Олигархи не выступают единым фронтом: Украинская версия периферийного капитализма

Бывший президент Украины Леонид Кучма написал в свое время фундаментальный труд под названием «Украина – не Россия». Эта книга породила много шуток и издевательских комментариев. Не знаю, были ли они заслуженными. Мне не доводилось встречать людей, которые продвинулись бы в её изучении дальше названия. Но с заголовком не поспоришь. Леонид Кучма, при всей своей зловредности, лживости и жестокости был самым умным человеком из всех, кто когда-либо возглавлял это государство. В отличие от прочих своих коллег, он не страдал идиотизмом в клинической стадии и умел подмечать очевидные вещи. Украина существенно отличается от России. Это действительно разные страны. Невзирая на всё сходство постсоветских капиталистических режимов, украинская версия периферийного капитализма обладает своей спецификой. И пусть наша местечковая политика тоже является лишь частью глобального спектакля, но и декорации, и игра актеров существенно отличают Украину от соседей.

Хищники и Чужие

Первое фундаментальное отличие между Украиной и Россией заключается в том, что у нас всё ещё жива старая добрая буржуазная политика. Да, в Верховной Раде действительно идут споры, часто перерастающие в драки. Оппозиция в силах тормозить принятие законов выгодных власти и это может здорово подпортить настроение правителям. Даже выборы не являются стопроцентной фикцией. Разумеется, все парламентские партии кормятся из рук олигархов и вынуждены лоббировать интересы крупного капитала. Но олигархи не выступают единым фронтом и конфликты денежных мешков создают иллюзию реального политического процесса. Акулы капитала, почуявшие кровь собратьев, с аппетитом их пожирают. Поэтому они так боятся за свою шкуру.

При определённой доле везения, мы вполне можем нанести им пару царапин – забастовки на производстве и уличные акции протеста могут стать эффективным способом давления на власть и капитал. В Украине сегодняшняя оппозиция – это вчерашняя власть, а сегодняшняя власть – вчерашняя оппозиция. И те, и другие – одинаково лживые мерзавцы. И те, и другие продвигают одинаковую неолиберальную и неоконсервативную политику. Но, потеряв бразды правления, вчерашние лоббисты рыночных реформ и «сильной руки», становятся популистами, внезапно вспоминают о социальной справедливости и мешают своим коллегам принимать непопулярные законы. Именно таким образом тормозится принятие трудового кодекса, превращающего наемных работников в крепостных XXI века, или же закона о собраниях, делающего невозможными мирные акции протеста.

Таким образом, противоречия между политиками полезны как «несистемным» уличным активистам, так и простым людям. Пришедшую в 2010 году к власти «Партию регионов» многие сравнивают с «Единой Россией». Действительно, команда Януковича пытается закрутить гайки по российскому образцу. Но для того, чтобы построить настоящую диктатуру, им не хватает ресурсов. У Путина в нулевых была нефть, была война в Чечне, подарившая стране единый образ врага. Была харизма. Это сейчас ботексный дедушка вызывает лишь смех, свист и улюлюканье. В начале карьеры Путина, способного самостоятельно стоять на ногах и произносить связные спичи, обыватель принимал нового национального лидера с восхищением. У Януковича нет ни ресурсов, ни харизмы, ни подходящего врага. Нет политической воли. Нет единой идеологии, способной объединить страну. Нет ничего, кроме личного вертолета, кортежа с мигалками и желания подольше просидеть в кресле.

Два правых глаза

В Украине национальная тема является смыслообразующим фактором в политике. В России национал-демократы и национал-либералы являются сравнительно новым конструктом. Русский национализм всегда подразумевал имперство, либерализм всегда ему противоречил. Слияние двух этих концепций происходит лишь в последнее время. Как правило, национал-демократы – это либо вчерашние ультраправые людоеды, ищущие респектабельности, либо либералы, решившие половить электоральную рыбку в мутноватой патриотической воде. В Украине дело обстоит не так. Здесь нацдемы – старая политическая сила, игравшая ключевую роль в местной политике ещё с советских времен.

Диссидентское движение в Украине с самого начала во многом носило национально-освободительный окрас. Оранжевая революция 2004 года привела к власти именно нацдемов, и, несмотря на то, что они здорово дискредитировали себя за время правления, их идеология до сих пор остаётся одной из доминирующих в стране. Нацдемам противостоят разномастные пророссийские силы. Именно русский национализм стал доминирующей идеологией местных карикатурных постсоветских «коммунистов». Идеи социальной справедливости, даже в их искаженной сталинистской интерпретации, сменились буржуазным популизмом, замешанным на религии и «традиционных ценностях». «Коммунисты» здесь стоят на митингах рядом с черносотенцами под одинаковыми лозунгами о «единстве славянских народов».

