпохи модерна (с безграничной и слепой верой в прогресс, науку, технику, в анархию как конечный пункт назначения для человечества) – провалился. Но анархизм – как вечное стремление людей к свободе личности, как бунтарство, движение людей к самоорганизации, самоосвобождению, как синоним широкого мировоззрения, предлагающего альтернативу существующим ценностям, этичного и осознанного, – этот анархизм вечен и актуален.

И всё же, снова вернусь к анархизму как радикально утопическому мировоззрению. Спросить: «Что есть анархизм сегодня, здесь, сейчас?» – значит спросить: что в нас, людях осталось от мечты, спонтанности, бунта, вдохновения, человечности, свободы? Можем ли мы ещё сегодня услышать друг друга и зов свободы в себе самих? По мере распада социальности под катком капитализма и тоталитаризма , на передний план в анархизме выходит личностное, экзистенциальное начало. «Мы» может отныне родиться только из осознавшего себя «Я» – по формуле Камю: «Я бунтую, следовательно, Мы существуем!» Сегодня нет общества, к которому можно апеллировать.

«Атомизация» и означает предельную степень как взаимной отчуждённости, так и внутреннего конформизма и бессилия. И точкой отсчёта для анархизма сегодня, как никогда прежде, становится личность. Он сегодня всё меньше – социальное учение и всё больше – личное исповедание, тотальная критика культуры и набор жизненных практик. Нет общины, как сто лет назад, нет большой семьи, клана, цеха; даже малая семья – в руинах, даже соседей по лестничной клетке мы не знаем или боимся. Социальность ныне надо строить с нуля, с ничтожных малых групп друзей («аффинити-групп») и с субкультур.

V

Итак, для меня анархизм есть, в первую очередь, личностное мировоззрение (радикально ставящее под вопрос всю сегодняшнюю цивилизацию и предлагающее иные смыслы, ценности и ориентиры), во-вторых, вытекающая из него социальная Утопия и, в-третьих, воплощающее эту Утопию социальное движение, субкультура, стремящаяся стать просто культурой, выходящая за рамки модерна, отвечающая на вызовы современности, собирающая фрагменты утопии воедино, развивающая либертарные дискурсы, социальные и индивидуальные освободительные практики.

Можно констатировать: да, сейчас невозможна победа добра и свободы, человечество летит к чёрту, – и я склонен к такой, крайне пессимистической оценке ситуации. Но означает ли это, что свобода утрачивает свою ценность, что зло перестаёт быть злом, получает оправдание, означает ли это, что его не надо называть злом, надо в нём соучаствовать, не надо ему противостоять?

Да, центр тяжести анархизма ныне переносится из сферы социального прогрессистского фатализма à la Кропоткин – в личностно-экзистенциальную плоскость (но: из «Я бунтую» вытекает: «Мы существуем», из творчества растёт со-творчество, из бытия – со-бытие!).

И тут наш главный враг – мещанство, конформизм, бескрылость, отказ от заветной мечты и самостоятельной мысли, от романтизма и идеализма. Говорят: «Абсолютная свобода невозможна». Любят цитировать Ленина: «Нельзя жить в обществе и быть свободным от общества». Допустим. Но из этой констатации можно сделать различные, противоположные выводы.

Можно стремиться, жаждать этой абсолютной свободы, задыхаться без неё (как «Парус» Лермонтова неразумно стремится вдаль неизвестно зачем, себе на погибель – просто ему тесно в уютной гавани), раздвигать человеческие горизонты, крушить стены и срывать оковы. А можно бежать от неё, по Эриху Фромму, совершать «бегство от свободы» и набрасываться на любого, кто к ней стремится, как на опасного утописта и беспокойного смутьяна.

Я могу повторить вслед за Алексеем Боровым : для меня анархизм – есть «философия пробудившейся личности» и «романтическое учение с реалистической тактикой». Анархизм призван реабилитировать мечту. А значит – надо отбросить суету и деловитость и преодолеть гипноз «реальности». Мечта не может быть на 100% конкретной, реализуемой, иначе это не мечта. Мечта всегда трансцендентна миру. Утопия – значит: «не имеющее места», «не обременённое местом», не материальное, то есть «идеальное».

Например, если девушка мечтает о Принце на корабле с Алыми Парусами (как у Грина) – это Мечта. А если она мечтает выйти замуж за миллионера и купить двухэтажную виллу на Канарах – это уже не мечта. Нужно уметь трезво оценивать реальность, но уметь внести в неё идеал. Приземлённость, конкретность убивают мечту. (Именно потому и «Анархия невозможна», что она – Мечта).

Но отказ от мечты убивает человека, порабощает его «реальности», лишает его жизнь смысла, превращает его из субъекта и личности в объект, в пассивную жертву, в пушечное мясо в руках чуждых анонимных сил. Это же так унизительно: быть слепой игрушкой даже не в руках персонифицированных злодеев, а в руках каких-то абсолютно безликих, бездушных и бесчеловечных сил, к которым даже нельзя апеллировать и предъявлять претензии (как раньше богоборцы предъявляли претензии к своему Богу).

Вот сейчас все говорят: «Кризис». Какой кризис? Кризис экономический, но, как нас учат и либералы, и марксисты, экономика, якобы, лежит в основе всего современного общества. Значит, экономический кризис – кризис тотальный, фундаментальный, всеобъемлющий, анонимный, безжалостный, как Судьба в трагедиях моих любимых эллинов. Кризис без альтернативы – это катастрофа и гибель. Поэтому мечта, утопия, реабилитация романтизма и разрыва со status quo, предлагаемые анархизмом, – это нечто в высшей степени реалистическое, практичное и необходимое, вопрос физического и метафизического выживания.

Анархизм не гарантирует ни молочных рек с кисельными берегами, ни даже стопроцентного успеха. Но он гарантирует осмысленность и человечность существования – по формуле Булата Окуджавы:

Может, и не будешь победителем,
Но зато умрёшь, как человек.

По мне, анархисты, осознанно рискующие жизнью и здоровьем в борьбе с фашизмом, военщиной, государством, – выбирают во сто раз более достойный путь, чем тысячи людей, посылаемых, как бараны, убивать и умирать в Чечню, Ирак, Афганистан, – тысячи людей, которые живут и умирают по приказу, как заводные марионетки, так и не приходя в сознание, так и не став людьми.

VI

 Сейчас мне представляется, что анархизм сегодня так маргинален и фрагментарен (прорываясь то в последних куцых обрывках социальности и коммунитарности, то в разрозненных лихорадочных бунтах отдельных личностей) даже не в силу клеветы со стороны властей и масс-медиа (которая была всегда), и уж, конечно, не в силу его «неактуальности» (разве отчуждение, бюрократия, насилие, милитаризм, эксплуатация исчезли сегодня? – нет, они лишь меняют «кожу»), а именно в силу фундаментальной дегуманизации современного человека, его радикального антиутопизма, отказа от мечты, от достоинства, от утопии, от идеала, в силу его «прививок» от революции, от надежд, признания этого мира единственно возможным, а значит, и приемлемым – пока он ещё совсем не рухнул в Тартарары.

В этом ловушка так называемой «реальной политики» – куда более не только отвратительной, но и фантастической, чем любой «утопизм»: ведь в рамках данного порядка вещей выхода нет, мир обречён, Вызов не принят.

Но вспомним Ницше: «Всё, что меня не убивает, делает меня сильнее». Современный кризис даёт ещё один шанс – выбивая людей из привычной спячки и равновесия, ставя под вопрос Систему и её status quo, пробуждая личность к бунту, вызывая возмущение и стихийные протесты. Однако без осмысления, сочетания разрозненных отчаянных протестов, выработки единого мировоззрения, собирания утопии из кусочков, – эти протесты так могут и угаснуть, не дав плодов. Должна закипеть борьба – не столько в сфере «программ», сколько в сфере идеалов, смыслов и ценностей.

Анархизм – дискредитированный его врагами и его приверженцами, оклеветанный, позабытый, дезориентированный, полупридавленный репрессиями власти и полудобитый всеобщим торжествующим мещанством – всё же растёт, как трава сквозь асфальт, – из экзистенциального протеста оскорблённой личности, из попыток социальной самоорганизации людей, чаще всего и не подозревающих об анархизме, из разочарований в существующем, из попыток выйти за рамки убогой данности и собрать воедино всю критику, все освободительные дискурсы и практики, попытаться нащупать третий путь между Сциллой буржуазной борьбы всех против всех и Харибдой Государственного Левиафана (эту модель ещё Томас Гоббс гениально описал на заре Нового Времени).

Анархизм всё больше перестаёт быть просто социальной доктриной или описанием какого-то «идеального общества будущего» и всё больше становится попыткой ответа на вопрос о смысле жизни. Хотим ли мы жить? Зачем нам это? В условиях Апокалипсиса становится особенно актуален не марксов образ революции, как «локомотива истории», а образ Вальтера Беньямина, сравнивающего революцию со стоп-краном в поезде, несущемся в пропасть.

В современном мире все виды зла и отчуждения глубоко связаны между собой: милитаризм, урбанизм, индустриализм, технократизм, потребительские ценности, патриархат, капитализм, авторитаризм, патриотизм, бюрократизм – и возможна и необходима только их всеобъемлющая бескомпромиссная критика. Их можно уничтожить вместе, разом – или невозможно уничтожить вовсе, ибо из уцелевших голов этой Гидры будут вырастать отрубленные.

Приведу простой пример. В современной России , допустим, какой-нибудь рабочий хочет бороться всего лишь за увеличение зарплаты на 100 рублей, или какая-нибудь общественно активная бабушка хочет бороться против вырубки деревьев под окном. И очень быстро они сталкиваются с этой Системой во всей её красе: суды – против нас, милиция – против нас, мафия – против нас, чиновники – против нас, газеты – против нас.

И эта борьба за деревце под окном и за прибавку к жалованью может стоить рабочему или бабушке здоровья и жизни… Если рассуждать расчётливо, логически и рационально, – ни деревце, ни прибавка к жалованью не стоят жизни человека. И вот тут мы от вопросов материалистических переходим на вопросы метафизические – о смысле жизни.

Когда бунтари 1968 года в Париже вышли на демонстрацию, политики их спросили: «А чего вы хотите?» (И ожидали услышать: «реформ, повышения зарплаты, расширения прав» и пр.) Но те ответили: «Мы хотим жить». Сейчас, в нашем страшном мире фраза: «Будьте реалистами, требуйте невозможного!» становится из красивого парадокса математически точной формулой. Спасение мира, преображение человека представляется невозможным сегодня.

Никаких компромиссов, вариантов: Или-Или, как у Кьеркегора. Как во всяких великих революциях прошлого: сегодня – и больше, чем раньше, – метафизический вопрос о «Воле» неразрывно связан с вопросом о «Земле», вопросы религиозно-метафизические неотделимы от вопросов «шкурных», приземлённых и материальных.

VII

Здесь я хотел бы остановиться напоследок ещё на одном важном вопросе – о природе человека. Раньше анархисты (например, Кропоткин), верили, что человек «по природе» добр и безгрешен, и лишь «испорчен» государством, а консерваторы и либералы верили, что человек «по природе» плох и зол, и без государственного кнута ему не прожить. Мне же близок экзистенциальный взгляд на человека, как на «ещё не ставшее животное» (Ницше), у которого «существование предшествует сущности» (Сартр) и у которого «нет природы, но есть свобода» (Ортега-и-Гассет).

Когда государственники спорят с нами, анархистами, они обвиняют нас в «идеализации» человека. «Человек недостоин свободы, раз он породил государство, войны, эксплуатацию, он должен быть в вечной опеке и на коротком государственном поводке», – говорят либералы, этатисты и другие. «Не судите о человеке, каким он может стать, по тому человеку, каким он является сейчас, – изувеченным государственным воспитанием, военной муштрой, пропагандой, разобщённым и деморализованным властью и церковью», – отвечали Кропоткин и другие.