«Партия регионов» также использовала в своей пропаганде русскую национальную риторику: языковой вопрос, поддержка православия Московского Патриархата, налаживание политического и экономического сотрудничества с Россией. Именно противостояние между Востоком и Западом и позволило им выиграть последние президентские выборы. Есть в Украине и радикальные националисты, более того, они имеют реальные шансы оказаться в Верховной Раде на следующих выборах. Партия с издевательским названием Всеукраинское Объединение «Свобода» играет роль пугала как для русскоязычных жителей страны, так и для западных наблюдателей. Одна из участниц этой партии ходит по детским садам и оскорбляет детей с «недостаточно украинскими» именами, другой на митинге призывает вешать жидов и москалей, третий – покрывает преступления уличных неонацистов. Ещё несколько лет назад рейтинг «Свободы» не дотягивал до процента, теперь же она выиграла муниципальные выборы в паре западных регионов, и имеет реальный шанс создать собственную фракцию в Верховной Раде.

Откровенные фашисты во власти играют ту же самую роль, что и коммунисты в 90-е годы. Управляемый манкурт, безопасный, но достаточно страшный, чтобы произвести впечатление на Запад, либералов и, самое главное, избирателей. Оказавшись перед выбором: туповатая и жадная «Партия регионов» или же безумная и фанатичная «Свобода», все выберут меньшее зло. Национал-демократы в Украине страдают от болезни, которая поражает их идейных коллег по всему миру – слепоты на правый глаз. Это особенно забавно, если учесть, что оба глаза у наших политиков – правые. При каждом удобном поводе критикуя русских националистов, они в упор не замечают их украинских коллег. Аналогичным образом, имперские шовинисты выступающие против «бандеровцев» любят называть себя «антифашистами». Только вот их антифашизм странным образом гармонирует с сталинизмом, клерикализмом, монархизмом или всем вышеперечисленным сразу. Русский и украинский национализм натравливают друг на друга трудящихся, которым одинаково тяжело и во Львове, и в Донецке. Политики при каждом удобном случае нагнетают конфликт между западными и восточными регионами.

Дело Тимошенко

Amnesty International вполне оправданно отказалась признавать экс-премьера Юлию Тимошенко узницей совести. Очевидно, что посадили её не из жажды справедливости, а из желания уничтожить крупнейшего политического конкурента действующей власти. Но дело не в идейном противостоянии, а в разборках двух преступных кланов. Точно также очевидно, что Тимошенко ограбила эту страну на многие миллионы. Её руки по локоть в крови, как и руки любого другого крупного политика. Она успела от души поуправлять Украиной, имея в роли премьер-министра больше полномочий, чем президент. И именно потому, что люди хорошо помнят её правление, на защиту Юлии Владимировны вышли лишь профессиональные политики, провокаторы и безумные старушки. Януковича сейчас многие сравнивают с Путиным.

На самом деле, на Путина гораздо больше похожа именно Тимошенко. На Путина, которому не повезло. Действующий президент Украины не харизматичен и не современен, он гротескно глуп и культ его личности напоминал бы дурную шуткой. Тимошенко же, напротив, похожа на предводительницу харизматичной секты. Даже на выборы её сторонники шли в составе донельзя персонифицированного «Блока Юлии Тимошенко». Вся предвыборная кампания строилась на абсолютистской формуле «Юля = Украина». Тимошенко – это Путин, который неожиданно проиграл выборы Зюганову. Незадолго до своего поражения на президентских выборах она обещала построить в стране «диктатуру закона», и в том, что происходит с ней сейчас, есть своеобразная ирония. Янукович и компания реализуют на практике то, что для Тимошенко было отдалёнными планами. Это касается как разборок с конкурентами и ограничения демократических свобод, так и неолиберальных реформ в сфере экономики.