Ну, допустим, мы, анархисты, «идеализируем человека», не видим в нём тёмных бездн и зверских импульсов. Вполне вероятно. Но лучше «идеализировать» его, чем оскотинивать. По-моему, человек – это бездна, в которой таятся тысячи возможностей. Свобода не гарантирует от бед и зла, но вне свободы невозможно добро. Ещё Штирнер говорил: не спрашивайте, что сделает узник, выпущенный из тюрьмы, что сделает ребёнок, повзрослев.

Мы этого не знаем. Не дело анархизма предписывать и указывать, регламентировать и давать гарантии. Нельзя выстроить всеобщую теорию личности и теорию свободы, ибо само существо свободы и личности состоит в их уникальности, непредсказуемости и недетерминированности. Дело анархизма – освобождать и устранять препятствия, а не строить новые казармы и монополизировать свободу.

И всё же, – давайте посмотрим: к каким сторонам бездонной и бесконечной человеческой натуры апеллируют различные мировоззрения и идейные течения? Какие люди собираются под их знамёна и взращиваются? Националисты и патриоты апеллируют в человеке – к стадности, зверству, нетерпимости, ксенофобии, коллективному эгоизму. Либералы – к холодному расчёту, бухгалтерскому рассудку, высчитывающему выгоды и потери.

Анархизм же стремится пробудить в человеке человека – личное, бунтарское, чувство собственного достоинства, взаимопомощи, солидарности, творчества. И этим анархизм привлекает людей, и это раскрывает в них, неся в себе мощный заряд энергии и подлинности: радикализм, романтизм, революционность. Он взывает к совести – в самом бессовестном, к личности – в самом безликом, к свободе – в самом несвободном человеке, вытаскивая это из людей, соединяя единомышленников, противостоя Апокалипсису.

Собрать расколотый мир воедино, поднять человека с колен, помочь ему обрести свободу, полноту и подлинность жизни, стать человечнее, выйти из космического одиночества, ответить на всеобъемлющий Вызов современности всеобъемлющим утопическим Ответом, утверждающим свободу и как Цель, и как средство, и как Путь, противопоставляющим сущностный Диалог и нетерпимости фашистов, и терпимости либералов. Разве эта Утопия не прекрасна? И разве этот идеал не достоин того, чтобы ради него жить и, может быть, умереть?

Выходные данные: выступление на конференции «Прямухинские чтения – 2009», опубликовано в одноименном сборнике. В оформлении использована графика Ивана Без .

Источник

Комментарии

Хочу выступить по заявленной теме. Я не анархист, но антисистемщик. Меня тоже свобода и добро привлекают, а зло, несправедливость, эксплуатация -- отвращают.

В своих поисках я прошёл через увлечение толстовством, либертарианством. Через тотальное отрицание цивилизации тоже. Но я не клеймлю позором Систему, иерархию, государство, ибо вижу, что нужна их трансформация, но не разрушение во имя анархического утопического невозможного идеала. (Да даже чтобы авторизоваться на сайте автоном.орг надо нажать на кнопку "Войти в систему". Видите, без систем никуда ))))

Принял бы анархизм как верное учение и практику, но вот что мне представляется ложным, противоречивым и попросту неправильным в анархизме:

Во-1, люди разные. Посмотрите на людей, которых вы не выбирали себе в окружение: родители, родственники, соседи, одноклассники и одногруппники, сослуживцы. Кто из них смотрит на мир так же, как вы? Кто из них стремится к тем же целям, что и вы? Почти никто!

Люди живут себе и живут и не помышлюят о бунте. А всё потому, что люди разные!
Это для вас и вам подобным привлекателны идеалы анархизма. Всем остальным привлекательны как раз другие, даже обратные вашим идеалы.

Так что свой бунт и революцию реализуйте в отдельно взятой своей голове или корпорации единомышленников, но не крестите всех в одну веру, не тащите всех в один рай. Ну не хотят все туда, понимаете? ))

Во-2, не вижу никаких непродолимых препятствий для всего того, что вы хотите себе и своим единомышленникам: свободы, творчества, не быть встроенным в иерархию и пр. Для всего этого есть все возможности. Нужно лишь брать и делать, а не болтать, причитать или теоретизировать.

Теперь комментарии к цитатам:

////Мир, в котором господствует подчинение, а не самоуправление, потребление, а не творчество, иерархия, а не равенство, конкуренция, а не солидарность.///


А разве может быть управление без подчинения? Если да, то покажите, постройте такую организацию, где самоуправление было бы без подчинения, без иерархии.

А что, творчество не должно потребляться? Что, нужно творить в стол, чтобы никто не потреблял? Дак зачем же творить, если никто не будет потреблять?

А разве все люди равны по своим талантам, способностсям, росту, весу, убеждениям, опыту, достижениям, предпринятым усилиям? А что плохого в иерархии, если она воздвигнута для увеличения эффективности организации? Покажите успешную анархическую организацию -- нет такой.

Какую вам солидарность подавай? Была в СССР солидарность трудящихся и прочих -- этого вам надо? Опять насильно хотите объединить разных, необъединямемых людей? А не хотите ли вы инфантильного недостижимого чувства единства, неразделенности, которая была у вас в утробе матери (почитайте трансперсональную психологию)? А тот же Фромм разве вам не показывает пути к достижению этого чувства: любовь (см. "Искусство любить")?

////для меня анархизм есть, в первую очередь, личностное мировоззрение (радикально ставящее под вопрос всю сегодняшнюю цивилизацию и предлагающее иные смыслы, ценности и ориентиры)////

Вот тем-то оно и неверно: тем, что отрицает предыдущие достижения. Физика Эйнштейна не опровергает физику Ньютона, а потому она -- верна и работает. А вот теории, изобретающие вечный двигатель, отрицают физику Ньютона, а потому они заведомо ложны.

Так же и вы со своим тотальным отрицанием впадаете в ложь и самообман. Если хотите добра, справедливости, то действуйте дальше, облагораживая существующие институты, а не ломайте, не революционизируйте всё подряд, не оставляя камня на камне.

///означает ли это, что свобода утрачивает свою ценность, что зло перестаёт быть злом, получает оправдание, означает ли это, что его не надо называть злом, надо в нём соучаствовать, не надо ему противостоять///

А вот это апелляция к этическим терминам добра и зла тоже спорна. Что такое добро и зло? Вспомните другую цитату из Ницше: "нет вечного добра и зла, которые были бы даны раз и навсегда". Определения добра и зла меняются. А потому не надо навязывать людям свои моральные ориентиры.

///тысячи людей, которые живут и умирают по приказу, как заводные марионетки, так и не приходя в сознание, так и не став людьми.///

Не надо думать так плохо о людях. У каждого человека есть сознание, есть мысли, есть убеждения.  И то, что они не согласны с вами, не означает, что они спят, а вы - единственный бодрствующий.

Поймите, нет одного правильного образа жизни, одного истинного смысла жизни, одной подлинной природы человека. Человек многообразен.

А в нашем обществе, в 21 веке, вы получили гораздо больше свободы, чем 100 лет назад. Что же вам мешает творить то, что вы хотите? Или вы хотите, чтобы свободу вам принесли на блюдечке с голубой каемочкой и вам уже не нужно было бы тратить силы на преодоление препятствий и сложностей?

///Должна закипеть борьба – не столько в сфере «программ», сколько в сфере идеалов, смыслов и ценностей.///


Вот в том-то и дело, что анархизм -- лишь ребячество, стремление в туманные дали и воздушные замки. Анархизм -- лишь идеал, смысл, ценность, но не что-то реальное. С ним не проживёшь. С ним ничего не построишь. С ним не родишь и не воспитаешь детей. С ним не прокормишься.

Анархизм привлекает молодешь, которая в подростковом возрасте проходит ломку, ищет свои ответы и пр. Привлекает тех, кто хочет бороться. Бороба ради борьбы -- вот что привлекает. Это нормально, если это проходит. Но если это на 20 лет засело в мозгах, то это уже патология, а именно: инфантилизм, задержка в развитии.

///Анархизм же стремится пробудить в человеке человека – личное, бунтарское, чувство собственного достоинства, взаимопомощи, солидарности, творчества. И этим анархизм привлекает людей, и это раскрывает в них, неся в себе мощный заряд энергии и подлинности: радикализм, романтизм, революционность.///

Постоянно бунтовать и жить при революциии? Что это за общество было бы? Как оно могло бы обеспечить своё выживание (еду, одежду, жилье)?

И о каком творчестве вы всё время говорите? Кто и что вам, творцу, мешает? Или вы опять ждете, чтобы все люди и государство создало вам самые благоприятные условия, обеспечило материально, дало досуг?

Голосов пока нет
http://marsel-izkazani.livejournal.com Сторонник демократического социально ответственного правового государства. Если анархизм, то анархо-коммунизм Кропоткина.

    Стало быть, продолжим старую дискуссию в этой теме. Тут и комментить можно много, потому что никакого оффтопа не будет.

    Для начала отвечу на возражение, связанное с тезисом "люди разные". В статье было удачное сравнение, что революция - не "локомотив, везущий в рай", а "стоп-кран на поезде, несущемся к пропасти". А отсюда весь пафос о том, что анархи кого-то загоняют в какое-то светлое будущее, в корне неуместен. Поясню еще одним примером. Я хочу, чтобы мои дети не жили в кислородных масках на полубезжизненной планете. У меня два выхода - либо не способствовать появлению детей, либо же унитожить всё то, что ведёт к экологической катастрофе. Постановление Правительства РФ №1 от 13.01.2010 рарешило сливать отходы в хранилище пресной воды - в озеро Байкал. Внизу колонки справа есть ссылка на материал, как Роснедра хотят угробить Анапу. Были статьи об Утрише, об Югыд-Ва и еще много о чём. В других государствах правительства относятся к природе не лучше (некогда всё перечислять). Вывод - в таком случае, неизбежна борьба с государством. Я не знаю, чем она кончится. Эта борьба - как ящик Пандоры. Но, если оставить всё как есть, то тогда заведомо будет поражение и человечество погибнет. А другие люди, и впрямь, могут не захотеть делать то, что захочу я. Онако пусть тогда они делают то, что им хочется, - с их стороны это будет очень анархично. И пока они не вредят ни мне, ни будущим поколениям, ни природе в целом, я не буду ничего иметь против.

        Второе общее возражение нелепое. И я уже отвечал Вам на него. Государство мешает жить. Примеры этого, которые я называл: закрытие сквотов и гигов, повышенный интерес центров "Э" к политизированным неформалам, массовые аресты на антифа-концертах. А теперь про обычных людей и то, как государство и капитал навязывают им свои представления о мире. Ведь всем же нужно образование?. А на любом факультете обязательно есть что-нибудь из списка: философия (где Платон и его этатизм плюс почвенники плюс куча мыслителей-патриотов), культурология (где в большнинстве случаев навязывают патриотизм в оболочке узколобой политкорректности), социология (предмет, нужный лишь фирмачам и пиарщикам), психология (которую тоже читают специфическим образом), история отечества (патриотизм в зашкаливающих количествах) и еще какие-нибудь в том же духе. Я понимаю, что иногда попадаются вменяемые  преподаватели, но их крайне мало, а остальные толкают ровно по программе, написанной министерством образования. Также есть такой предмет как английский,  по которому я не видел ни одного современного учебника, не представлящего собой квинтессенцию поп-культуры, потреблядства и идеалов капитализма.