Неолиберальные де-формы

Трудовой кодекс – это одна из ключевых деформ («реформ наоборот»), продвигаемых украинским правительством. Вернее сказать правительствами. Кодекс пытались принять при Тимошенко, его же пытаются сделать и сейчас, при Азарове-Януковиче. Его автором является Василий Хара, бывший председатель ФПУ, официальной федерации профсоюзов. С принятием этого закона работники теряют немногие сохранившиеся у них права, наниматели же получают почти безграничную власть. Рабочая неделя удлиняется и теперь люди будут больше трудиться за меньшие деньги, до 12 часов в день. После принятия закона любой сможет быть уволен без согласования с профсоюзом, профсоюзы вообще остаются без каких-либо реальных рычагов для воздействия на работодателя. Есть нечто особо циничное в том, что закон уничтожающий трудовые права написан человеком, представляющим организацию, которая должна символизировать их защиту. С другой стороны, во многом именно благодаря Василию Харе многие работники поняли реакционную суть официозных управляемых профсоюзов, которые не дотягивают даже до уровня трейд-юниона.

Сейчас украинские профсоюзы всё больше и больше дрейфуют влево и радикализируются. И хоть далеко не все из них становятся анархистскими или рев-синдикалистскими, но они, по крайней мере, потихоньку склоняются к старому доброму трейд-юнионизму и классическому лейборизму. По сравнению с тем продажным конформистским болотом, которым было украинское профсоюзное движение ещё несколько лет назад, даже тот умеренный протест, который оно позволяет себе сейчас, является колоссальным рывком вперёд. Когда выступления против Трудового Кодекса только лишь начинались, ими занималась небольшая группка анархистов и либертарных марксистов, и мало кто из них верил в успех. В лучшем случае планировалось использовать удачный медиаповод для привлечения новых людей в протестное движение. Но, совсем неожиданно, звучный слоган «Рабский КЗОТ не пройдёт» и ещё более лаконичный «Харе в харю!» нашли широкий отклик.

Сегодня риторику, разработанную левыми радикалами, используют даже парламентские политики и профсоюзные функционеры. Плевать и на политиков, и на функционеров, но эту риторику слышат и воспринимают в первую очередь реальные работники. И они видят, что восстание не бесполезно. Нам, простым людям, можно выступать против власти и вполне успешно. Своим проектом Трудового Кодекса власти невольно подарили нам замечательный инструмент для радикализации населения. Пенсионная реформа таким инструментом, к сожалению, не стала. Её название уже звучит обманчиво. Люди, не читающие законов, и ограничивающиеся заголовками ошибочно полагают, что «пенсионная реформа касается лишь пенсионеров». На самом деле, всё наоборот. Ударит она в первую очередь по молодежи. Пенсионный фонд превратится в финансовую пирамиду наподобие МММ, и выиграют от неё только банкиры. Первый этап закона был принят, второй – ещё впереди, так что борьба проиграна не до конца. Налоговый кодекс, принятый в прошлом году, спровоцировал массовые выступления предпринимателей.

Мелкий и средний бизнес ущемили в угоду крупному, лавочники были вынуждены выступить против олигархов. Протесты против налогового кодекса оказались не слишком успешными – во многом по вине политиканов, попытавшихся взять их под свой контроль и использовать для саморекламы. В украинских реалиях присутствие профессионального политика является предвестником провала любого движения. Акции протеста успешны до тех пор, пока этот протест остаётся низовым. Самоорганизация способна напугать власть куда больше, чем дельцы из конкурирующей партии. Как только у кампании появляются политически-ангажированные лидеры – она тотчас же сливается. Это хорошо понимают как мелкие оппозиционеры, так и власть имущие. Поэтому вторые часто помогают первым, подкармливают их, помогая выпустить пар и направить протестные настроения в безопасное русло.

Гранит науки - тоже булыжник!

Отдельно следует остановиться на ситуации с образованием. Оно тоже оказалось под прицелом неолиберальных деформаторов. Университет из места научного поиска и интеллектуального самосовершенствования, превращается в фабрику, где из людей за их же деньги штампуют более дорогих специалистов. Творческому поиску, академическим свободам и какому-либо вольнодумству в этой системе места нет. «Социальным лифтам» тоже. Для того, чтобы учиться бесплатно придётся быть гением, и то не факт, что повезёт найти свой рыбный обоз. Но на данный момент образовательная реформа натолкнулась на хорошо-организованный низовой протест, существенный вклад в который внесли и анархисты, и леваки. В частности, синдикалистский профсоюз «Пряма Дія» несколько лет подряд способствовал блокированию распоряжения «О платных услугах в ВУЗах» и самого закона о высшем об образовании. Различие между левыми и паразитирующими на социальной риторике правыми особенно ярко проявляется именно в ходе противостояния новым реформам.