     Ну и о ваших цитатах из статьи. Отвечать на них мне некогда. Может, отпишусь потом, благо мыслей по сабжу много. А пока общее замечание - единственное, что можно "доказать", пользуясь форматом "цитата-ответ" - так это то, что "автор - козёл". Для ведения полноценных дискуссий на сложные темы этот формат непригоден. В любом хоть сколько-нибудь длинном тексте есть либо спорные места, либо открытые вопросы, либо места, где автор спешил и скомкал мысли, либо же места, где автор не мог представить, что его поймут иным образом. Да, всегда можно встрять и потыкать в наименее убедительные фразы. Но какой смысл в этом? Нужно обращать внимание на идеи, а не на слова. Интересны лишь возражения по существу (вот как первые два ваших замечания).

 

Голосов пока нет

Спасибо.

1) Давайте не будем говорить "нелепое возражение", чтобы не провоцировать ответную ругань.

2) О загрязнении Байкала наслышан. И не поддерживаю. Раз это вас заботит, то боритесь с этим. Разрушить государство -- невозможно!

3) Центр "Э" можно понять: потуги разрушить конституционный строй -- это преступление.

4) В ответах с цитирование не "наезжал" на автора, а как раз выдвигал свою критику анархизма.

5) Ничего не вижу плохого в патриотизме. Патриотизм -- это любовь к Отечеству, а не государству. Если вы отрицаете патриотизм, то будьте готовы, что вашу страну завоюют.

6) Если вам претит масс-культура, то не потребляйте и воссоздавайте ее. Езжайте в азиатскую или африканскую страну. Или просто в деревню. Там потребифилиса миниумум. Такая критика всей цивилизации, всего образования -- неконструктивна. Напрасная трата сил и молодости. Лучше найдите созидательный путь своей жизни и идите по нему, чем критиковать и ломать создаваемое другими.

 

 

 

 

Голосов пока нет
http://marsel-izkazani.livejournal.com Сторонник демократического социально ответственного правового государства. Если анархизм, то анархо-коммунизм Кропоткина.

Вот только о одном из самых важных мотивов революционного анархизма не упомянули - о классовом самосознании и классовой борьбе. Без этой четкой самоидентификации анархиста - вся борьба становится малоотличимой от обычной общедемократической либеральной риторики, разве что совмещенной с противогосударственной риторикой. За кого ты - за бедных или богатых? За средний класс или рабочих? И кто ты сам? Всего лишь начинающий жизнь студент или школьник, бунтующий против богатых родителей. Или тот же студент, перебивающийся на подработках и каждый день видящий тяжелую рабочую жизнь своих родных-работяг. Впитывающий ненависть к элите и буржуа с бедного детства. И который взрослея понимает что миллионером ему не стать, не заработать миллионы на квартиру для семьи. Жить на зарплату. Когда денег будет хватать только на еду, одежду и съем комнаты. Классовое самосознание - вот самый серьезный мотив стать анархистом. А не красивые рассуждения про счастливое будущее без государства и эксплуатации. Больше социальной зрелости, больше защиты своих классовых интересов. Больше социальной ненависти. Холодной и ждущей своего часа "Ч"...
Голосов пока нет

"Классовое самосознание - вот самый серьезный мотив стать анархистом. А не красивые рассуждения про счастливое будущее без государства и эксплуатации"

Вот это мне понятно. И близко, ибо я не миллионер и родился в семье служащих.

С той лишь оговоркой, что общества без классов не бывает. Во-2, классовое общество возможно без классовой ненависти и классовой борьбы (см. Вышеславцев Б.П.), если обеспечить справедливое распределение доходов (не абслютно равное, но такое, чтобы доходы богатых не отличались от доходов бедных на порядки):

«Что-то другое скрывается за этим неудачным выражением «бесклассового общества», а именно вот что: общество без классовой борьбы. Все недоразумение состояло в том, что уничтожение классовой борьбы Маркс не мыслил иначе как посредством уничтожения классов. На самом деле, однако, классы и сословия могут и должны оставаться, а борьба между ними может и должна прекратиться, ибо существует не только борьба классов, но и гармоническое сотрудничество классов. Тезису «Коммунистического манифеста»: «вся история есть история борьбы классов» можно противопоставить антитезис: «вся история есть история сотрудничества классов». Оба истинны, но антитезис перевешивает в своей истинности и в своей ценности, ибо только при взаимовосполняющем разделении труда, при «сотрудничестве» возможно производить и создавать что-либо; если вся энергия направлена на взаимную борьбу, то всякое производство прекращается, происходит «забастовка». Вышеславцев Б.П. Философская нищета марксизма (1957)»

И, по-моему, анархзм в этой борьбе за достойные доходы и условия жизни не поможет. Ибо он предлагает лишь бунт, восстание, а они чреваты посадками, ужесточением режима, мародерством, убийствами невинных и пр., но собственно к цели не ведут.

Чтобы бороться за права трудящихся, нужно об'единиться в независмые профсоюзы, ибо в единстве сила! Устраивать забастовки. Подавать иски в суды на задержку зарплаты, на плохие условия труда. Писать жалобы в госорганы.

И чтобы не быть зависимым от работодателя, надо иметь запас денег на год-два жизни, не брать кредиты.

 

 

Голосов пока нет
http://marsel-izkazani.livejournal.com Сторонник демократического социально ответственного правового государства. Если анархизм, то анархо-коммунизм Кропоткина.

      Марсель, есть такая замечательная народная мудрость: "Не говори, что мне делать, и я тогда не скажу, куда тебе пойти". И вторая народная мудрость: "Ругани бояться - в Интернет не выходить".

        Называть вещи своими именами полезно. Ваш предыдущий пост абсолютно провокационен. Ну взять хотя бы пункт 5). Не верю, что вы не знаете, что анархисты являются космополитами и интернационалистами, а поэтому, в идеале, стремятся к упразднению всех государств. Если же государств не будет, то и завоевывать какой-то там кусок территории будет некому. Так сказать, на всей планете будет одна большая Мировая Коммуна. Утопия? "Но ведь только утопии стоят того, чтобы их осуществлять". А еще Рябов, выступление которого мы здесь обсуждаем, как-то сказал: "Нет более фантастической и нелепой утопии, чем пытаться навсегда оставить мир таким, какой он есть". Всё постоянно меняется. И, я уже это писал в другой теме, нельзя использовать как аргумент против чего бы то ни было отсылки к тому, что это невозможно/неосуществимо/недостижимо. Чтобы доказать эти отсылки, нужно показать тупиковость и непригодность всех путей к этому, а еще доказать, что  это, действительно, все возможные варианты. Сделать же такое не удасться, так как для этого нужна "теория всего", которой нет (напрашивающееся софистическое возражение против этого рассуждения просьба держать при себе, ибо в нём демагогия и логическая подстава).

         И последнее. Почему это я должен ехать в Африку или Азию, если здесь эшники внаглую фабрикуют дела, а государство и буржуи насаживают потреблядство и отупляющие идеологии? В странах "третьего мира" то же самое. Да, там нет "потребительского рая", но непосредственно система товарного фетишизма есть везде. Капитализм уже давно вырос вширь до размеров всей планеты и от его губительного воздействия нет свободных уголков (необитаемые острова и т.п. не в счёт - если понадобится буржуям, так мигом и туда доберутся). Выход напрашивается сам собой - упразднить капитализм, а не страдать безобидным эскапизмом.

 

Голосов пока нет

       Я, конечно, согласен с высказыванием: "Классовая борьба без анархизма - очередной путь в совок; анархизм без классовой борьбы - усилия, потраченные впустую". Да, это так. Но даже Маркс понимал, что есть "класс в себе" (рабочие как те, кого эксплуатируют), а есть "класс для себя" (рабочие, осознающие общность своих интересов и готовые к солидарной борьбе). На данный момент я не вижу классов для себя. Чтобы их пробудить, нужны другие подходы. И здесь мне весьма импонирует предложенная Боровым и развитая Рябовым концепция экзистенциального человеческого достоинства и свободы. А уже потом, начав с объединения бунтующих одиночек, можно прийти к восстанию бунтующего класса. Безусловно, это не значит, что следует игнорировать стачки и другие традиционые формы протеста трудящихся. Но, как мне кажется, сейчас забастовки проводят не ради победы над буржуазией, а ради прибавок к зарплате или иных кратковременных требований. Принцип "каждый за себя" слишком силён, а чтобы появилось классовое сознание, его надо поколебать, причём сделать это экзистенциальным путём наиболее оптимально в тех регионах, где проблемы голодных смертей уступили место проблемам безыдейности, скуки и тупости того, что требуется от людей работодателями.

Голосов пока нет

Ну если ты хочешь, чтобы я тебя хуями покрыл, то не беспокойся, не постесняюсь и не побоюсь. Раз уж мы в интернете и, как ты говоришь, тут только этим и надо заниматься ))

Об'ясняю ещё раз про патриотизм: я - русский татарин, а не космополит. И не собираюсь отказываться от русского и татарского языка, от русской и татарской культуры. Я мыслю, говорю и пишу на русском, а не на космполитическом.

Не хочу тебя разубжедать в достижимости утопии. Вообще никого ни в чем не хочу разубеждать. Я лишь ищу теорию, непротиворечащую практике и помогающую жить. Твоя теория анархизма не помогает жить. Она -- борьба с ветряными мельницами и с рапирой против танка.

И ещё раз спрашиваю: что тебе мешает жить, как тебе хочется? Ну кто вмешивается в твою жизнь и мешает творить, одухотворяться, не потреблять, не работать на капиталистов, не верить в бога, не признавать национальности и национальные культуры, верить в интернационализм и коспомолитизм? 

Кто тебя и твоих единомышленников хоть пальцем бы тронул, если бы ты не делал уголовно и административно наказуемые деяния? 

Упразднить капитализм -- столь же невозможная цель, как опусить Луну на Землю, передвинуть Венеру на нашу орбиту и заселить и пр. Вот поэтому я и не могу принять анархизм как ответ на вызовы времени: анархизм бесплодная, экстремистская теория, не давшая ничего хорошего.

Вы даже М. Каддафи отрицаете, который построил Ливийскую Джамахирию с прямой демократией на основе трудов Бакунина и Кропоткина.

Кроме тупого отрицания всего и вся и полного отсутствия созидания и достижений, я ничего не вижу в анархизме. Ищу, спрашиваю, но не вижу. Ещё раз прошу: покажите созидательность. Что, кроме бунтов, вы можете предложить?

 

Голосов пока нет
http://marsel-izkazani.livejournal.com Сторонник демократического социально ответственного правового государства. Если анархизм, то анархо-коммунизм Кропоткина.

     Можно подумать, что я пишу не на русском. И, между прочим, тот же эсперанто совершенно не знаю. Однако сути вещей это не меняет. А  космополитизм в проекции на область культуры - это не отказ от достижений так называемых национальных культур, но понимание того, что национальных культур, в строгом смысле, никогда не было. Например, на Пушкина оказал влияние Байрон, которого он называл "Властитель наших дум". Значит, чтобы понять Пушкина глубже, чем принято в школах, для начала надо понять Байрона. А переводчики Байрона на русский, находясь под влиянием Пушкина, невольно косячат и во всех схожих местах делают из него "недопушкина". Отсюда вывод - читать Байрона стоит в оригинале. Вот это и есть пример космополитического отношения к искусству. И особенно оно усиливается тем обстоятельством, что хорошего современного русскоязычного музла как-то чрезвычайно мало, а поэтому приходится слушать написанное на других языках.