Министр Образования Дмитрий Табачник для украинских националистов – как красная тряпка для быка. Этот неприятный тип позволяет себе резкие, часто ксенофобские высказывания в адрес жителей Западной Украины, он говорит на русском языке, исповедует «московскую» версию православия. Поэтому все нападки справа сводятся к «антиукраинской» сути министра, претензии к нему сводятся к национальному вопросу, социальная составляющая отходит на второй план. Табачник играет роль своеобразного громоотвода, очень выгодного властям – нацисты всякий раз пытаются выйти на студенческие демонстрации с антисемитскими и ксенофобскими антироссийскими лозунгами и таким образом дискредитируют всю кампанию. Впрочем, захватить образовательную тему им так и не удалось, настоящие студенты чувствуют неискренность ультраправых пропагандистов и предпочитают аполитичные акции с социальной риторикой.

Анархия или хаос

Янукович одновременно мечтает о «вертикали власти» и однопартийном режиме по российскому или, ещё лучше, белорусскому образцу, но не обладает ресурсами, которые позволят ему это построить. Для того, чтобы диктатура была устойчивой, кнут нужно чередовать с пряником. Украинская власть всё чаще берётся за кнут, но вместо пряника может предложить разве что заплесневелый сухарь. Янукович хотел бы дружить и с Европой и с Кремлём, сохраняя любовь как «проевропейской», так и «пророссийской» части электората, но это не возможно. Европа согласна целовать руки диктаторам только лишь в том случае, если они следят за чистотой, а кровь в этом сезоне отмывается только лишь нефтью. Если Путин позволяет себе дружить с европейскими лидерами, в то время как бывшие лидеры прислуживают ему в «Газпроме», то с Януковичем Запад вполне может изобразить принципиальность. Украинская власть находится в тупике: между голодным бунтом и разорением, между диктатурой и потерей влияния. Мировой экономический кризис и идеологический кризис неолиберализма заставляют всё больше сомневаться в перспективности реформистского сценария.

Революция в наших условиях – это не романтическая мечта и не утопия, а единственная внятная политическая альтернатива наступающему тоталитарному хаосу. Грядущий бунт будет не сытым, а самым, что ни на есть, голодным. И для того, чтобы дело не ограничилось очередным путчем, меняющим марионеток у власти – Украине нужно децентрализованное революционное движение, распространяющее либертарную политическую культуру в широких массах. Один из способов создать его – активное участие анархистов в социальном протесте (будь то выступления за права льготников, или против незаконной застройки), и, особенно, в борьбе на рабочих местах. Как правило, борьбе ненасильственной, чаще всего даже не противоречащей уголовному кодексу.

Революция должна ставить в первую очередь радикальные цели, радикальные же средства далеко не всегда оказываются самыми эффективными. Синдикализм в Украине сегодня является не начетничеством или исторической ролевой игрой, а реальной революционной практикой. Классовый конфликт между работником и капиталистом неотделим от извечного противостояния человека и государства. Списывая пролетариат в утиль, многие теоретики слишком уж идеализировали европейский капитализм с человеческим лицом. С пришествием кризиса это лицо опять начинает походить на кровожадного монстра из малобюджетного хоррора. Режиссеры фильмов ужасов учат нас, что убить оборотня можно только лишь серебряной пулей. Бородатые классики учат, что свободное бесклассовое общество будет построено лишь после победы над капиталом и полной ликвидации частной собственности. Следует прислушаться и к тем, и к другим.

Shiitman

Текст опубликован в последнем выпуске журнала "Автоном". В Москве "Автоном" можно приобрести в магазине "Фаланстер" (170 рублей), скоро он появится и в других точках (проверяйте в разделе "Места продажи"). Со списком корпунктов "Автонома" в регионах можно ознакомиться здесь. Также вы можете заказать журнал по почте, заказы направляйте по адресу avtonomjournal@gmail.com.

Авторские колонки

Michael Shraibman

Анархисты в России в начале 20 века не называли себя левыми, выступали против национализации, а часть из них была не согласна с большевиками в октябре 1917 г. И даже те, кто был согласен, мечтали позднее свергнуть большевиков. У меня тут вышел забавный разговор с одним очень достойным...

6 дней назад
4
Michael Shraibman

В театре МХАТ им. Горького посмотрели спектакль "Таня" с Кристиной Пробст в главной роли. Увидев на экране или на сцене зловещую цифру 1938, вы можете подумать, что спектакль о репрессиях. И ошибетесь. Пьеса написана в 1938 г в СССР, разумеется, репрессии в ней не упоминают. Стоит...

1 неделя назад
5

Свободные новости