            Теперь, наконец-то, к поднятому вопросу. Еще в 1960-м году биомасса человечества (с учётом домашних животных) превысила биомассу дикой природы. Это - критическая точка. При сохранении неутомимо жрущего ресурсы капитализма, а также при сохранении его темпов роста скоро планета сдохнет. Данная угроза не является угрозой отдельно взятым странам - это угроза всему человечеству (что, кстати, показывает политические преимущества космополитизма, так как если в одном регионе перестанут загрязнять море, а в другом продолжат, то море, всё равно, выйдет отравленным, а значит, усилия нужно было объединять). К чему всё это - а к тому, что стоит переоценить антагонизм "разрушение/созидание". Кризисы перепроизводства возникают всё чаще, ресурсы расходуются неоптимально (т.е. в одних местах не хватает еды, в то время как где-то одежду меняют каждый сезон, следуя моде), труд тратится на изготовление излишнего или даже начисто ненужного. Ну а в медицине есть такой способ лечения как кровопускание, позволяющее вывести вредное. Сейчас человечество дошло до такой стадии, когда ему как единому социальному организму тоже нужно своеобразное "кровопускание" и в ближайшее время от разрушения созданного людьми будет исключительно польза для природы. За свои двадцать веков европейская цивилизация создала столько, что этого заведомо хватит, чтобы не погибнуть. Почему бы тогда не умерить аппетиты (особенно, когда в желудок, и так, уже не влезает) и не попытаться остановить гонки в губительном (пере)производстве?

       И о мирном эскапизме. Да, так сложилось, что я родился не в беднейших районах Африки и поэтому, не особо парясь, смогу обеспечить себя необходимым для жизни. Можно даже для большего спокойствия писать какие-нибудь жалобы в органы власти, что я не одобряю их действия (тот же Байкал или олимпиадные стройки), а потом надеяться, что слова "А знаешь ли ты, щука, что такое добродетель?" подействуют. В остальное время можно мирно петь песни про то, что круто, что я могу позволить себе не быть эксплуатируемым. В каком-то узком смысле даже будет свобода. Но вот когда на соседа по квартире/друга/знакомого заведут сфабрикованное дело, такая мирная свобода не поможет. Или когда гэбня окончательно решится закрыть в России gmail и skype (позавчера в топе Яндекса их потуги были), то тоже такая свобода будет урезана. Начнут с Интернета, потом и в реальную жизнь переберутся. Ведь если люди не сопротивляются угнетению, то какая буржуям выгода не притеснять их еще сильнее? Короче, резюмируя всё вышесказанное, я утверждаю, что против пассивного эскапизма имею две вещи - мне мешают мои убеждения и мой разум даёт мне видеть иллюзорность получаемой таким образом свободы, которую могут ужать всегда и везде.

 

Голосов пока нет

1) Отказаться от национальности, патриотизма своего языка, культуры -- невозможно полностью. И не надо к этому стремиться.

И то, что были и есть влияния других культур, не означает, что надо быть космополитом.

И ничего плохого в патриотизме нет, если он не выливается в захватнические войны.

2) Если хотите сократить биомассу, то не размножайтесь, убийте своих родных и самого себя.

3) Защитой окр. среды как раз занято государство. То, что оно с этим не справляется, это связяно с коррупцией, а не с гос-вом как таковым.

4) Ограничивайте своё потребление, а не призывайте к этому весь мир.

5) Сопротивляйтесь против угнетения. Но дайте и позитивную программу. Если вы против правового государства, то за что вы? Ан-архия -- это отрицание власти, но не что-то позитивное.

Ваша ненависть к иерархиям -- что она даст? Это только примитивные артели могут без иерархии, а большие заводы невозможны без иерархии. А если нет производства, то будет бедность. Вы за бедность? Неудивительно, что анархистов даже меньше, чем либералов.

6) Ваш разум должен в конце концов показать, что анарихизм в той же степени иллюзорен, бесплоден и противоречив, как и другие политические концепции. А то, что он жиждется на насилии и разрушении -- довод против него, а не за. Во всяком случае для меня.
 

Голосов пока нет
http://marsel-izkazani.livejournal.com Сторонник демократического социально ответственного правового государства. Если анархизм, то анархо-коммунизм Кропоткина.

     Ну да, этого и следовало ожидать. "Сторонники демократического социально-отвественного правового государства" плохо умеют скрывать черты своего гипотетического конструкта. То пишут "не нравится - вали нахер в Африку", а теперь вот взялись за "не нравится - так тогда убейся". Марсель, это ты себе такие советы давай, а заодно подумай на досуге над тем, а много ли людей согласятся бороться за государство, ровно так отвечающее на все возражения.

       А трендёж про насилие уже надоел. Я, конечно, не то чтобы специалист по истории анархизма на территории бывшего Союза, но кое-что по этой теме знаю. Осмелюсь утверждать, что в результате протестных атак анархистов не погиб ни один человек (но также были прецеденты, когда анархи, обороняясь от нападавших на них фашистов, убивали их). Вся разрушительная деятельность анархистов начиная от террористической организации "Новая Революционная Альтернатива" и кончая современными действиями, о которых пишет Blackblocg, всегда направлялась против зданий, машин и тому подобных видов собственности. 

         P.S. Там еще были какие-то вбросы под номерочками. Предлагаю уважать себя и не распыляться впустую на освещение одним постом сразу всех тем, да еще и так, чтобы по каждой из них было сказано всего два слова, сводящихся к голословным тезисам, якобы опровергающим оппонента.

 

 

Голосов пока нет

Наш диалог не мог скатиться на вот это вот, раз ты начал высказывать свою теорию, убеждения, а не отвечать на вопросы об анархизме, которые я задал в самом первом комменте.

Да, я тоже выложит свою теорию, свою убеждения. И их ты не можешь понять и принять, как и я -- твои.

Давай вернёмся в конструктивное русло, и я прошу ответить тебя на вопросы из первого коммента.

Ответь так, чтобы я сразу стал анархистом и влился в ваши ряды.

Теории не надо. Я и так знаю, что мир катится в бездну, что капиталисты эксплуатируют, Мать-Природа стонет, человечество размножается по экспоненте (правда, Россия - нет), кровавая гэбня распоясалась, государство не выполняет социальных функций, законы не работают и вообще "всё болит, ничего не помогает".

Спасибо!

 

Голосов пока нет
http://marsel-izkazani.livejournal.com Сторонник демократического социально ответственного правового государства. Если анархизм, то анархо-коммунизм Кропоткина.

А мы и так живем в "демократическом правовом государстве" - смотрите пункт 1-й Главы 1-й Конституции РФ. Беда в том, что с действительностью все эти красочные формулировки имеют мало общего. Любую страну можно объявить и продекларировать какой угодно - чиновникам ведь все равно, какую бумагу написать. Ведь она всего лишь только бумага. А реальность останется прежней. Поэтому для анархического общества (если оно когда-нибудь будет построено) особенно важно соответствовать духу анархии в реальности, а не на бумаге. В противном случае неизбежен откат на прежние (огосударствленные) позиции.

Голосов пока нет

"Сначала было слово". Так что уже то, что продекларировано в Конституции -- много значит.

Более того, чтобы гос-во стало правовым, надо действовать так, как будто оно уже таковым стало. (см. Э.Ю. Соловьев "Автономия личности как источник права, правового государства и демократии").

В-3, анархизм -- это тоже лишь болтовня и домыслы. Вы не жили при анархии, а только лишь фантазируете, что при ней будет лучше.

Голосов пока нет
http://marsel-izkazani.livejournal.com Сторонник демократического социально ответственного правового государства. Если анархизм, то анархо-коммунизм Кропоткина.

       В первом посте содержательных вопросов я увидел ровно два (которые в самом начале) и на оба ответил. Не стану отрицать, что при ответе на них углубился в теорию и описание современной ситуации. Но, в том-то и дело, что я привык подтверждать свои слова либо рассуждениями, либо фактами из реальной жизни.

          Еще, конечно, было что-то про "творчество vs потребление" и "самоуправление vs подчинение". Но это передёргивание. В тексте статьи речь шла не об уничтожении чего-то одного из каждой пары, а о доминировании последнего над первым в современном обществе и о том,  что к идеалу будет тем ближе, чем больше первое, наоборот, будет доминировать над последним.

            Наконец, почему-то только сейчас в первом комменте заметил место, которое, прямо-таки процитирую: "Физика Эйнштейна не опровергает физику Ньютона, а потому она -- верна и работает. А вот теории, изобретающие вечный двигатель, отрицают физику Ньютона, а потому они заведомо ложны". Просто для общего развития: идея о вечном двигателе не противоречит ньютоновской механике (см. про так называемые вечные двигатели второго рода), а противоречит только законам термодинамики. Ньютоновская же модель в корне неверна на мелких масштабах или на больших скоростях. Принципиально не верна, но долго объяснять почему. Эйнштейн её в каком-то смысле опроверг, отказавшись от базовых постулатов и старых представлений об инерциальных системах отсчёта. Наконец, силлогизм "одна теория верна, потому что не противоречит другой" напоминает мне ортодоксально-марксистский мем про учение Маркса. Вообще же, как показывает практика, аналогии с какой-либо наукой уместно делать, лишь когда прошёл хоть какие-то курсы по ней, а то всегда придёт кто-нибудь другой и спалит на неточностях. И, да-да, весь этот абзац - кусок оффтопа, на который лучше не отвечать, чтобы не уходить от конструктива.

Голосов пока нет

Конструктива так и не увидел.

Что созидать? Что строить? Как? Из чего? Непонятно.

Ладно, умываю руки. С анархистами мне не по пути.

Голосов пока нет
http://marsel-izkazani.livejournal.com Сторонник демократического социально ответственного правового государства. Если анархизм, то анархо-коммунизм Кропоткина.

[quote]С той лишь оговоркой, что общества без классов не бывает.[/quote] С какой стати? Первобытный коммунизм забыли, при котором человечество прожило большую часть своей истории.

Голосов пока нет

Так вот в том-то и дело, что без власти, без классов возможно только примтивное, первобытное общество.

Но даже в нём есть вожак. Как и у стаи обезьян и иных стайных животных. Это нормально.

Анархисты же, выходят, или хотят аномального, или зовут обратно в дикость... 

Голосов пока нет
http://marsel-izkazani.livejournal.com Сторонник демократического социально ответственного правового государства. Если анархизм, то анархо-коммунизм Кропоткина.

[quote]Так вот в том-то и дело, что без власти, без классов возможно только примтивное, первобытное общество.[/quote] "Без рабовладения и торговли людьми возможно только примитивное, первобытное общество", - сказал ахейский военачальник.

[quote]Но даже в нём есть вожак. Как и у стаи обезьян и иных стайных животных. Это нормально.[/quote] Нет. Существуют общества, в которых нет института вождя.

Голосов пока нет

  Перечитывай, что пишешь.

  >Я не анархист, но антисистемщик.

  > Видите, без систем никуда ))))

  Смайлики не меняют сути дела. Ты доказываешь не слабость анархистов, а свою глупость. Противоречшь сам себе.

 

Голосов пока нет

Добавить комментарий

CAPTCHA
Нам нужно убедиться, что вы человек, а не робот-спаммер.

Авторские колонки

Michael Shraibman

Анархия - это не хаос! Или хаос? Акции группы "Война" - это анархизм? Или когда "художник" выставляет на обозрение публики свой зад? Или, когда хулиган на улице бьет бутылки? Или, когда работники бастуют и занимают предприятие, как в Барселоне в 1936 году? Или когда вместо этого...

1 неделя назад
2
Michael Shraibman

Вопрос о том, что эффективнее, частная промышленность или государственная, обсуждается уже более ста лет и тема это, конечно, глубока. И написано об этом много. Но важно уточнить вопрос. Что значит - эффективнее? Возьмем экономическую эффективность в узком смысле, как показатель, определяемый...

1 неделя назад
4

Свободные новости